Джеймс Роллинс - Кровавое евангелие

Корца забрался в вертолет последним. Священник был меньше ростом, чем Джордан, и Эрин было бы менее тесно и более удобно, будь она пристегнута одним ремнем с Корцой, но Джордан был больше чем уверен, что такого падре не допустил бы.

Рун сел на последнее свободное сиденье, расположенное как раз напротив них. Накрытый капюшоном сутаны, сосед Корцы склонился к его уху и что-то зашептал. Джордан, не разобравший ни слова, был тем не менее уверен, что рядом с Корцой сидела женщина. Это повергло его в удивление. Она была человеком? Или церковь нанимала женщин-стригоев, чтобы пополнять ряды сангвинистов?

После этого никто ни с кем не говорил. Все сидели неподвижно, как изваяния, и это тревожило Джордана сильнее, чем если бы они говорили без умолку, перебивая друг друга.

Вертолет, взревев мотором, поднялся над пустыней, взметнув вверх облако песка, а Стоун был готов думать о чем угодно рядом с теплым телом прижавшейся к нему Эрин. Поначалу она старалась сидеть так, чтобы зазор между ними был достаточно большим, но вскоре прекратила это бесполезное занятие, поскольку их стягивал один ремень безопасности. Вертолет с гудением летел вперед по ночному небу, и она, внезапно расслабившись, погрузилась в сон — утомление и усталость взяли верх.

Ее голова легла на плечо Джордана, и он, подвинувшись, сел так, чтобы ей было удобнее. Сколько времени прошло с тех пор, как в последний раз красивая женщина вот так же спала на его плече… Резиновая стяжка слетела с ее белокурых волос, и они разметались по плечам. На таком близком расстоянии Стоун заметил у нее пряди более светлые, чем остальные волосы, имевшие цвет густого меда. Очевидно, во время раскопок эти пряди часто выбивались из-под банданы и выгорали на солнце.

Ему так хотелось запустить пальцы в один из таких локонов и дойти до его конца, как он, бывало, отслеживал путь нитки в большом гобелене, и попытаться докопаться до причин, почему эта женщина заняла такое важное место в его судьбе. В последние несколько часов Эрин довелось пройти через многое. Джордан намеревался вытащить ее изо всей этой сумятицы и отправить в безопасное место. Он должен был это сделать. Но он потерял всех, кто был под его началом…

Лучше закрыть пока эту тему.

Чтобы отвлечь себя от грустных размышлений, Стоун стал внимательно рассматривать рану на загорелом бедре Эрин. Хотя та и вправду была неглубокой, однако ее сморщенные края приобрели неприятно красный цвет и были облеплены пылью и песком. Двигаясь максимально осторожно, чтобы не разбудить ее, Стоун вытащил свой полевой санпакет. Достав антисептическую салфетку, осторожно вычистил рану, мягко касаясь ее и медленно перемещаясь по ее длине. Она все-таки застонала во сне.

Сангвинисты, все как один, посмотрели в ее сторону.

Джордан незаметно переместил свою свободную руку ближе к ножу и оставил ее в этом положении.

— Не бойтесь нас, — тихо сказал ему Корца, лицо которого было скрыто под капюшоном. — Вы в полной безопасности.

Джордан не снизошел до ответа падре. И не пошевелил рукой.

21 час 02 минуты

Голова Эрин качнулась вперед, отчего она проснулась. Оглушенная ревом моторов вертолета, женщина с трудом поняла, что смотрит в пару удивленных глаз, светло-синих, с темным кольцом вокруг радужки. И эти глаза улыбались ей. Она улыбнулась в ответ, и только после этого до нее дошло, что это глаза Джордана.

Она заснула на его плече и проснулась, улыбаясь ему.

Женатому человеку.

В вертолете, полном священнослужителей.

С горящим лицом Эрин выпрямилась на сиденье и передвинула ремень безопасности так, чтобы создать хотя бы дюймовый зазор между ними. Она почти слышала неодобрительный вздох своей матери и чувствовала на своем лице тяжелую отцовскую ладонь.

Эрин повернулась к окну — это была единственно возможная поза, позволяющая скрыть покрасневшие от смущения щеки. За окном впереди светились огни приближающегося города и меркнущие над ним звезды. Среди хаотичной городской застройки ярко светился золотой купол.

— Похоже, мы подлетаем к Иерусалиму, — сказала она.

— Откуда вы знаете? — недоверчиво поинтересовался Джордан, скорее всего для того, чтобы облегчить ее смущение.

Эрин с радостью ухватилась за предложенную им возможность.

— Видите черную гору на востоке? Это Масличная гора. Важное историческое место для трех основных религий: иудаизма, ислама и христианства. И, как говорят, с этого места Иисус предположительно вознесся на небо.

Несколько сангвинистов тревожно заерзали при слове «предположительно», явно чувствуя обиду, однако Эрин продолжала:

— Книга пророка Захарии [36] Пророк Захария — священник Иерусалимского храма, муж Елисаветы, отец Иоанна Крестителя. вещает, что во время Апокалипсиса она расколется на две части.

— Круто. Давайте надеяться, что в ближайшее время это не случится. За последние два дня я по горло сыт горами, расколовшимися на две части. — Джордан указал вперед на тот сияющий золотой купол, который он заметил раньше. — А что это?

— Это Купол скалы. [37] Купол скалы — мечеть в Иерусалиме, построенная на одной из главных святынь ислама — священной заповедной территории аль-Харам аш-Шариф, на скале, откуда пророк Мухаммед был вознесен на небеса, где лицезрел Аллаха. Он построен поверх Мариа. [38] Мариа — местность, где Авраам должен был на горе принести в жертву сына своего Исаака; позднейшая традиция отождествляет место жертвоприношения Исаака и Храмовую гору в Иерусалиме. — Эрин подвинулась, чтобы Джордану было лучше видно. — Вокруг этого места вы можете видеть стену Старого города. Она словно лента огней, видите? К северу — мусульманский квартал. К югу и к западу — еврейский со славной Западной стеной.

— Той, которую называют Стеной Плача.

— Совершенно верно.

Эрин наклонилась вперед, и тело Стоуна, как приклеенное, скользнуло вперед вместе с ее телом.

Она пристально смотрела на священников, выражение их лиц, спрятанных за капюшонами, оставалось для нее невидимым. Эрин видела лишь лицо Руна, освещаемое сиянием городских огней на виражах, совершаемых вертолетом. Его бесстрастные темные глаза следили за ней.

Лицо ее снова залила краска, и женщина опять повернулась к окну. Что Рун должен о ней подумать? За кого он должен ее принять, наблюдая за ней долгое время? Эрин пыталась представить себе, что можно увидеть, если смотреть на мир через призму глаз, которые видели мир в течение многих веков. А был ли Рун на Куполе скалы, когда Махмуд Второй [39] Махмуд Второй — султан Оттоманской империи с 1808 по 1838 г. реставрировал его в 1817 году? Ее передернуло от этой мысли — она почувствовала страх, но вместе с ним и благоговение.