Дарья Калинина - Киллер на диете

Она позвонила в нужную ей квартиру и строгим голосом произнесла:

– Это жилконтора! Открывайте! Вы знаете, что у вас огромная задолженность по коммунальным счетам? Если не оплатите ее в течение недели, будем подавать на вас в суд и выселять из квартиры!

И, так как за дверью молчали, Мариша подбросила полешек в огонь:

– Судебный иск нашими адвокатами уже подготовлен и ждет отправки в суд! Не откроете – через пару дней придется вам выселяться отсюда!

Эта угроза наконец возымела свое действие. Дверь потихоньку открылась, и оттуда выглянуло бледное вытянувшееся лицо. Почемуто едва взглянув на эту физиономию, Мариша поняла, что перед ней никакой не убийца и вовсе не преступник. Так, жалкая слабохарактерная личность, ни на какой решительный поступок не способная.

– Так что? – грозно повторила она, уже сознавая, что победа окажется на ее стороне. – Платить будете?

– Это какаято ошибка, – пролепетала личность. – Мы за все аккуратно платим… Зайдите, пожалуйста, я вам все объясню!

Так как Мариша твердо знала, что все соседи в подъезде сейчас подслушивают у своих дверей – чем закончится разговор работника ЖЭКа с жильцами сомнительной квартирки, она безбоязненно шагнула через порог. Ну не убьют же ее тут, в самомто деле! Хотя и получается, что единственным человеком, кто мог столкнуть Аюшу с лестницы, а Милу в каменоломню, является этот бледный типчик. Ну или его приятель.

Второй парень также выглянул на шум. И он оказался почти точной копией первого, разве что по всей физиономии у него были разбросаны бледные веснушки. А волосы были некрасивого ржавого цвета.

Рыжий парень объяснил Марише, что квартиру они снимают. Но бланки за коммунальные услуги аккуратно отдают хозяйке, которая их и оплачивает. И никаких напоминаний о том, что у них имеется хоть какаято задолженность, до сих пор не поступало.

Мариша и сама это все прекрасно знала, но, тем не менее, слушала, ища опытным взглядом в квартире хоть какуюнибудь зацепку, свидетельство того, что эти двое были знакомы с Аюшей, Петровной или с бедной Милой.

– Вот что, ребята! – решительно произнесла она наконец, сбрасывая с себя жилетку. – Все это была комедия. Ничего и никому вы, конечно, за коммуналку не должны. А я тут совсем по другому поводу. Вы знаете, что Мила Путова погибла?

Рыжий ойкнул, совсем подевичьи прикрыв рот ладошкой. А вот первый парень, бледный и худосочный, совершенно сравнялся цветом лица с новенькой отбеленной простыней.

Маришино сердце торжествующе стукнуло. Ага! Значит, она угадала! Эти двое знали Милу! Возможно, с кемто из них девушка и отправилась на поиски сокровищ своих предков. Отправилась, да так и не вернулась назад.

– Как вас хоть зовут? – спросила она у ребят.

– Жан, – представился бледный.

– Пьер, – произнес второй.

– Это что же за имена такие странные? – удивилась Мариша. – А если нормально, то вы – Ваня и Петя?

Юноши синхронно кивнули. И чтото странное почудилось Марише в их облике. В чем дело? Что не так с этими ребятами?

Но, отогнав подальше эти мысли, Мариша вернулась к главному:

– Ну? И кто из вас поехал с Милой? Кто столкнул ее с обрыва? Ты, Ваня? Или, может быть, ты, Петя?

На самом деле, Мариша не верила, что эти двое малохольных могли когото убить, пусть даже и нечаянно. Нет, если бы такое с ними произошло, они бы до сих пор валялись в глубоком обмороке или бились бы в истерике.

Но вслух Мариша спросила:

– Так что? Кто из вас это сделал?

Ее взор был суров. И мальчишки начали испуганно каяться, перебивая друг друга:

– Мы не хотели!

– Мы ей говорили, что эта пустая затея!

– Зачем ей было кудато ехать?

– Но разве Мила станет когото слушать!

– Да она еще и распсиховалась, когда узнала о нас правду!

– А что психовать, ведь все и так ясно! Жан ее любит исключительно как сестру.

– И Пьер – тоже!

– Она для нас как сестра, вот живем мы – и любим друг друга!

– А Мила разозлилась!

– Хлопнула дверью и ушла!

– И еще сказала, что когда она разбогатеет, чтобы мы к ней не совались!

– А мы и не собирались!

– Очень надо!

– Мы и так счастливы!

Из всех этих отрывистых реплик Мариша почерпнула немногое. Гораздо больше ей сказали жесты и мимика парней. Ее просто внезапно осенило! Господи, да они же голубые! Ну да! Голубые, аж до синевы! И они сами сказали ей, что любят друг друга! Да они – типичные педики! И как это она сразу не догадалась! Стареет, теряет чутье. А ведь должна была вмиг просечь тему. Ведь у ребят все на их смазливых мордашках четко написано!

Вон у рыжего – трогательные девичьи колечки на наманикюренных пальчиках. А у второго – симпатичные сережки в ушах, которые и сама Мариша не постеснялась бы надеть. И оба одеты с той подчеркнутой пышностью и женственностью, которая так присуща людям нетрадиционной ориентации.

Итак, Мариша явилась в гости к сладкой парочке, которая снимает для своих утех это любовное гнездышко. И они тихо себя ведут, потому что не в их правилах привлекать к себе излишнее внимание соседей. Наркотики тут совсем ни при чем. Тут дело в другом.

– Ну и кто из вас крутил роман с Милой? – строго спросила у мальчишек Мариша.

Парочка снова кинулась все ей объяснять. Но Мариша только руками замахала:

– Не оба сразу! И не верещите, как девчонки! Ведь вы всетаки не девчонки!

Ребята удивленно замолчали, трогательно хлопая пушистыми накрашенными ресницами. А потом рыженький, который был побойчее своего приятеля, сказал:

– Милу мы знали. Но ни у одного из нас с ней не было романа.

– Никакого романа! – подтвердил второй.

– Мы не по этой части, – подтвердил и первый, взяв дружка под руку и трогательно зардевшись при этом.

Сдерживая смех, Мариша все же уточнила:

– Значит, с Милой вы просто дружили?

– Ну да! Дружили! Только оказалось, что она вбила себе в голову, что мы оба влюблены в нее. И не проявляем в отношении нее никакой инициативы, потому что стесняемся друг друга.

…Недоразумение это разрешилось как раз в тот день, когда Мила явилась к своим приятелям, чтобы позвать их с собой в Прянишкино. Девушка была одета подорожному. В руках у нее был рюкзак и еще какоето снаряжение. И она сразу с порога заявила:

– Ребята, я знаю, что вы до сих пор не можете решить, кто из вас женится на мне. Но я должна вам сказать, что я – очень богатая невеста! У моего прадеда было целое поместье и каменоломни, приносившие огромный доход. И гдето там, в этих каменоломнях, спрятаны сокровища, мой прадед припрятал их от большевиков. Те требовали отдать все ценности в казну советского государства, но мой прадед решил иначе. Ценности он спрятал в тайнике. А сам сжег именье и бежал. Всю жизнь он прожил под чужим именем, дрожал, боялся, как бы его инкогнито не раскрыли, но все обошлось. И теперь эти драгоценности принадлежат мне одной! И еще – тому человеку, с которым я решу провести всю свою жизнь.