Лариса Соболева - Пояс неверности

– Тебе не сказал прокурор, кто передал кассету? – спросил Руслан.

– Хачатур Каренович, – торжественно сказал Артем. У Руслана и Севы глаза выкатились. – Да, да, он, кристальный человек, к которому случайно попала кассета, не переносит свиней, подобных Каракулю. Видите, нестыковочка получается. Хачик же не в курсе, что мы знаем, что Лию насиловал Каракуль по его приказу. Почему же сдал телохранителя? Сначала взял на две штуки «зеленых» к себе на службу, заставил выполнить зверский приказ, а потом сдал.

– Восточная дипломатия, – развел руками Руслан. – В ней черт ногу сломит. Так что будем делать?

Артем молча показал ордер.

– Ну, едем брать, – сказал Сева. – В конце концов, этот Каракуль сволочь. Насиловал? Насиловал. Вот и пускай получает нары.

– Успеем, – нахмурился Артем. – Давайте сначала проанализируем ситуацию. Из известных нам сведений получается, что Алекса грохнули из-за бумаг, так?

– И получается, что Хачик о них знал, – дополнил Сева.

– Именно, – усмехнулся Артем.

– Да, мотив серьезный, – вздохнул Руслан, понимая, что Хачатура им не одолеть.

– Только, ребята, не зацикливайтесь на Хачике, – словно угадал его мысль Артем. – Он, конечно, знал о папке, но не исключено, что о ней знали и остальные. Я имею в виду Булькатого, Тимоху и Шкалика.

– У этих еще один мотив есть, – подхватил Руслан, – выбить из седла Хачика, сделать его ручным. Для этого им нужно было убрать Алекса и завладеть папкой.

– И это верно, – согласился Артем. – Но есть еще один человек, который имеет основательный мотив. Жена Алекса. Она является единственной наследницей своего мужа. Мне удалось узнать, где она проживает в данное время. В Краснодаре у матери.

– Ух, ты! – воскликнул Сева. – И как это тебе удалось?

– Потрудился, – скромно ответил Артем. – Сначала я выяснил, где она находится, потом подключил в Краснодаре приятеля, тоже следователя, а уж он собрал о ней нужные сведения. Жена Алекса Инна уехала в Краснодар с учителем физики, вскоре они расстались. После обеспеченной жизни она села на мизерную зарплату, можно сказать, бедствует с матерью. Инна не развеласьс Алексом, думаю, не случайно. Не раз бомбила его телеграммами с просьбой выслать денег, но он не дал ей ни копейки. Хотела вернуться, только он не взял ее назад. Не простил измены. Я даже допускаю, что она могла выкрасть папку из сейфа.

– Стоп, Артем, – прервал его Руслан. – Ты забыл про код. Дата смерти матери Алекса! А умерла она уже после побега Инны.

– Не забыл, – ухмыльнулся Артем. – Инна хорошо знала Алекса и его любовь к матери. Что обычно кодируют? Какую-нибудь важную дату. Это делается, чтоб не забыть цифры.

– А зачем ей бумаги мужа? – полюбопытствовал Сева.

– Понимаешь, денег у нее не было, чтобы заплатить за убийство, – пояснил Артем. – Она могла договориться с кем-нибудь из четверки, что тот устранит ее мужа, а Инна взамен предоставит папку. Дом она знает лучше, чем кто-либо. Наверняка ей известно и местонахождение сейфа. Она могла, изменив внешность, приехать в день похорон, когда дом был пуст, и забрать папку из сейфа. Логично?

– Нелогично, – сказал Сева. – Если Инна договорилась с тем же Хачиком, какого черта он ищет папку? Она должна быть у него.

– Отдала ли Инна ему папку – вот в чем вопрос. Мало ли какие мысли посетили дамочку, когда она посмотрела документы. Короче, ребята, надо ехать в Краснодар. Если у нее нет алиби на момент похорон Алекса, то стоит раскрутить ее.

– И кто поедет? – поинтересовался Сева.

– Бросим жребий, и поедет самый младший, – заявил Руслан.

– Я?! – подпрыгнул на стуле Сева, лицо его исказила недовольная гримаса. – А что я с ней буду делать?

– Вспомни, чему в академии учили, и действуй, – отрезал Руслан. – Так. Мотивы, значит, есть у пятерых. А Каракуль сюда каким боком прилагается?

– Не знаю пока, – сказал Артем и встал. – Ладно, поехали брать Каракуля.

Каракуль остановился у первой же забегаловки. Купил шашлыка, воды, хлеба и печенья, в джипе отдал Антону. Мальчик набросился на еду, а он делился с ним планом:

– Слушай меня, Антон. Сейчас едем к дому Алекса... не бойся! Я только заберу деньги и вещи. Нам без денег никак нельзя. Вон, даже поесть не купишь. Потом мы поедем к маме. Заберем ее из охотничьего домика и рванем отсюда.

– А Радж?

– И Раджа заберем. Здесь даже собакам жить нельзя. Ты ешь, ешь. Теперь вот что, Антон, залезай под сиденье, так надежней будет. Идет?

– Идет. Поехали, я под сиденьем доем.

Каракуль тронул машину с места, а мальчик сполз вниз. Подъезжая к дому Алекса, постепенно сбавлял ход. Милицейская машина стояла у ограды. Почему-то внутри екнуло: поворачивай и жми на газ! Но Каракуль не прислушался к внутреннему голосу, не заезжая во двор, поставил машину недалеко от милицейской. Выбираясь из джипа, заметив, что менты оживились и спешат к нему, шепнул:

– Антошка, что бы ни случилось, я не обманывал тебя, верь. И еще, сиди тихо. Даже если начнется землетрясение, не смей вылезать, понял?

– Понял, – отозвался из-под сиденья мальчик.

– Радж, охраняй, – последний приказ отдал Каракуль, захлопывая дверцу.

– Вы гражданин Захар Быкин? – приблизился Руслан.

– Ну, я, – признался Каракуль.

– Вы задержаны по статье сто тридцать первой.

– А что это за статья?

– Изнасилование.

Защелкнули наручники, Каракуля впихнули в милицейскую машину. Кизил, Сашко и Васильич, провожая начальника охраны, вышли на дорогу. Вот и след простыл от милиции, забравшей Каракуля. Сашко переводил подозрительный взгляд с Кизила на Васильича:

– Братва, а кто сдал Каракуля?

– Вот ты и ответь нам, раз такой умный, – недобро вперился в него Кизил.

– Не надо ссориться, – мирно произнес Васильич. – Оно как станем друг с дружкой не ладить, все вразброд пойдет.

Вздыхая и охая, Васильич подошел к джипу, приоткрыл дверцу, а возлежащий сразу на двух сиденьях Радж угрожающе зарычал. Васильич сразу захлопнул дверцу:

– А, чтоб тебя! Пес окаянный! Ребята, помогите втолкнуть в гараж. Радж не пускает за руль. Ну и пусть сидит там без ужина.

Втроем вкатили джип в гараж, заперли и ушли в дом.

Кутузка пустовала. Да, в это время года здесь не толпится народ. Вот в курортное время, когда сюда наезжает полным-полно всякого сброда, места в кутузке лишь стоячие. Каракуль расположился в углу на полу. В противоположном отдыхал неизвестный хмырь с пропитой рожей, сняв стоптанные ботинки. Вонь от его дырявых носков заполнила каземат, распространилась по коридору – не продохнуть. Когда Каракуля вели сюда, он примечал все до мелочей: сколько ступенек, сколько шагов до поворота, какая охрана, где и как расположены двери. Однако вряд ли отсюда вырвешься. Впрочем, чем черт не шутит, когда бог спит.