Бекки Мастерман - Прятки со смертью

Я подхватила коробку, прежде чем он успел подумать о продаже содержимого на e-Bay, и спросила:

— Вы позволите нам забрать с собой коробку, мистер Линч? Вам, похоже, ничего из нее не нужно?

— Мистер Линч, содержимое коробки вовсе не доказывает, что ваш сын — серийный убийца, — добавила Коулмен.

Линч отвернулся и резко бросил:

— Да просто прибейте его, и дело с концом.

Видя, что мы теряем контроль над беседой, я жестко посмотрела на Коулмен. На нашу встречу санкций никто не давал, и надо было выжать из него максимум. Она остановила Линча и дала визитку, которую он, не разглядывая, сунул в карман рубашки.

— Мистер Линч, не знаете ли вы о ком-либо, кто, возможно, был связан с вашим сыном на протяжении многих лет?

— Точно сказать не могу. — Он быстро пошел по коридору к гостиной, будто ему все равно, как долго мы собираемся тут сидеть.

— Существует ли кто-то, кому выгодно признание вашего сына в совершении убийств «Шоссе-66»? — заорала я ему в спину, когда он уже вышел из входной двери. — Упоминал ли он в этой связи чье-нибудь имя?

Однако голова Линча была занята другим. Широко расставив ноги, он, перекрикивая рев мотоцикла, вопил с неприкрытой яростью:

— Нет, ты скажи, черт побери! Слезай со своего долбаного мотоцикла и колись: это Флойд убил моего пса?

Когда мы сошли по расшатанным железным ступеням трейлера и очутились между орущим Линчем и ревущим мотором, я успела подойти поближе к отцу Флойда и снять свои темные очки. Я надеялась застать его врасплох и спросила так, что Коулмен не слышала:

— Не упоминал ли он когда-нибудь имя Бриджид Куинн?

Единственное, чего я добилась от Линча, — это раздражения. Он сомкнул пальцы на моем предплечье, его лицо оказалось почти вплотную к моему. Он коснулся языком ложбинки на губе.

— Это не моя вина, — прорычал Линч, и мне почудилось, будто с несвежим дыханием изо рта его вылетают стыд и боль. — Растишь ребенка, а он вдруг вырастает монстром, который не заслуживает права жить на этом свете. Что тогда делать, а? Зря не утопил маленького ублюдка, когда у меня был шанс.

Коулмен решительно завела автомобиль.

— Черт, мы забыли спросить его, нравилась ли его жене Кейт Смит. Помните, Флойд говорил.

— Интервью по учебнику встречаются только в учебниках, — ответила я. — Выпьем за Барки. Мир праху его.

— Я никогда не утверждала, что Флойд славный малый. Вы знали, что он рассказывал о своих экспериментах с мумификацией животных?

— Да, это есть на видео, что вы дали мне, — но домашний питомец? Я имею в виду сексуальную привлекательность.

— И тоже не тянет на высшую меру, — сказала Коулмен. Она умело вывела свой «приус» из парка трейлеров на главную улицу Бенсона. — Собираюсь заехать в «Бургер кинг», что мы видели по пути сюда, взять колы на обратную дорогу. Желаете что-нибудь еще?

— Хочу. Не подъезжайте к окну, где можно получить еду, не выходя из автомобиля, припаркуйтесь так, чтобы я могла зайти внутрь и попи́сать. И пожалуйста, возьмите колу и мне.

Мы обе сделали то, о чем мечтали, и вот снова по I-10 летим на запад, прихлебывая газировку. До Тусона примерно час езды, и Коулмен вдруг стала болтливой, как бывает с людьми в продолжительных автомобильных поездках после бесед с парой болванов. Своеобразный способ лишний разок убедиться, что ты входишь в число нормальных.

— Как вы попали в Бюро? — поинтересовалась она.

Допивая колу, я пошуршала льдинками, чтобы размешать их с остатками газировки.

— Я из семьи копов: папа и брат работали в городской полиции, сестра пошла в ЦРУ. А вы?

— А я пришла в самый разгар работы по делу «Шоссе-66». Я, кстати, думаю, с вами погано обошлись тогда и… потом. — («Потом», наверное, условное обозначение периода, когда я преподавала.) — Всегда считала вас одной из лучших, — добавила она.

— Я еще не померла, — отметила я. Пора было менять тему. — Помимо фрагмента об ушах, видео допроса стоит того, чтобы смотреть целиком. Хорошая работа. Вы столько времени провели с этим парнем. Омерзительный тип, правда?

— Не… — Коулмен оборвала себя на полуслове, якобы решив прочистить горло.

Я уже поняла, что она всегда держала что-то про запас и каждый раз начинала говорить с чего-то тривиального, например с вопроса, как я пришла в Бюро. Глядя вдаль перед собой, я сказала:

— Коулмен, вы, возможно, слышали о том, что я за человек. Прежде всего, я не психиатр, да и для сеансов психотерапии у нас с вами времени нет, так что говорите-ка, что у вас на уме. Обещаю не визжать от смеха и не выкладывать в «Твиттере».

Лаура глубоко вздохнула. Боковым зрением я увидела, как она покрепче сжала руль.

— К допросам я готовилась: читала книги, например Дэвида Вайса. Прежде чем браться за них, я даже немного волновалась и твердила себе: «О, вот она я, планирую, так сказать, окунуться в разум чудовища». Самое жуткое, что этого так и не произошло. Как вы сказали, я предполагала «омерзительное». Но спустя некоторое время — думаю, вскоре после того допроса, что вы видели, — появилось ощущение, будто просто беседую с каким-то парнем, то есть с плохим парнем, но не с чудовищем в обличье человека.

— А вы ожидали встречи с кем-то, кто заливается злобным смехом, подкручивая усы?

— Разве он не должен быть хоть капельку похож на Чарльза Мэнсона? — Коулмен наконец рассмеялась, и это позволило нам обеим расслабиться. — Да-да, почти таким я его себе и представляла. Примерно так и вышло. Бриджид, он был слишком… Словом, один из нас. Жалкий придурок. Я не расстроилась, увидев, что он оказался человеком, но я ожидала чего-то иного.

— Перейдем к главному. Флойд поймал вас на любви к вампирским фильмам — как здорово в них сочетаются секс и любовь.

— Нет, — ответила она.

— Да.

— Ну хорошо, да.

— Мы развращенная раса. До некоторой степени Линч прав. И с этим тоже можно согласиться.

Я повернулась взглянуть на нее. Она втянула губы меж зубов, глаза сузились — ее лицо будто закрывалось само по себе, защищаясь. Интересно, как она отреагирует, если сообщить о том, что я убила человека в старом русле? Я изобразила, будто втягиваю сырой воздух через шланг, — пошутила, чтобы немного поднять настроение:

— Люк. Переходи на темную сторону. — На этот раз она не засмеялась, поэтому я сменила тон на более серьезный. — Эй, Коулмен, на этот счет не беспокойтесь. От любви к «Сумеркам» до желания лакать чью-то кровь как до луны. В каждом из нас в какой-то момент просыпается серийный убийца. Потому что… потому что… — Я легонько постучала костяшками пальцев по стеклу, чтобы убедиться, что она слушает меня, и чтобы подчеркнуть мысль. — Именно это одна из вещей, которые помогут вам стать профи в своем деле настолько, что вы сама испугаетесь.