Лин Гамильтон - Мальтийская богиня

— Тридцать процентов? — переспросил Роб.

— О! Я знаю, о чем вы думаете. Уж что он там имел в виду, не знаю, но мы сошлись на половине каждому.

— Вы торговались с незнакомым человеком, понятия не имея о чем? Как же это может быть? Вы что, психи?

— Вовсе нет, просто я была очень усталой, можно сказать, плохо соображала, поэтому я стояла, пораженная этой встречей. В конце концов, он догадался, что я ни сном ни духом не ведаю о его делах, поэтому закончил разговор одной фразой: «Значит, это не вы!» А потом он оттолкнул меня и выскочил из склепа. Последний раз я видела его вчера.

— В музее? — уточнил Лучка.

— Не совсем. На рынке. Он грубо схватил меня и затащил в дом, где сообщил, что я и все остальные — в большой опасности.

— И что же это за опасность такая?

— Не знаю. Я убежала. Но затем, проклиная себя за малодушие, я разозлилась и последовала за ним в собор, а потом в музей. Остальное вы знаете. — Я передохнула и спросила сержанта: — Полиция установила его личность?

— Нет еще. У него не было с собой ни удостоверения личности, ни бумажника, ни паспорта, ни денег. Вы хоть знаете, как его зовут?

Я поколебалась:

— Не припомню, обращались ли бортпроводницы к нему по имени. Думаю, что да, но не уверена.

— Акцент у него был?

— Американский. Вероятно, калифорнийский.

— Итак, что мы имеем? Американец в странном наряде летит сюда из Парижа. У него металлодетектор, поэтому он, вероятно, ищет что-то металлическое. А может быть, он фанат Джероламо Кассара, может, просто турист. Несмотря на то что он сыграл в самолете, скажем, небольшую, но эмоциональную, даже пародийную роль, и его зовут… — Он посмотрел на меня в упор, и имя сорвалось у меня с языка:

— Грэм. Они обращались к нему мистер Грэм.

— Отлично! — Роб улыбнулся нечаянной удаче. — Я позвоню Табоне. Вот вам лопатка, помешивайте время от времени, ладно? — И он подвел меня к сотейнику.

Он вернулся спустя несколько минут и проверил мою работу. Надо признать, что блюдо источало восхитительный аромат, и Лучка, судя по его виду, остался доволен.

— Табоне благодарит вас за имя убитого. Он пошлет запрос относительно мистера Грэма. Что же касается убийцы, я здесь, чтобы найти его. Я также рассказал ему о нашем визите в Меллиху. Теперь жду, когда он задаст несколько вопросов Иосифу. Табоне удалось убедить медэксперта, доктора Каруану, вернуться на службу и помочь нам во всем разобраться. Уже к завтрашнему утру или через день, надеюсь, мы получим ответы. — И тут он улыбнулся во весь рот: — С вашей подачи Иосиф теперь у нас на крючке.

— Полагаю, с Мэрилин будут сняты подозрения? Она объявилась? — задавала я вопрос за вопросом.

— He-a. Ни слуху ни духу. Я тут поговорил со своим шефом из Канады. Наши сотрудники прочесали с собаками-ищейками каждый дюйм оврага за домом, сам дом, машину Галеа в гараже аэропорта. В машине не обнаружено ни крови, ничего другого, только отпечатки его пальцев на руле и приборах. В доме отпечатки его, прислуги и очень много — его жены. Мы имеем его отпечатки на визе, и Табоне послал копию в Канаду. Во всяком случае, самый короткий ответ на ваш вопрос — никаких следов миссис Галеа нет.

Лучка подал говядину с салатом из зелени и полил очень душистым местным каберне. За обедом мы обменивались впечатлениями о красотах острова, и нам показалось на короткое время, что между нами установилось взаимопонимание.

Как и следовало ожидать, беседа сама собой вернулась в криминальное русло — к двум убийствам.

— Вообще довольно странно, что всего за несколько дней два иностранца оказались мертвыми — убитыми — на этом крохотном островке, — произнесла я.

— Табоне сказал то же самое. Он приказал обыскать все с собаками и опросить всех, кто был в поле зрения. Двое иностранцев убиты, и двое священников подверглись нападению. Думаете, остальные священники находятся в полной безопасности? Во всех этих церквях? — возмутился он, а потом задумался: — А если здесь есть какая-то связь?

— Не знаю почему, но не могу избавиться от ощущения, что эти события выстроены в какой-то последовательности. Как бы мы их ни складывали, все сходится в одной точке.

— Я приехал сюда, чтобы расследовать убийство Галеа, и не собираюсь заниматься эмпирикой. Я работаю с фактами. По-моему, расследование убийства Грэма — пустая трата времени и сил. — Сержант Лучка был настроен решительным образом. — Я имею в виду, что если вы ищете связь между Галеа и Грэмом, то единственным таким звеном являетесь вы. Вы знали Галеа, вы летели одним рейсом с Грэмом, и только вас угораздило сталкиваться с ним. Я не намерен оставаться здесь в бессрочной командировке и распутывать каждое преступление на острове.

Я почувствовала надвигающуюся волну раздражения.

— Вы зачем сюда приехали? — спросила я осуждающим тоном. — Неужели всякий раз, чтобы расследовать убийство, посылают за границу сержанта конной полиции Канады? Что это? Награда за хорошее поведение или внеочередной отпуск? Собрали кое-какие сведения для начальства — ив кусты? — Во мне все закипало от негодования.

Он посмотрел на меня снисходительно:

— Эта поездка больше смахивает на утешительный приз. Я здесь на излечении. Попал в автокатастрофу. Думал, что покончу с крупными торговцами наркотиками, но оказалось, что они решили покончить со мной.

Я осеклась, так как не ожидала такого оборота. Испытывая чувство вины, я украдкой взглянула на него, а он после легкой паузы продолжил:

— Между нами произошла небольшая стычка на дороге. Беда в том, что я вел патрульную машину, а они ехали на грузовике. Я не помню ничего, кроме света фар в лицо. Очнулся я через несколько дней в больнице. Меня еле собрали. Уйма времени ушла на восстановление физических и моральных сил. Теперь, когда вернусь на службу, сяду только за бумажную работу. Надеюсь, привыкну, — сказал Лучка, поморщившись. — Но на ваш прямой вопрос отвечу так: мальтийские власти попросили содействия в расследовании этого дела. Никого подходящего не нашлось, но думаю, что я вполне готов нарушить спокойствие этого острова в шестнадцать миль длиной.

— Извините, — мое сердце екнуло. Я заметила, что он пару раз прихрамывал при ходьбе, но мне и в голову не могло прийти такое. Меня раздосадовала размолвка, произошедшая между нами. Я всегда думала о нем хуже, чем он был на самом деле. — Ну и свинья же я!

— Забудьте! — бросил он снисходительно. — Я и сам немного поросенок! Чтобы проявить заслуженное уважение к вашим химерам, давайте предположим, что существует какая-то связь между ними. Что же Грэм такого натворил, что его порешили?

— Я не перестаю задавать себе вопрос, действительно ли все места, где я его видела, имеют что-то общее, я имею в виду, что именно, помимо творений Джероламо Кассара? Я тут провела маленькое расследование и кое-что обнаружила, хотя и не уверена, имеет ли это значение.