Энн Грэнджер - Свеча для трупа

— Я думал, у этих домов толстые стены.

— Да, но только на первом этаже. А на втором они всего в кирпич толщиной. Старые дома. Раньше не делали таких фундаментов, как сейчас. Буллен был на втором этаже, в своей спальне, когда разговаривал сам с собой.

— Ну, я тоже иногда этим грешен, — улыбнувшись, сказал Маркби.

Маргарет усмехнулась:

— Мы все иногда так делаем. И я в том числе. Но нас не сравнишь с Булленом. Нед говорит, он разговаривает очень громко, как будто спорит.

— Правда? — задумчиво сказал Маркби.

— Знаете что? Пойдемте к нам, выпьете чашечку кофе. Там Ларс и Энджи.

Маркби взглянул в сторону дома Буллена. Старика не было видно. Наверное, ушел в дом.

— Хорошо. Но я ненадолго, у меня ведь рабочий день.

Они вошли в дом. Сразу стало понятно, что Ларс и его невеста о чем-то спорили. Энджи сидела бледная, с плотно сжатыми губами. Ларс, напротив, был пурпурного цвета, будто только что кричал.

Однако они оба изо всех сил постарались притвориться, что рады видеть Алана Маркби.

— Ну, как у вас дела? — спросил Ларс.

— Нашли могильщика? — добавила Энджи.

— Дела, в общем, по-всякому, что-то хорошо, что-то не очень. Нет, Гордона Лоу мы пока не нашли.

Маргарет вышла, чтобы распорядиться о кофе. Ларс посмотрел ей вслед.

— Вся эта ситуация сильно ударила по матери, — сказал он.

— В самом деле?

Маркби, напротив, полагал, что Маргарет справляется на удивление хорошо. А вот сам Ларс как-то расклеился. Да и глянец Энджи изрядно потускнел.

— Она… она беспокоится о моей карьере. О том, как на нее может повлиять публичный скандал.

— Мы все беспокоимся! — воскликнула Энджи.

— Алан, вы обещали, — Ларс с мольбой посмотрел на Маркби, — что не дадите запятнать мое имя.

— Нет, я этого не обещал, — возразил тот. — В некоторых обстоятельствах это может оказаться мне не под силу. Я сказал, что если вы не имеете никакого отношения к убийству Кимберли Оутс, то я не вижу, зачем нам упоминать ваше имя.

— Как это все мило! — сказала Энджи. Порывшись в сумочке, она достала сигареты и закурила.

Ларс нервно заметил:

— Мама не любит…

— Ничего! Пусть привыкает! — ничуть не смущаясь, отозвалась дама его сердца. — Даже пепельницы в этом доме днем с огнем не сыщешь!

В этот момент в дверях показалась Маргарет Холден. Она тихо сказала:

— Энджела, я принесу тебе пепельницу. Ларс, мальчик мой, открой окно.

— А этот пропавший могильщик, Гордон Лоу, он имеет какое-то значение? — спросил Ларс, воюя с форточкой. Поняв, что выразился не совсем корректно для политика, он поправился: — Я имею в виду, он имеет отношение к убийству, или это отдельное дело? Я так понимаю, его брат повесился. А он мог в результате потрясения просто потерять память. Такое ведь бывает, верно?

— Бывает, — подтвердил Маркби. — Но мы не думаем, что Дэнзил Лоу совершил самоубийство. Улики указывают на то, что его убили.

— Убили? — Голос Ларса сорвался. — Господи боже…

Вмешалась Энджи Причард.

— Это имеет отношение к той девушке, Кимберли Оутс? — спросила она. — Алан, раз уж вы не хотите нам помочь, так, по крайней мере, не скрывайте от нас ничего!

Прежде чем ответить, Маркби несколько мгновений смотрел на нее.

— Возможно, мне стоит спросить об этом у вас. В разговоре с Мередит вы выступили с неожиданным и очень серьезным обвинением.

Ларс и Энджи как по команде повернули голову в сторону двери, за которой скрылась ушедшая за пепельницей Маргарет Холден.

— Алан, во имя всего святого!.. — прошипел Ларс. — Не здесь! Мама может услышать!

— Я прекрасно помню, что я сказала Мередит! — Энджи не опустила глаз под пристальным взглядом Маркби. — Но она… Маргарет… не могла повесить могильщика. У нее бы просто не хватило на это сил. Я же не идиотка, я это понимаю!

— Вы верно рассуждаете.

Она сделала несколько шагов ему навстречу — руки скрещены на груди, в пальцах дымится сигарета, с которой вот-вот слетит пепел и упадет на чистый ковер.

— Я просто хочу знать, насколько серьезные у нас неприятности. Вы ведь не собираетесь вешать на Ларса и это убийство?

— Послушайте, Энджи! — Маркби потерял терпение. — Никто на Ларса ничего не вешает! Мне неприятно, что вы так выражаетесь! Мы, и я лично, так не работаем!

У нее в глазах метались злые огоньки.

— А мне неприятно, что нас разглядывают под микроскопом! Ларс не убивал эту чертову девку двенадцать лет назад! Не убивал он и этого могильщика! Следовательно, что вы здесь делаете, Алан?

От двери раздался спокойный, ровный голос Маргарет Холден:

— Мистер Маркби пришел выпить со мной кофе. Я сама его пригласила. Это ведь все еще мой дом, Энджела. — Она без стука поставила пепельницу на стол. — Более того, он будет моим до самого последнего дня моей жизни.

Несколько позже, отъезжая от «Старой фермы», Маркби вспомнил знаменитую фразу Толстого: «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». Семью Холден ни в каком случае не назовешь счастливой. Видимо, так всегда было — и до появления Энджелы Причард. Если все, что рассказал Нед Уолкотт, правда, — а Маркби не видел, почему это должно быть не так, — то Холдены много лет существовали в таком напряжении, какое давным-давно погубило бы иных, более слабых людей.

Не разгоняясь, он проехал мимо домов Уолкоттов и Буллена. Буллен опять копался в огороде. Маркби остановился и подошел к нему.

— Как вы поживаете, Нат?

— Лучше некуда! — сварливо ответил Буллен. — Чего вам надо? Приехали поглядеть на ваш забор?

— Вы хорошо поработали, — заметил Маркби.

— Ваша подружка мне подсобила. Мне нечего вам сказать.

— Зато мне есть что сказать вам. — Маркби посмотрел на открытую дверь. — Зайдем внутрь?

Буллен поколебался, но затем в свойственных ему грубоватых выражениях согласился провести гостя в кухню. Маркби устроился за столом.

— Вообще-то, Нат, у меня разговор не к вам.

Он сцепил пальцы.

— Да? — Буллен метнул в сторону Маркби недобрый взгляд. — Майор Уолкотт живет в соседнем доме.

— Я бы хотел поговорить с вашим постояльцем.

Буллен ничего не ответил, и Маркби продолжил:

— С Гордоном Лоу. Он ведь наверху, не так ли? — Маркби показал на потолок. — Будьте добры, Нат, пригласите его сюда.

Мередит звонила несколько раз, но все не могла связаться с Аланом. Четвертый звонок стал последней каплей. Дождя не было. Она надела легкий свитер и пешком отправилась к священнику. Возможно, у Джеймса Холланда есть какие-нибудь новости.

Рассудив, что скоро ленч, она заглянула в местный супермаркет и купила пакет любимого печенья священника. С пакетом в руках она дошла до стены, окружающей старое кладбище.