Уоррен Мерфи - Тропа войны

Сидя за столиком, Ван Рикер вникал в дальнейшие подробности, касающиеся секретной организации.

– Вдобавок, – говорил Смит, – мы не считаем, что военные смогут взять ситуацию под контроль; тем более теперь, когда дело приняло такой оборот.

– Не вижу, что мы сможем сделать.

– Когда вы в 1961 году создавали «Кассандру», у нас было стратегическое преимущество перед русскими. А сейчас его нет. Тогда «Кассандра» была нам не так уж необходима, если только на всякий случай. И вот настало время, когда она понадобилась. Имея стратегическое преимущество, русские могут напасть в любую минуту, стоит им лишь подумать, что они способны устранить «Кассандру». Как вам известно, если сейчас военные начнут спасать ее, для этого и потребуется целая дивизия. Весь мир узнает, где она. «Кассандра» во многом напоминает нашу организацию, КЮРЕ. Если нас рассекретить, мы пропали.

– Что вы можете предоставить в мое распоряжение? – спросил Ван Рикер.

– Самых лучших в мире убийц-ассасинов.

– Сколько?

– Двоих, – сказал Смит, кивая на двери ангара.

– Старик выглядит доходягой. Догадываюсь, они-то, и есть все ваши люди. Восемьсот человек превратилось в двух.

– В одного, – поправил его Смит. – Все мои люди – это Римо. Чиун – его учитель, он заботится лишь о продолжении своего дела. Мы не можем просить Мастера Синанджу выполнять наши поручения. Он считает их недостойными себя мелочами.

– Армия из одного человека, – размышлял вслух Ван Рикер. – Наверно, у него масса дел. Друзья, знакомые, семья – все разбросаны по стране. Отпечатки пальцев... Дайте подумать... Вы использовали мертвеца?

– Римо Уильямс, полицейский из Ньюарка, был убит больше десяти лет назад. Его отпечатки пальцев нигде не зарегистрированы, – сказал Смит.

– Несуществующий человек для несуществующей организации, – с уважением кивнул Ван Рикер.

Смит улыбнулся.

– Если у меня будет преемник, мне бы хотелось, чтобы он был похож на вас. Вы правы на все сто.

– Теперь я четвертый человек, посвященный в это дело, – сказал Ван Рикер, – потому что вы хотите...

– Потому что нам нечего будет защищать, если мы не спасем «Кассандру», – продолжил Ван Рикер.

Он встал и протянул Смиту руку. Смит тоже поднялся и пожал ее.

– По рукам, – в один голос сказали они. Смит проводил Ван Рикера до дверей ангара.

– Удачи вам, – сказал Смит. – Если я вам понадоблюсь, звоните: санаторий Фолкрофт, в местечке Рай, под Нью-Йорком.

– Это для отвода глаз?

– Да. Я директор санатория. Это официальная связь. Секретная связь переменный код, кратный пяти, по дням недели. Время по Гринвичу.

– Удобно, – сказал Ван Рикер.

– Ерунда, – произнес Римо.

– Вы миритесь с таким нахальством? – удивился Ван Рикер.

– Ничего не поделаешь. Он прекрасный специалист.

– Откуда он знает? – шепнул Римо Чиун.

– Подсчитывает трупы, папочка.

– Очень мило с его стороны.

У Ван Рикера оставался последний вопрос.

– Как вам удалось узнать о «Кассандре»?

– Такие вещи, сэр, – ответил Смит, – сами приходят в голову, если о них хорошенько подумать.

И Римо впервые за сегодняшний день увидел удовлетворенную улыбку на лице Смита.

– Конечно, – сказал Ван Рикер. – Ведь я, в отличие от вас, ориентирован всего лишь на один предмет.

– Что это значит? – спросил Римо.

– А это значит, – объяснил Ван Рикер, – что «Кассандра» была надежно защищена от разведки русских и от нашей военной разведки, но не от организации, имеющей сторонников в правительстве и разработавшей такую компьютерную сеть. В итоге вы узнали бы о «Кассандре» хотя бы по той причине, что она не попадала ни в какие данные.

– Поиск путем исключения, – сказал Смит.

– Вот именно, – подтвердил Ван Рикер.

– Вот именно, – повторил Чиун.

Римо обвел всех вопросительным взглядом.

– Я займусь им, сынок. Он представляет определенную опасность, – по-корейски сказал Чиун.

– Все еще не понял, – Римо посмотрел на Ван Рикера.

На аэродроме их ждал другой самолет с новым пилотом. Пролетая над Арканзасом, Ван Рикер объяснил Римо, как КЮРЕ разоблачила «Кассандру».

Просто-напросто сообщения о различных происшествиях обрабатывались в компьютерах, и то, о чем умалчивалось, само собой, выплывало наружу.

– Не понимаю, хоть убей, – сказал Римо.

– И не надо, – ответил Ван Рикер.

– Попробуй понять, – сказал Чиун. – Ты можешь кое-чему научиться.

За спиной Ван Рикера он подмигнул Римо и закатил глаза, словно показывая, что этот светловолосый тип явно не в себе.

Над Вундед-Элк самолет неожиданно тряхнуло. Даже сквозь загар стало видно, как побледнел Ван Рикер. Через несколько секунд дрогнувшим голосом он произнес:

– Слава Богу. Это всего лишь воздушная яма.

План по спасению американского Среднего Запада, предложенный Смитом, был невероятно прост. Во-первых, обеспечить надежную защиту ядерной боеголовки, находящейся под монументом. Во-вторых, не допустить огласки, которая могла бы нарушить равновесие сил в пользу противника.

Однако в этом плане было одно маленькое «но». Оно заключалось в следующих названиях: «Эй-би-си», «Си-би-си», «Нью-Йорк Таймс», «Нью-Йорк Глоуб», «Вашингтон Пост», «Сан-Франциско Кроникл», «Чикаго Трибюн», «Дейли Мейл», «Тайм», «Ньюсуик», «Эсквайр», «Пари-Матч», «Асахи Шимбун», «Юнайтед Пресс Интернешнл», «Ассошиэйтед Пресс», «Рейтер», «Правда» и несколько сот других наименований средств массовой информации, представители которых собрались в рыжей от засушливого лета прерии Монтаны.

В полумиле, на плоскогорье располагался городок Вундед-Элк, построенный десять лет назад индейцами Апова. Они покинули резервацию, проделали долгий путь по дороге, ставшей теперь большим шоссе, и начали строить новую жизнь. Но пресса интересовалась не ими. Ее интерес был прикован к сорока индейцам из Чикаго, Гарлема, Голливуда и Гарварда, захватившим памятник и церковь рядом с асфальтовым шоссе, которое ведет к городку Вундед-Элк.

Местная полиция окружила индейцев кольцом, но, согласно приказу из Вашингтона, не трогала их, чтобы избежать обвинений в насилии. Сперва полицейские пытались не допустить прессу к митингующим, но это оказалось нелегким делом. Поэтому они не слишком старались.

Римо наблюдал, как кто-то нес голубой флаг от здания церкви к монументу. Операторы засуетились. Потом человек бросил флаг, поднял над головой автомат Калашникова и, вспрыгнув на мраморную глыбу, исполнил индейский военный танец, после чего соскочил на землю.

– Он не попал в кадр, он не попал в кадр! – услышал Римо. – Дайте им какой-нибудь знак.

Из передних рядов представителей прессы замахали, и со стороны памятника донесся усиленный мегафоном голос: