Иван Черных - Шаровая молния

– Да, тот самый Голубков Геннадий Васильевич. Совсем не больной, а отпускник, отдыхающий, – ответил с улыбкой, сравнивая врача с увиденной во сне женщиной.

Забелина пропустила его замечание мимо ушей, внимательно окинула взглядом с ног до головы.

– Тот самый Голубков Геннадий Васильевич, о котором писали газеты и рассказывало радио?

Он смотрел на врача широко открытыми глазами – она читала и слышала о нем?!

– Да, это обо мне писали; к сожалению, без моего согласия.

– Почему же к сожалению? – возразила Забелина. – Очень интересный и необычный случай. И как вы себя чувствуете?

– Отлично себя чувствую. Сон, правда, плохой. – Подумал, рассказать ли ей о последнем странном сновидении? Почему – нет? Она врач, симпатичная, милая, сразу понравилась ему. Может, что-то дельное подскажет. – И сновидения всякие. Кстати, вас вот увидел во сне, когда на пляже задремал. Хотя ранее нигде и никогда вас не видел.

– Серьезно? – удивилась Людмила Петровна; удивление сменилось улыбкой – не поверила.

– Вполне. Честное слово. И вопрос вы задали такой же: как себя чувствую.

– Интересно, – более откровенно усмехнулась Людмила Петровна. – Что ж, попробуем разобраться, какие следы в вашем организме мог оставить тот самый неопознанный страшный объект.

Только этого не хватало! Мало того, что в Челябинске ему пришлось пройти обследование в военной поликлинике и в городской больнице, теперь еще здесь. Хотя, признался он себе, встреча с Людмилой Петровной была ему приятна. Они подолгу разговаривали, вначале на медицинские темы, о результатах исследования, а потом врач стала интересоваться его работой, полетами, боевыми действиями в Чечне. Они находили общие интересные темы и вскоре поняли, что близкие по характеру и душевному настрою люди. Людмила Петровна рассказала и о себе: ей 30 лет, замужем, дочке семь лет, учится в первом классе. Муж – моряк, капитан третьего ранга, находится в дальнем плавании. А через несколько дней он снова увидел ее во сне: она звала его куда-то, а он не решался – чужая жена.

Геннадий при очередном визите к врачу рассказал о еще одном странном сновидении.

Людмила Петровна выслушала его, подумала и призналась:

– Накануне я действительно думала о вас. Не зря говорят о телепатии, наверное, мои мысли передались вам.

– Мне очень приятно с вами, – открылся Геннадий. – Может, посидим как-нибудь не в служебном помещении? Я еще не был ни в одном вашем ресторане, а в «Морском прибое», говорят, отлично готовят рыбные блюда из только что выловленной рыбы.

– Хорошо, как-нибудь посетим. Завтра я дежурю, приходите ко мне после одиннадцати, когда все угомонятся.

Он обрадовался приглашению.

– Можно прихватить чего-нибудь покрепче кофе?

Она подумала.

– Я на дежурстве. Но рюмочку коньяка выпью.

Ах, любовь! Наконец-то наваждение оставило его, и душу наполнила радость. Люда, такая милая, обходительная, очаровательная. Жаль, что она замужем, но… Не каждого человека брак делает счастливым. Наташа, Тонина сестра, жила с одним, а любила другого. Да и что это за замужество Люды?! Муж большее время в отлучке, в море, на службе. А она молодая, здоровый организм требует любви, ласки, плотского удовлетворения. И тут не ее вина, и не его…

Людмила предупредила дежурную сестру, что будет отдыхать, беспокоить ее в крайних случаях; закрыла дверь на ключ и пригласила Геннадия к небольшому столику с фруктами и бутербродами. Извинилась:

– Я по-простому.

Он поставил на стол бутылку армянского «Араспел» и коробку шоколадных конфет.

– И я. Из закуски ничего не захватил. Вы не голодны?

– Голодна, – усмехнулась чему-то Людмила. – Коньяк фруктами закусывают.

Он расценил ее «голод» по-своему. И когда выпили по одной, по другой и глаза Людмилы загорелись, как два наэлектризованных агата, поцеловал ее, обнял и притянул к себе. Она настойчиво отстранилась.

– Послушай, Гена. Ты очень нравишься мне, – перешла она на «ты», чем обрадовала его. – Но у меня есть муж. Да, он далеко, и мне бывает не только скучно, но и грустно, хочется с кем-то побыть, поделиться своими мыслями. Другого не позволяю. Как я буду смотреть в глаза мужу, если изменю ему? Знаю, другие изменяют и не испытывают угрызения совести. А я вот такая, потом не смогу жить спокойно. Давай останемся друзьями. Налей лучше еще по одной.

Они опустошили всю бутылку. Геннадий несколько раз пытался возобновить атаку на воспламенившую его своей красотой, милыми словами женщину, но она оставалась неприступной.

И все-таки это была упоительная, незабываемая ночь! Они целовались, ласкали друг друга и, казалось, утопали в наслаждении. Возбуждение делало их безумными, уносило в неведомое, неземное, и они забывали от восторга обо всем на свете. Но лишь на мгновение. Едва Геннадий дотрагивался до чувствительных прелестей, Людмила тут же приходила в себя и отстраняла его руку. Наконец не выдержала, взглянула на часы и охнула:

– Пора. Уходи.

– Давай встретимся еще. Я сниму комнату. Там мы будем чувствовать себя свободнее.

Она отрицательно помотала головой:

– Я тебе уже объясняла.

А на другой день ему позвонили из эскадрильи.

– …Ты где пропал? – спросил начальник отдела кадров капитан Дехта. – Тут у нас такие перемены… Тебя и еще семерых офицеров вывели за штат. Что будем делать? Может, у тебя есть какие-то предложения?

Вот и еще один удар шаровой молнии.

– Какие предложения, – выдохнул он. – Значит, летчики больше не нужны государству?

Кадровик молчал.

– Ну и хрен с ним. Увольняйте. Пойду в банду Умарова. Ему нужны летчики. – И бросил трубку.

Вечером встретился с Людмилой. Она сразу почувствовала его плохое настроение. Спросила:

– Что случилось?

Он вначале не хотел откровенничать, а потом рассказал, что его ожидает впереди.

Людмила опечалилась вместе с ним. И вдруг оживилась:

– А хочешь, я тебе помогу?

– Как?

– У меня сестра в Ижевске – крупный предприниматель. Владеет производством мотоциклов, оружия, собирается и автозавод прибрать к рукам. Взяла в аренду аэродром, принадлежавший ранее ДОСААФу, купила два «Ан-72», еще три собирается приобрести. Ищет хороших летчиков. Могу составить тебе протекцию.

– Заманчивая идея, – засмеялся Геннадий, не приняв всерьез предложение.

– Тогда я позвоню сестре…

– Это серьезно?

– Такими вещами не шутят. Хочешь, я при тебе позвоню?

– Звони.

Людмила достала из сумочки мобильник и набрала номер.

– Здравствуй, сестричка. Я не очень отрываю тебя от дел?.. Да, по делу. Вот тут у меня симпатичный летчик. Как тебе известно, авиацию, как и все Вооруженные Силы, сокращают, и он, выходит, свободный казак. Всю эскадрилью сокращают… На каких самолетах ты летал? – обратилась она к Геннадию.