Владимир Колычев - Честный вор

Он мог надраться с горя, но нет, привел себя в порядок, можно сказать, сотворил маленькое, но чудо, на фоне которого корзинка с розами казалась скромным приложением.

– Ну, проходи, так уж и быть! – растаяла Дарина.

– Ты это, извини меня, сам знаю, что был не прав…

Саша переступил порог, нежно поцеловал ее в щеку. Сначала вымыл руки, и только затем отправился в детскую к Ромке.

Когда она зашла в комнату, он стоял у манежа и смотрел, как играет с игрушками сын. Дарина подошла к нему сзади, обняла. Любила она его и хотела быть с ним до конца жизни.

– Если еще раз покажешь мне на дверь, я тебя убью, – мило улыбнулась она.

– Что? – дернулся он.

– Я не шучу, – воркующим голосом сказала Дарина.

– Я знаю, – выдавил Саша, – ты такая.

– Да, я такая. Не белая и не пушистая. Но с тобой я буду хорошей… Пока ты меня не бросишь…

– Я тебя не брошу! – Он резко повернулся к ней и посмотрел на нее с замороженной улыбкой на губах. Он боялся Дарину, но не хотел себе в этом признаваться.

– Тогда и я тебя не брошу. Будем жить долго и счастливо. А если ты мне не веришь, можешь выгнать меня из дома.

– Э-э… И ты меня убьешь, да? – не на шутку разволновался он.

– Может, и не сразу… А может, и не убью…

Дарина смотрела на него с загадочной улыбкой. Как хочет, так пусть и понимает.

Главное она сказала, и пусть теперь Саша думает, как удержать ее при себе. Пусть борется за нее. Если все сложится так, как она хочет, Артема в ее жизни больше не будет. А если нет, она не станет сдерживать себя в своих желаниях.

А желания у нее, конечно же, есть. Надоело сидеть дома и заниматься хозяйством. Для ребенка можно нанять няню, а Дарина может заняться бизнесом – или на пару с мужем, или даже составить ему конкуренцию в экспорте железной руды. Но для начала ей нужны водительские права и своя собственная машина. И пусть Саша только попробует ей в этом отказать.

Ищи ветра в поле… Ничего, Коробок найдет. Через поле они уже прошли, березовая роща началась, дачный поселок обозначился. Полутораэтажный дом с жестяной трубой – за высоким забором из грубых досок, за ним поворот, съезд ведет под уклон, упирается в железные ворота.

Где-то здесь, в этих дачных домах, затаился Ветер со своей братвой. С Дроном как-то все очень быстро и удачно вышло, даже кровь на улицах лить не пришлось, а с Ветром облом приключился, не попал браток в расставленные сети…

Но Коробок не успокоился, всех, кого можно, на уши поставил, но узнал, где «затихарился» Ветер. Сестру его дружка в угол зажали и перед выбором поставили – или ей напихают дальше некуда, или она скажет, где Ветер… Не напихали, а жаль. Но Коробок еще к ней вернется. Сделает дело и вернется. Если ее брат, который с Ветром, не остановит…

В каком конкретно доме затаился Ветер со своими, Любка не знала. По глазам было видно, что не знала. Но ничего, Короб прочешет весь поселок, заглянет в каждый дом.

Поджарый жилистый Брюс вышел из машины, подошел к воротам, снял с них проволоку, которая стягивала створки. Братва оставалась в машинах. Но правильно ли это? Надо выходить прямо сейчас и от самых ворот прочесывать поселок.

– Вепс! Гантеля!

Коробок вышел первым, за ним потянулись остальные. Хан и Костыль вышли из своей машины. В этот момент и полетели трассеры – с ошеломляющим грохотом, прямо на них. Автомат ударил из дома с жестяной трубой, стреляли с тыла. Коробок соскочил с дороги, спрятался за штабелем шлакоблоков, который так удачно подвернулся под руку, и крикнул: «Атас!» Впрочем, пацаны и без него знали, что делать. Они спрятались за машину, и только Брюс остался лежать у ворот, с воем закрывая руками простреленный живот.

Автоматчик стрелял из дощатой мансарды. В багажнике машины лежал «АКМ», пули могли прошить стену, за которой он прятался, но пока его достанешь…

Машины у стрелка были как на ладони, по ним автоматчик и стрелял. А штабель со шлакоблоками находился в «мертвой зоне». Коробок не воевал, но в армии служил и худо-бедно знал тактику огневого боя. К тому же он в ответе за своих пацанов, а в погоне за авторитетом может бежать быстро и через барьеры, даже под пулями. Именно поэтому и рванул к забору, обогнул его, вышел к дому со стороны леса. Забор высокий, но ему хватило пяти секунд, чтобы взять преграду.

Он спрыгнул на землю, присел на колено, достал из-под куртки ствол, передернул затвор. И в этот момент из-за дома выскочил черт с автоматом. Он бежал к тому месту, где находился Коробок, но не для того, чтобы свести с ним счеты. По ходу он хотел перемахнуть через забор, чтобы лесом выйти к воротам и оттуда взять братву в тиски. Но Коробок его остановил. Тремя выстрелами. Две пули ушли в пустоту, а третья прострелила живот. «Браток» выронил автомат, завалился на бок и, обхватив живот руками, конвульсивно дернул ногой. Коробок спешил, поэтому не стал наклоняться за автоматом, но, проходя мимо раненого, выстрелил ему в голову.

И в этот момент с мансарды перестал стрелять автомат. Коробок обогнул дом, из-за угла окинул взглядом передний двор и увидел «девятку». Один «браток» садился за руль, второй открывал ворота. Но был еще третий. Он только что закончил стрельбу и сейчас спускался со второго этажа. Возможно, с ним еще кто-то. В любом случае, Коробок сейчас вне опасности. Но и с братвой он ничего сделать не сможет, не справиться ему с одним пистолетом. Но есть автомат.

Миша вернулся к трупу, поднял «АКМ», отстегнул магазин, взвесил его на руке, глянул на дырочку в нем – все патроны на месте. И сам автомат наверняка в боевой готовности…

Ворота уже открыты, братва загрузилась в машину. Похоже, хлоевские дают деру. Коробок нажал на спуск в тот момент, когда машина тронулась с места. Он стрелял на ходу, приближаясь к «девятке», а когда машина, потеряв управление, ударилась в столб, на которых держались ворота, перешел на стрельбу в упор. В машине уже не было живых, а он готов был стрелять и дальше. Но патроны закончились, а заменить пустой рожок нечем. И все же Коробок не бросил автомат, с ним и вышел за ворота.

От стрельбы у него звенело в ушах, и он не заметил, как к дому подъехал ментовской «козел». На него он и вышел – как лось на охотника. Молодой лейтенант доставал на ходу пистолет, а сержант уже держал автомат на изготовку. Он мог бы нашпиговать Коробка свинцом, но у него вдруг опустились руки при виде направленного на него автомата. И лейтенанта заклинило. Испуганно глядя на Коробка, он выронил «ПМ», который только-только вынул из кобуры, не успев зафиксировать в руке.

Коробок был в том состоянии, когда ему было все равно кого «мочить», но в автомате не было патронов, и он об этом не забывал.

– На землю, «мусора»! – заорал он.