Сухинина Н.Е. - Великая Сила Любви

Вернувшись из отпуска, она сразу же бросилась к телефону.

- Таня приехала, моя любимая Таня! - Это Настенька.

- Я измучилась без тебя, почему ты так долго? - это Лида.

И она осталась.

Андрей и Лида в очередной раз «сцепились». Лида зашлась в истерике, Андрей назвал ее дурой, ушел.

- Вернись! - закричала она ему с балкона. - Вернись, а то я за себя не ручаюсь.

Хлопнула дверца машины - уехал. Лида всхлипывала в ванной, Таня привычно капала ей в чашку валокордин, Настенька, привыкшая к родительским ссорам, спокойно раскрашивала фломастером новую «раскраску». Затихнув, Лида, положив на лицо маску, прилегла.

- Посиди со мной, - попросила Таню. - Скажи, почему мне так не везет?

- Тебе везет. У тебя умненький здоровый ребенок, обеспеченный муж. Ты молодая, красивая.

- Он не любит меня, - опять всхлипнула Лида. - Он мне изменяет, я чувствую это, чувствую...

- Изменяет - это что? - подняла от фломастеров голову девочка.

- Не встревай в чужие разговоры, - прикрикнула Лида.

- Настя, - попросила Таня, - пожалуйста, полей в гостиной цветы, мы ведь хотели с утра, да забыли.

Настя ушла.

- Так вот, - Таня строго взглянула в Лидины глаза. - Если хочешь сохранить семью, не раскисай. Андрей только и видит, что твои истерики. Кому это понравится? Дома почаще бывай, к ужину его жди. А то ты как чужая в доме. А Настя? Она ведь меня мамой называет, не дело это...

Лида будто и не услышала Про Настю: - Да, я чувствую, он мне изменяет. Если он меня бросит, я не переживу.

Таня еще раз с удивлением посмотрела на Лиду. Она хорошо понимала, что Андрея она не любит. Бросившись в его объятия, она прежде всего рассчитывала выбраться из опостылевшего общежития, из нищеты, прозябания. Жадно наверстывая упущенное, торопилась, гнала, покупала бесконечные тряпки, мебель, рвалась на курорты, обожала рестораны. А Андрей уже тяготился ею. Он все чаще задерживался на работе, стал приходить навеселе. А один раз посетовал Тане: - Ну, баба ненасытная, вот связался...

- Андрей, - Таня испугалась этих слов, от них повеяло холодом, бедой, и прежде всего на ее любимую Настеньку. - Андрей, у тебя ребенок, ты в ответе за него, девочка не может расти без отца.

- А мой Павлик может? Я же его ради этой истерички бросил. Запутался я, Татьяна, запутался. С той женой не развелся, с этой не расписался. А сейчас вот увлекся женщиной... Она у нас в офисе переводчица...

- Андрей, - взмолилась Татьяна, - ну зачем мне это знать, разбирайтесь сами.

- Нам уже, Таня, не разобраться.

В один из вечеров он пришел пьяный. Они долго выясняли отношения за закрытыми дверями. Лида всхлипывала, Андрей сквернословил. Потом стал бить ее, вытолкнул из спальни.

- Убирайся, катись в свое родное общежитие!

Лида стала биться в истерике. Она каталась по полу, рвала на себе волосы. Андрей не выходил. Таня поставила ей раскладушку рядом с кроваткой дочери - успокойся, ложись спать. Но Лида бесновалась. Она схватила спящего ребенка, убежала на кухню, закрыла дверь.

- Таня, спаси меня! - кричала перепуганная девочка.

- Открой! - Таня дергала ручку двери.

- Не открою!

- Пожалей Настеньку.

- А меня кто пожалел?

Таня металась от спальни к кухне.

- Андрей, выйди, она напугает девочку.

Андрей молчал.

- Лида успокойся ради собственного ребенка.

Лида рыдала.

В тот раз она все-таки помирила их. Лучше худой мир, чем добрая ссора. Таня с Настенькой уехали на дачу, которую снял Андрей. Теперь они жили в тишине, гуляли, читали, фантазировали. И вот однажды...

- Пойдем завтра на земляничную поляну, - торжественно объявила Таня девочке.

Она заранее присмотрела ее. Рядом с дачей, мимо неглубокого овражка, справа от березовой рощицы, сплошь усеянная капельками земляники. Уложив Настеньку спать, Таня прибегала сюда не раз. Нет, еще рано, через неделю. Ягоды уже совсем покраснели, через денек. И вот - сегодня!

Два человека отправились в путь к поляне, волшебной, земляничной, где никто никогда не обманывает и не говорит плохих слов, где все живут и радуются.

- И бабочки?

- И бабочки.

- И эти... лягушки?

- А лягушки на поляне очень красивые, они умеют летать как бабочки. Их от бабочек и не отличишь совсем.

Беседуют тихо. Два человека, вытянувших два таких разных жизненных жребия. Две женщины, одна маленькая, в ярких фирменных брючках с фиолетово-розовым рюкзачком, любящая весь мир и рассчитывающая на взаимность. И другая, рано повзрослевшая, познавшая нужду, печаль и нездоровье. Разные? Нет, одинаковые. Потому что и та, и другая оказались не особенно нужными в этой жизни. Но одна не знала об этом, другая знала очень хорошо. И эти два не нужных ни кому человека оказались очень нужны друг другу. Таня знала, что ни кого дороже в ее жизни не будет. А Настя, Настя, разделила с самым дорогим ей человеком свою радостную дорогу к земляничной поляне.

Пришли. Ягоды пахнули ароматом, синие мелкие цветочки легли у ног. Девочка осторожно вступала по высокой траве, боясь ненароком раздавить ягоду. Они собирали землянику, лежали на спине, любуясь облаками, потом устроили царскую трапезу - белый хлеб с сыром, помидоры, чай из термоса. И уже заканчивали трапезу, машина...

На их волшебную поляну въехала машина. Мама, папа, а еще женщина в желтых брюках, мужчина в темных очках.

- Вот вы где, - обрадовалась Лида, - а мы вас ищем, ищем.

Расстелили клеенку, достали шампанское, коробку конфет, фрукты.

- Наши друзья, - Лида кивнула на гостей. - Завтра уезжают в Америку, вот решили проводить их на природе.

Выпили. Разговорились. Гость в темных очках стал рассказывать анекдоты. Лида принесла из багажника еще одну бутылку. Потом Андрей пошел за хворостом - костер, шашлыки!

- Это волшебная поляна, здесь нельзя разводить костер, - дрогнувшим голосом тихо сказала девочка.

- Ну, Татьяна, глупости внушаешь ребенку, уволю, - шутливо пригрозил Андрей.

- Вы отдыхайте, а мы пойдем прогуляемся, - взяла Таня девочку за руку.

Они ушли в ближайший березовый лесок. Совсем рядом раздавался смех, повеяло дымком. И гуляли-то недолго. А вышли к поляне, там уже танцевали. Весело прогибаясь в такт музыке, танцевала Лида, откинув черные волосы, сбросив босоножки. Андрей неуклюже раскачивался из стороны в сторону, больше для порядка чем для удовольствия. Женщина в желтых брюках подпрыгивала выше всех и с каждым прыжком лихо вскрикивала. Мужчина в темных очках был уже вовсе без очков и отплясывал почти вприсядку.

- Давайте к нам, - крикнул Андрей, - Настенька, смотри, какая у тебя красивая мама...

- Ты обманываешь, - крикнула в ответ девочка, - я слышала как ты говорил Тане что она старая и уродина...

Лида остановилась. Она быстро подбежала к Андрею и отвесила ему пощечину. Потом подошла к Тане: - Если уж кто уродина, так это ты, - и она что есть силы толкнула Таню. Таня не ожидала. Она упала навзничь и, прежде чем закачались над ней небеса, услышала детский душераздирающий крик: - Не трогайте мою Танечку!