Андрей Таманцев - Пятеро против всех

— Хорошо.

Пастухов нажал на кнопку отбоя и задумался, правильно ли он назначил стрелку? Если в прошлый раз бояться было особо нечего, то теперь они могут как следует подготовиться и устроить какую-нибудь каверзу. А вдруг «чехи» блефуют и Перегудова у них нет? Нет, ваххабита он им просто так не отдаст: если почувствует подвох, застрелит! Пускай его потом «чехи» к смерти по второму разу приговаривают!

Двоих человек Пастухов должен был оставить на охране основного клиента, значит, на встречу с чеченцами придется идти тоже вдвоем. Мало, мало, очень мало, ведь их наверняка будет не меньше, чем в прошлый раз! Ах, как не хватало иногда Пастухову его парней: Тимофея Варпаховского и Николая Ухова! Каскадера и Трубача. Царствие им небесное! А что, если сказать Исе, будто поступила оперативная информация о готовящемся покушении и завтра ему лучше из дому вообще не выходить? Для того чтобы на даче сидеть, ему и своих джигитов хватит. Но мог Пастухов врать, потому что ФСБ тут же начнет раскручивать их насчет покушения и, если выяснится, что это блеф, будет худо всем. Вранья в этой конторе не прощают. Дело-то политическое!

— Слушай, Муха, ты можешь завтра в одиночестве Ису Мирзоевичз попасти? — спросил он, все обдумав.

— А что такое?

— Артист и Боцман мне на стрелку с «чехами» нужны.

— Могу, конечно, — тут же согласился Олег. — Дока надо обязательно выручать.

«Вот за что я люблю своих ребят, — подумал Пастухов, — что им не надо лишнего говорить — с полуслова понимают!»

В лес они приехали на два часа раньше оговоренного времени. Приехали на трех машинах. Специально, чтобы создать видимость большого количества народу. За темными стеклами не видно, сколько в каждой машине человек.

Абдо Мухаммед сидел в пастуховском «блейзере» со скованными руками и с повязкой на глазах. Пастухов специально посадил его на переднее сиденье, чтобы в крайнем случае пальнуть через лобовое стекло.

Втроем с Боцманом и Артистом они тщательно обшарили поляну и ее окрестности, но ничего подозрительного не нашли. Засели чуть поодаль от поляны в кустах и стали ждать.

«Чехи» подъехали без опозданий — без трех минут девять. В этот раз их было семеро — на двух иномарках. Пастухов с Боцманом оставили Артиста в засаде, а сами вышли им навстречу с оружием наготове.

— Где Док? — спросил Пастухов вместо приветствия.

— В машине, — ответил парень, с которым Пастухов разговаривал и в прошлый раз. — Ты его увидишь, когда нам Абдо покажешь.

Пастухов кивнул Боцману. Тот направился к «шевроле», открыл переднюю дверцу и под прицелом вывел пленника из машины.

Парень что-то спросил у него по-чеченски. Мухаммед коротко ответил.

— Что ты у него спросил?

— Я спросил, как вы с ним обращались: били, нет?

— Ну и…

— Сказал, что хорошо обращались.

— Вот видишь! — хмыкнул Пастухов. — А если я задам тот же вопрос тебе?

Парень в ответ только пожал плечами и сказал что-то своим людям. Из машины вывели худого, грязного человека в оборванной одежде. На его лицо была натянута черная вязаная шапка. Он едва стоял на ногах, и чеченцы поддерживали его с обеих сторон. Неужели они так обработали Дока всего за несколько дней? Пастухов с трудом сдерживал ярость, палец сам тянулся к спусковому крючку.

— Снимите с него шапку! — приказал он.

Парень кивнул, и чеченцы стянули с пленного шапку. Слава богу, это был не Док! Изможденное лицо с выпирающими скулами, слезящиеся от яркого света глаза, нечесаные и немытые волосы.

— Я должен поговорить с ним! — сказал Пастухов.

— Отдай нам Абдо и говори сколько хочешь.

— Я должен задать ему пару вопросов до обмена. — Сергей сказал это таким безапелляционным тоном, что парень кивнул.

Пастухов подошел к пленному. Тот смотрел на него преданно и жалостливо, как побитая собака.

— Тебя как зовут?

— Пи…уков, — пробормотал он опухшими, покрытыми коростой губами.

— Как-как? — не понял Пастухов. Судя по всему, чеченцы повыбивали ему все зубы.

— Ва…им Пи… При…уков, — повторил он, стараясь произнести четче. Но четче не получалось.

— Вадим Прилуков? — догадался я.

— Да! — Из глаз пленного покатились слезы.

— Кем служил?

— Медик, — с трудом произнес он.

Теперь все стало понятно. У итоевцев Дока не было, но так как мы с позиции силы диктовали им свои условия, они по своим бандитским каналам навели справки в Чечне и нашли медика, у которого, как им показалось, фамилия Перегудов. Они просто ошиблись. Конечно, ведь парень почти не может говорить! Может быть, итоевцам даже пришлось выкупать его у другого тейпа. Впрочем, это сейчас не играет роли.

— Посалуста, восьмите меня, — произнес парень сквозь рыдания. Сергей понял, что если обмена сейчас не произойдет, они его убьют. Нужно было решать…

«Где же Док, где же Док?» — крутилось у него в голове.

Пастухов вернулся к чеченцу.

— Это не мы. Это другие, — сказал парень, кивнув на Прилукова.

— Я понял. Хорошо. — Пастухов сделал знак Боцману, и тот подвел Абдо Мухаммеда.

Чеченцы в свою очередь подвели своего пленника. Состоялся обмен. Боцман обхватил Прилукова за талию и потащил к машине. Парень едва перебирал ногами. Чеченцы по очереди обнимали своего родственника и о чем-то радостно лопотали.

Они сели в свои машины и уехали. Пастухов коротко свистнул. Из кустов выбрался Артист. Он подбежал к машине, в которой сидел Прилуков, заглянул внутрь:

— Так это же не Док!

— Вижу, что не Док, — произнес Пастухов зло. — Я что, должен был им парня на растерзание оставить?

— Да-а, — разочарованно протянул Артист. — И что же нам теперь делать?

— «Что делать», «что делать». В госпиталь его везти надо!

— Я имею в виду, как Дока искать? Может быть, его уже в живых нет?

— Типун тебе на язык! — Боцман даже сплюнул с досады.

— Артист, ты знаешь наш закон: пока своими глазами не увидел — не верь!

— Знаю. Только от этого не легче, — вздохнул Злотников.

Они отвезли Прилукова в госпиталь Бурденко. Его не хотели брать без документов, но Пастухов позвонил Голубкову и объяснил, что они вытащили пацана из плена. Тот в свою очередь тоже кому-то позвонил, и через несколько минут Прилукова увезли из приемного покоя на каталке. На прощание мы пожали ему руку и пообещали, что обязательно будем его навещать.

Когда рано утром Пастухов с Боцманом и Артистом укатили на стрелку с чеченцами, Муха еще спал. Проснулся он оттого, что кто-то тряс его за плечо.

Это был оператор с поста видеонаблюдения.

— Что такое?

— Тебя из «большого дома» к телефону. — «Большим домом» у них справедливо называлась дача, где обитали Хусаинов и его джигиты.