Август Вейссель - Зеленый автомобиль

— Баронесса Штернбург, которую я разумею, высокая, стройная женщина с золотисто-рыжими волосами. Живет она обыкновенно в Вене, на площади Шварценберг, и в настоящее время, если мои сведения правильны, считается невестой капитана генерального штаба Франца Фернкорна.

Недовольное и хмурое лицо капитана вспыхнуло.

— Ваши сведения вполне точны, милостивый государь. А теперь мне хотелось бы выяснить, что означает этот разговор или, вернее, допрос. Вы, конечно, неслучайно попали ко мне в купе и предприняли путешествие в Италию в один день со мной.

— Конечно, капитан, конечно! Нам известно, что ваша невеста вызвала вас к себе телеграммой, и как раз в то время, когда ей удалось очень ловко скрыться от преследования полиции.

— Скрыться! От полиции! Что вы хотите этим сказать? Как мне понимать вас? — взволнованно проговорил Фернкорн. — Мне кажется, что тут более уместно другое выражение… моя невеста и вдруг… скрыться от полиции.

— Крайне прискорбно, что мне приходится сообщать вам об этом. Баронесса в сопровождении служащего нашей полиции должна была быть доставлена из Венеции в Вену, но по дороге она самым невероятным образом скрылась из своего купе…

Капитан молчал. Он не находил слов для возражения. Наконец, справившись немного со своим волнением, он решился переспросить Вурца:

— Так ли я вас понял? Мою невесту надо было с полицией доставить в Вену? Неужели она совершила какое-нибудь преступление, раз вы решились ее арестовать?

— Совершила преступление! Это чересчур сильно сказано. Просто мы подозреваем баронессу в соучастии… считаем ее замешанной в одном деле, которым полиция очень интересуется. В Венеции она отказалась отвечать, но выразила согласие поехать с моим подчиненным в Вену. По дороге она самым загадочным образом исчезла.

Капитан все еще не мог совладать с охватившим его волнением.

— О чем же, собственно, идет речь? — медленно и принужденно прозвучал вопрос из его дрожащих уст.

— Об убийстве на Грилльхоферштрассе. Установлена тождественность убитого с известным вам Джиардини. Если Джиардини действительно был знаком баронессе, а это утверждает она сама и ее отец, то ей должно быть известно об этом деле гораздо больше, чем она говорит.

Обезумевшими, ничего не понимающими глазами смотрел капитан на начальника тайной полиции. Затем он пожал плечами и с отчаянием снова схватился за голову.

— Черт меня возьми, если я хоть что-нибудь понимаю. Ну да в Чинчио мы все узнаем. Мета скажет все, что она знает. Я вам ручаюсь за это!

Вдали показалась башня Святого Себастьяна, и поезд остановился у станции, конечной цели их путешествия. Капитан открыл чемодан и вынул из него портфель, положил его около себя на сиденье.

— Даю вам честное слово мужчины и офицера,  — серьезно и выразительно проговорил он,  — что я не знал ничего из того, что вы мне сейчас сообщили. Поэтому я прошу вас поехать вместе со мной к моей невесте и допросить ее в моем присутствии. Я не сомневаюсь в том, что полиция ошибается, но очень хотел бы, чтобы эта ошибка была выяснена при мне.

В течение оставшихся нескольких минут начальник тайной полиции Вурц передал вкратце капитану все обстоятельства дела.

Умолчал он только о двух вещах, во-первых, о том, что баронессу подозревали в убийстве Джиардини; а во-вторых, о том, что дело о пропаже военных документов было тесно связано с печальным эпизодом на Грилльхоферштрассе.

Не подозревая, что сам находится под неусыпным наблюдением своего спутника, представил капитан Фернкорн Вурца своей невесте. Минуту спустя со станции выехал второй экипаж и тоже свернул к вилле. В нем находились доктор Мартенс и оба полицейских агента.

Начальник тайной полиции вежливо поклонился и с самой любезной улыбкой подошел к баронессе.

— Простите за беспокойство, милостивая государыня. Капитан был так любезен, что поручился мне за немедленный прием. Речь идет о проверке некоторых чисел… о… сущие пустяки… и я вполне понимаю, что вам неугодно было из-за этого предпринимать утомительное путешествие в Вену.

Баронесса уже успела овладеть собой. Всякое отступление было ей отрезано — она это понимала. Понимала она также, что спокойный и сдержанный Вурц чувствовал себя — да и был на самом деле — хозяином положения.

В ней проснулась вновь светская женщина, и, невзирая на важность предстоящей минуты, она решилась отплатить за насмешку той же монетой.

— Я должна, наоборот, поблагодарить вас за ваше посещение, но, право, вы могли бы не трудиться и не беспокоить себя напрасно. Я собиралась сегодня же вернуться в Вену в сопровождении капитана Фернкорна. Будьте уверены, что я, не теряя ни минуты, навестила бы вас в вашей конторе. Будьте любезны войти, господа.

Она сделала приветливый жест рукой.

— Я приготовила легкий завтрак,  — продолжала она, обращаясь к капитану,  — надеюсь, вы не откажетесь разделить его со мной.

Вурц, к которому относились последние слова, молча поклонился.

Мужчины последовали за баронессой в маленькую гостиную второго этажа, где прислуга торопливо ставила на стол третий прибор.

Вурц, большой психолог и знаток человеческой души, остался верен своей обычной тактике и затеял с баронессой и капитаном легкую болтовню, тщательно избегая касаться цели своего приезда.

Мета, повернувшись лицом к окну, пристально смотрела на расстилавшийся перед ней пейзаж. Капитан, по-видимому, чувствовал себя неловко. Один только Вурц с аппетитом поедал икру и паштет из гусиной печени, запивая еду сухим шампанским.

Закуска не была еще кончена, как к вилле подкатил второй экипаж.

— Подкрепление, не так ли? — с принужденной улыбкой обратилась баронесса к начальнику тайной полиции.  — Разве я в глазах полиции являюсь такой уж опасной личностью? Четверо мужчин против одной женщины.

— Простите, баронесса,  — учтиво возразил Вурц,  — женщина всегда опасна, и справиться с четырьмя мужчинами ей не так трудно. Мои помощники приехали сюда потому, что я не мог заставить их дожидаться меня средь чистого поля. Если вы разрешите…

— Конечно, разрешу! Я буду очень рада, если господин комиссар согласится выпить с нами стакан вина.

— Я буду иметь удовольствие лично передать доктору Мартенсу ваше приглашение,  — предупредительно вызвался комиссар и поспешно вышел из комнаты.

Не успела захлопнуться за ним дверь, как капитан вскочил с места и бросился к баронессе.

— Мета, богом заклинаю тебя, скажи мне всю правду. Я не могу дольше выносить неизвестности…

Но баронесса перебила его вопросом:

— Пакет с тобой?

В эту минуту тихонько приотворилась дверь и из-за нее показалась улыбающаяся физиономия Вурца. Он утвердительно кивнул баронессе и успокоительно проговорил: