Гарольд Роббинс - Одинокая леди

— Подержи-ка ее! — скомандовал он Уолту. — Еще ни одна сучонка не била меня коленом по яйцам! Это тебе так не сойдет!

Уолт стоял рядом в нерешительности.

— Держи, я что тебе сказал! — заорал Джо. — Давно пора выдать ей все, что ей причитается!

Уолт опустился на одно колено и прижал руки Джери-Ли к земле.

И тут она почувствовала острую боль в груда. Она закричала отчаянно.

Краем глаза она увидела, как Джо поднимает горящую сигарету с улыбкой:

— Не понравилось, а?

Она в ужасе смотрела на него, не в состоянии сказать ни слова.

Он опять опустил руку с сигаретой. Дикая боль обожгла вторую грудь.

Она закричала снова.

— Ты можешь надорвать глотку, лопнуть, — никто тебя здесь не услышит, — ухмыльнулся Джо, раскуривая сигарету.

— Уолт, умоляю, останови его, Уолт!

— Может быть, действительно, нам не стоит... — начал тот.

Джо перебил его.

— Пошел прочь! Не лезь! Это мое с ней дело, личное, понимаешь? Когда я с ней разберусь, она уже не сможет мотать яйца парням и дразнить их, ясно?

Он раздвинул коленями ее ноги и полез рукой к ней в промежность.

— Вот, какие мы тут розовенькие, вкусненькие... С этими словами он изогнулся, склонился и укусил ее чуть ниже лобка.

Она закричала от боли, попыталась вырваться, но не смогла, а он выпрямился и рассмеялся.

— Не так плохо, маленькая киска... не так уж и плохо, — он раскурил сигарету еще раз и медленно поднес ее туда, к промежности, приговаривая при этом:

— А теперь тебе станет действительно жарко, очень жарко!

Завороженно, словно это змея, она смотрела, как пылающий кончик сигареты медленно движется к ее телу, ближе, ближе, — она почувствовала тепло и в ужасе зажмурила глаза...

Они услышали крик боли, когда свернули к дому со стороны шоссе.

Выскочили из машины, пробежали через весь дом...

Берни первым оказался у бассейна. Он замер в ужасе от того, что увидел: два парня держали за руки Джери-Ли, а она кричала, кричала, надрываясь...

— Что это? — растерянно крикнул он.

Но выбежавший вслед за ним Фред действовал с быстротой закаленного в уличных драках человека — прыгнул и ударил в челюсть Джо с такой силой, что бук-. вально приподнял его в воздух. Джо грохнулся на землю, но Фред уже навалился на него и колотил его головой" о бетонное ограждение бассейна. Уолт попытался было подняться на ноги, но Фред мгновенно отбросил Джо и нанес Уолту удар кулаком по носу, затем в зубы, да так, что сам почувствовал боль в костяшках пальцев. Уолт упал навзничь, словно его ударили топором.

Фред склонился над Джери-Ли и приподнял ее голову.

Она плакала от боли.

— Не надо, не делай мне больно, не надо... — всхлипывала она, не разжимая век.

— Все о'кей, девочка, — сказал он ласково. — Никто больше не обидит тебя.

— Фред! — раздался предостерегающий крик Берни. Фред обернулся и увидел, что еще один парень приближается к нему, быстро выпрямился, чтобы встретить его. Но Берни перехватил парня приемом нападающего в футболе, и они покатились по земле. Джо поднялся на ноги и бросился на Фреда. В руках у него было что-то, смутно различимое в темноте и напоминающее камень.

Фред отступил, нагнулся и извлек из-под штанины нож. Он нажал пружину, и острое лезвие, тонкое и блестящее, выскочило со звоном наружу.

Он выставил нож перед собой.

— Только пошевелись, белый мальчик, и я отрежу тебе яйца! — сказал Фред негромко и совершенно спокойно.

Джо замер, вытаращив глаза на нож, не опуская руки. Фред теперь разглядел, что это был вовсе не камень, а портативный радиоприемник. Он отступил бесшумно, по-кошачьи мягко, так, чтобы видеть всех сразу.

— Достань что-нибудь и прикрой ее, — сказал он Берни, который к тому времени отпустил своего противника. — И давай сматываться отсюда.

И тут он услышал, как кто-то еще идет со стороны бассейна. Это Мэриэн брела к ним, пошатываясь, с бутылкой в руке.

— А что такое? — спросила она. — Что, вечеринка уже окончилась?

— Вот именно, закончилась, милочка, — сказал Фред, и в голосе его звучало неприкрытое презрение.

Они кое-как прикрыли Джери-Ли остатками ее платья и полотенцем и отвели в машину.

Она сидела между ними, содрогаясь от холода и рыданий, постанывая от боли, положив голову на грудь Фреду. Берни вел машину.

Когда Фред попытался помочь ей выбраться из машины, она вдруг отказалась.

— Я боюсь... — прошептала она.

— Больше тебе бояться нечего, Джери-Ли, — стал успокаивать ее Фред.

— Ты дома, все позади...

Но что-то подсказывало ей, что это только начало ожидающего ее ужаса.

И она оказалась права.

Крупными буквами черным жирным мелком, выделяющимся на белом фоне ограды, было написано: «Джери-Ли трахается. Джери-Ли трахается. Джери-Ли трахается.»

Джон Рэндол молча уставился на надпись. Потом заметил, что чуть в стороне стоит Бобби, прижимая носовой платок к разбитому носу. Кровь уже остановилась, но платок был весь испачкан.

— Я увидел, как они писали, когда подходил к дому, папа, — сказал мальчик.

— Кто — они? — спросил Джон и почувствовал, как на сердце становится тяжело.

— Большие мальчишки, — ответил двенадцатилетний Бобби. — Я их раньше никогда не видел. Когда я подошел и потребовал, чтобы они прекратили, они ударили меня.

Джон подошел к сыну.

— Там, в гараже, стоит банка белой краски, — сказал он, рассматривая лицо мальчика так, словно увидел его впервые. — Принеси. Мне бы хотелось успеть все закрасить до того, как твоя мать и Джери-Ли вернутся из магазина.

— Хорошо, пап! Но почему они это говорят про мою сестру?

— Некоторые люди не совсем нормальны" И глупы.

— Какая гнусность! Я хотел поубивать их, этих парней!

Джон еще раз внимательно посмотрел на сына — лицо мальчика было мрачным, челюсти сжаты.

— Принеси краску, — сказал он негромко. Бобби побежал через лужайку к гаражу, а Джон оглянулся — улица была пуста. Никого, ни души. Он пошарил в карманах в поисках сигареты...

Да, прошло меньше месяца с той страшной ночи. Ночи, когда открылась дверь, и появились двое молодых людей, держа под руки испуганную, избитую Джери-Ли.

...Поздняя телевизионная передача уже подходила к концу, когда в дверь позвонили. Он поднялся из кресла, стоящего, как всегда, перед телевизором. В этом кресле он подремывал во время вечерних развлекательных передач. Он поглядел на часы — был час ночи.

— Наверно, это Джери-Ли. Забыла ключ, — сказал он.

Вероника, увлеченная происходящим на экране, сказала только:

— Объясни ей, пожалуйста, чтобы она не забывала ключи. В следующий раз мы, возможно, будем спать.

Он прошел в маленькую прихожую, подошел к входной двери.

Звонок зазвонил опять.

— Иду, иду, — отозвался он и повернул ключ.