Майкл Морли - Паутина смерти

— Теперь есть и звук, — обрадовал программист до того, как Хью успел разобраться, кто есть кто среди итальянцев.

Вот только со звуком вышел перебор — он оказался таким громким, что чуть не полопались барабанные перепонки.

— Тише! Убавь звук! — закричал Хью, прикрывая уши.

— Привет из прекрасного Рима! — сказал Джек так громко, как будто рядом взлетел сверхзвуковой самолет.

— Чао! — поздоровался Массимо, тут же отвернулся от экрана и, прикрыв рот рукой, что-то горячо заговорил по-итальянски человеку за пределами картинки.

— Мы пока тебя не видим, — объяснил Джек. — Массимо устраивает взбучку программистам. Ты один, Хью?

— Нет. Я здесь со специальным агентом Анжелитой Фернандес. Она вчера присоединилась к заданию.

— Здравствуйте, мистер Кинг! Очень рада, что выпала честь работать с вами! — с искренним уважением сказала Фернандес.

— О, теперь мы вас видим! — заявил Массимо. — Простите, итальянские телекоммуникации совсем сдали после смерти Маркони.

Все рассмеялись. И, выждав, когда выйдут программисты, приступили к делу.

Джек молчал, предоставив главную роль Массимо, который, взяв в руки список, начал разговор:

— Во время видеоконференции я хотел бы обсудить несколько вопросов. Первое — участие в работе Джека. Второе — взаимное обязательство делиться информацией. Третье — доставка в управление итальянской полиции в Риме коробки с головой Кристины Барбуяни. Четвертое — доставка в отделение ФБР посылки с головой… — Массимо сверился с записями, — с головой Сары Карни, вероятно, первой жертвы блэк-риверского маньяка. Кто-нибудь желает добавить что-то к плану?

Хью наклонился к микрофону.

— Нужно обсудить межоперационные детали: привлечение местных властей Южной Каролины, взаимный доступ к базам данных и так далее. Или мы можем решить эти вопросы позже, как вам будет угодно.

— Давайте позже, — ответил Массимо. — Может быть, кратко изложите Джеку, а мы обеспечим связь?

— Идет, — согласился Хью.

— Как вам известно, — продолжал Массимо, заглянув в повестку совещания, — центральный отдел исследования психологии преступников, который я возглавляю, попросил Джека присоединиться к работе в качестве консультанта по делу Кристины Барбуяни, поскольку мы считаем, что это дело имеет много общего с делом блэк-риверского маньяка, орудующего в Соединенных Штатах. Чтобы было ясно — у Джека нет никаких полицейских полномочий, он здесь как гражданский эксперт. Его задача — поделиться информацией, относящейся к делу: анализ и профайлинг текущего дела и, если будет произведен арест, советы по психологической стратегии проведения допроса. Последнее особенно важно, если выяснится, что убийца не итальянец, а американец.

— Поздравляю с удачным выбором! — тепло сказал Хью. — Я и сам рад, что старый бык вернулся на ринг!

— Да. — Массимо не совсем был уверен, что понял смысл комплимента. — Сегодня вечером мы вышлем по секретной линии копии фотографий, переведенные на английский отчеты и фотографический материал по делу Кристины Барбуяни.

Фернандес, прикрыв рот рукой, зашептала на ухо Хью:

— Я уже добыла кое-какие данные из итальянских газет и сводки Интерпола, но блэк-риверский маньяк нигде не упоминается.

— Итальянская пресса, — продолжал тем временем Массимо, — особенно газетчики в родном городе Кристины, Ливорно, считают ее убийство частным случаем. Они не в курсе совпадений с почерком БРМ. И нам бы очень хотелось, чтобы пресса продолжала и дальше так думать. Малейшее упоминание об итальянском серийном убийце сведет мистера Берлускони с ума. И наша работа существенно усложнится. А если станет известно об американском серийном убийце или о том, что нам помогает бывший сотрудник ФБР, пиши пропало! Тут же набегут, как скарафаджи — простите, как тараканы, — международные новостные агентства. Но без этого можно обойтись.

— Не беспокойтесь, мистер Альбонетти, — сказал Хью. — Мы умеем обрабатывать территорию, чтобы не появились саркофаги — или как вы их называете. Нам бы тоже не хотелось, чтоб всплыла связь с итальянским криминалом.

Массимо одобрительно кивнул.

— Итак, мы прояснили первый и второй вопросы повестки. И раз уж мы подключили к работе офицеров связи, может быть, договоримся о стандартном обмене отчетами о текущем состоянии дел утром и вечером? А общение между следователями, привлеченными к делу, по мере необходимости. — Массимо отметил галочками первые два пункта. — По существу третьего вопроса: голова Кристины Барбуяни была анонимно доставлена в римское управление, полиции в коробке с надписью «Тем, кого это касается»…

— Вы сказали «анонимно», — прервал его Хью, — означает ли это, что вы не знаете названия курьерской службы или имени курьера?

— Можно сказать, и то и другое, — ответил Массимо. — Мы не знаем имени человека, доставившего посылку. Нам известно название компании, но пока с ними не удалось связаться.

— Почему?! — с недоумением воскликнул Хью.

Массимо тихо вздохнул. Ох уж эти американцы! Всегда торопятся, всегда хотят все сразу.

— Вам придется смириться с некоторыми национальными особенностями Италии. Адрес курьерской службы не зарегистрирован. Мы не можем найти их телефонный номер или хоть какие-нибудь данные, имеющиеся у официальных органов. Это может означать, что или компания не существует в природе, или владелец пытается скрыться от уплаты налогов. Мы полагаем, что скорее всего компания вымышленная. Пожалуйста, доверьтесь нам в этом вопросе. Как только мы добудем информацию, сразу вышлем вам отчет.

Хью почувствовал легкое разочарование в голосе итальянского коллеги.

— Без проблем! Уверен, ваши ребята докопаются до сути. Я просто хотел выяснить, что схожего и отличного между посылками.

Массимо кивнул гигантскому изображению Хью на экране.

— Вас понял. По-моему, важнее записка, обнаруженная в посылке, точнее, в голове жертвы. Мы долго обсуждали содержание послания, которое Джек счел очень важным.

— Скоро вы получите копию, — сказал Джек. — А пока я быстро зачитаю записку. «Buon giorno итальянская полиция!» Ребята, заметьте, что «buon giorno» написано правильно и в конце предложения — восклицательный знак.

Хью и Фернандес открыли блокноты.

— «Вам подарок. С любовью БРМ», — продолжал Джек. — Он подчеркивает, что он БРМ, в конце предложения — точка. И снова ни одной грамматической или орфографической ошибки. Следующая строка ужасна, приготовьтесь. «Можете считать это „началом“ того, что я для вас приготовил!» Восклицательный знак в конце. Язык прост, лаконичен, БРМ пытается задеть нас.

— Напечатано или записано от руки? — уточнил Хью.

— От руки, — ответил Джек. — Но заглавными печатными буквами, чтобы экспертам не удалось определить почерк.