Елизавета Берестова - Корона клинков

— Наведите порядок, капитан, — спокойно сказал эльф, — за проезд я заплатил сполна, и не собираюсь выслушивать оскорбления.

— За проезд-то ты, конечно, заплатил, — со значением ответил капитан, но вот за безопасность твоей девки…

Капитан развёл руками, словно сетуя на собственное бессилие пред возбуждённой командой:

— Безопасность, она дополнительных денег стоит.

Было очевидно, что он вознамерился выудить у пассажира все его деньги. Ещё на острове капитан своим безошибочным чутьём контрабандиста почувствовал, что длинный цыган не в ладах с законом. Его воображение уже рисовало ценности, спрятанные в тугих вьюках, и эти ценности вскоре должны обрести нового, более достойного хозяина.

Брэк догадался о намерении капитана, но попытался в последний раз урезонить его:

— Зря вы это затеяли, — миролюбиво произнёс он, перебрасывая свой посох с привязанными к нему перьями в левую руку, — давайте разойдёмся, пока не поздно. Хуже ведь будет.

— Да ты, никак, угрожаешь мне? — изумился капитан, а команда ответила дружным гоготом, — с чего это нам хуже будет? Опахало — оно в драке наивернейшее оружие, да и осёл — помощник не из последних.

Ясень оценил обстановку. Против них было шестеро, капитан имел саблю, у остальных хищно поблёскивали здоровенные тесаки и ножи.

— Осёл-то мне как раз и поможет, — отозвался он, — Торки, татуированный бугай твой. Справишься?

— А то нет! — радостно воскликнул Торки, принимая прямо на глазах у удивлённой публики свой собственный облик.

На замешательство, вызванное такой метаморфозой, Ясень как раз и рассчитывал. Из посоха выдвинулись магические лезвия, мгновенно превратившие роскошные перья в пепел. Эльф ударил капитана широким движением с разворота, и тот упал на палубу с рассечённой шеей. Перехватив посох другой рукой, Ясень сделал шаг в сторону помощника с двумя ножами и длинным резким выпадом ударил того в живот. Помощник согнулся пополам и зашёлся в диком крике. Матрос, который стоял позади капитана, с воплем ринулся к борту. Ясень выдернул посох и полоснул пробегающего наискось по груди. Одновременно с этим Торки неожиданно высоко подпрыгнул и раскроил череп верзилы мощным ударом раздвоённого копыта. Ещё один из матросов схватил саблю уже покойного капитана и отчаянно замахнулся на безоружного фавна. Но тот поднырнул под удар, саданул нападавшего коленом в пах и добил ногой.

— Два! — азартно выкрикнул Торки.

— Три, — сказал Брэк, добивая воющего помощника капитана.

— А шестой? — спросил Аэций, указывая на кого-то, выглядывающего из-за мачты.

Ясень схватил с палубы нож и почти не целясь, метнул. Раздался важный хруст, и на побережье опять воцарилась тихая южная ночь.

— Ну, вот мы и остались без команды, — заметил Торки, перешагивая через убитых так, чтобы не наступить в кровь. — Как теперь мы поплывём дальше? Я лично в морском деле ноль, а вы?

— Я тоже, — ответил Ясень, — придётся уходить по берегу. Аэций, ты в порядке?

— Почти, — чуть дрогнувшим голосом ответил мальчик, — просто я не привык, что на моих глазах так часто убивают кого-то.

— Поначалу меня это тоже немного шокировало, — доверительно признался Торки, — но сейчас уже начинаю осваиваться, можно даже сказать, вхожу во вкус. Что, пошли?

Он привычно подхватил вещи.

— Может, стоит всю эту дохлую команду за борт покидать?

Ясень покачал головой.

— Здесь мелководье — всплывут. Корабль, мирно стоящий в бухте привлечёт меньше внимания. Когда этих молодцов обнаружат, всё спишут на пиратов. Поэтому лучше оставить их как есть.

— Тогда шлюпку на воду, и вперёд! — воскликнул Торки, стараясь подбодрить побледневшего Аэция.

— Никаких шлюпок на этом корыте нет, — сказал Брэк, — посему нам придётся добираться до берега вплавь. Что скажешь, Аэций, доплывёшь?

— Конечно, не без гордости ответил мальчик, — я ведь вырос на озере.

— Тогда разделим поклажу.

— Интересно, почему никто не спрашивает моего мнения? — возвысил голос Торки, — я против. До берега с полмили будет, нам не доплыть.

— Во-первых, не полмили, а хорошо, если треть, а во-вторых, мы доплывём. — Ясень намеренно сделал ударение на слове «мы», — но для козлоногих упрямцев я могу предложить целых два варианта на выбор: можешь заночевать прямо здесь в тишине и спокойствии, ибо трудно найти более смирную компанию, чем покойники. Или ты снова превращаешься в осла и плывёшь с нами. Животным способность плавать присуща с рождения.

— Вот ещё, — фыркнул фавн, — давайте мою долю поклажи. Но если я утону, и боги спросят меня, какого дьявола я попёрся ночью вплавь в такую даль, я отвечу, что выполнял приказ бессердечного хозяина.

— Я буду держаться поблизости на всякий случай, — предложил Аэций.

— Этот плут не нуждается в опеке, — проговорил Ясень, перелезая через борт, — он просто страсть как не любит купаться. Я потратил полгода, чтобы приучить этого грязнулю принимать ванну.

— Не правда, вы преувеличили, всего-то месяца три, — возразил фавн, плюхаясь в воду.

До берега действительно оказалось не так далеко, как виделось с корабля. Когда ноги Аэция ощутили дно, он почти не устал. Брэк велел хорошенько прополоскать волосы, чтобы смыть отвар обезьяньего ореха.

Они переоделись, и Торки увязав одежду морских цыган узлом вместе с большим камнем, бросил в море, напутствуя:

— Прощай, наше унизительное бабско-животное прошлое!

Полная луна освещала побережье, друзья пробрались меж скал и оказались среди безлюдных холмов, покрытых небольшими рощицами. Вокруг, насколько хватало глаз, не было ни дорог, ни человеческого жилья.

— Вы, сударь, хотя бы приблизительно представляете, где мы находимся? — спросил Торки.

— Можешь быть спокоен, мы не потеряемся. Если идти отсюда прямо на северо-запад, непременно пересечёшься с Военным Серакским трактом. По нему мы и станем двигаться дальше.

— Разве можно путешествовать без дорог, да ещё ночью? — спросил Аэций, — во всех этих лесочках-рощицах заблудиться недолго.

— Только не эльфу!

— Только не фавну!

В один голос воскликнули Ясень и Торки.

Вёсла галеры мерно поднимались и опускались, толкая судно вперёд. Осокорь стоял на палубе и напряжённо, до боли в глазах, вглядывался в туманную полосу берега у горизонта.

Патрулирование Осэны не дало результата, если, конечно, не брать в расчёт отловленных уличных грабителей, карманников и прочей шушеры. Ясень бесследно испарился из столицы провинции Сциллия, оставив своим преследователям горстку рассыпавшихся бус. И вот вчера, наконец, Осокорь получил долгожданную зацепку. Рыбаки пережидали шторм в небольшой бухте, восточнее их посёлка. Там-то они и обнаружили корабль с мертвецами. Конечно, легат Первого Безымянного легиона не единожды говорил себе, что в бухте может оказаться всё, что угодно. Например, контрабандисты не поделили прибыль и в драке перерезали друг друга, а оставшиеся в живых бежали. Или пираты перебили всех, или ещё что-то подобное. Совсем не обязательно, чтобы это был Ясень. Однако чутьё наперекор доводам рассудка твердило: «Это он».