Джеймс Роллинс - Кровавое евангелие

Голова Джордана уже пошла кругом.

— Может, начнем с общего представления? А потом разберемся с деталями?

— Резонно. — Эрин продолжила чтение: — До наступления этого дня благословенная книга сия должна быть спрятана в колодце, в глубочайшей тьме и сохраняться Девочкой с утраченной девственностью, рыцарем Христовым и Мужем-Воителем.

Она остановилась, чтобы сделать новый глубокий вдох.

— В свой черед другое трио вернет эту книгу из тьмы на свет. И только Женщина, умудренная Знанием, рыцарь Христов и Муж-Воитель смогут открыть Евангелие Христа и явить миру славу Его.

Кардинал пристально смотрел на Эрин.

— Я верю, что речь идет о вас, доктор Грейнджер, вместе с сержантом Стоуном и нашим падре Корцей.

Эрин не отводила глаз от пергамента.

— А почему вы думаете, что мы и есть те самые люди, о которых говорится в пророчестве?

— Вы втроем оказались в том месте, где поначалу покоилась Книга. Каждый из вас сыграл определенную роль в отражении нападения созданий тьмы и вернулся живым, чтобы увидеть над собой звезды пустыни.

Джордан вздохнул — слишком громко, так что все посмотрели на него. Прочитанное Эрин звучало для него как религиозная мишура, и он объяснил им почему:

— Но мы ведь не взяли эту Книгу. Ее сделали до нас и переправили в другой мир. Кто-то, вероятно, уже давным-давно открыл эту Книгу.

— Но, сын мой, если бы они открыли Книгу, мир изменился бы. Чудеса стали бы повседневным явлением.

— Возможно, — согласился Джордан. — Но может быть и иначе: какие-то другие люди уже нашли ее и держат при себе. И они должны быть теми, о ком говорит пророчество, так ведь?

Кардинал покачал головой.

— Пророчество не говорит о тех, кто найдет Книгу, а только о тех, кто должен ее открыть . И я верю в то, что, в чьих руках ни находилась бы Книга, они не смогут ее открыть, потому что они не являются составляющими троицы, о которой говорит пророчество. Но я верю в то, что ими являетесь вы.

— И куда же нам идти на поиски Книги? — спросила Эрин.

Кардинал снова покачал головой.

— На этот вопрос у меня нет ответа. Рун сказал, что он ничего не нашел в усыпальнице — ничего указывающего на то, кто ее похитил.

Эрин посмотрела в глаза Джордана; ее взгляд спрашивал, можно или нет. Стоун согласно кивнул. Он сейчас не видел причины хранить этот секрет. Эрин, порывшись в кармане, медленно извлекла из него нацистскую медаль.

— Это мы нашли в зажатой руке мертвой девочки. Должно быть, она сдернула его с того, кто похитил Книгу, с того, кто убил ее.

Кардинал протянул ладонь. Эрин немного поколебалась, прежде чем положить бронзовый диск на ладонь, обтянутую красной перчаткой.

Не меньше минуты кардинал внимательно изучал надпись, выгравированную по краю медали, прежде чем прочитать ее вслух:

— «Аненербе».

— Вам знакома эта структура? — спросил Джордан.

— Наш Орден часто проводил исследования, сходные с теми, которые вызывали интерес этой структуры. «Аненербе» обшарила Святую землю в поисках утраченных артефактов и религиозных предметов, дающих власть и силу. Должен сказать, что святому отцу, который однажды уже пытался найти это Евангелие, было поручено также и наблюдать за тем, чем занималась «Аненербе». К несчастью, мы потеряли падре Пирса во время Второй мировой войны. — Кардинал поцеловал нагрудный крест, после чего продолжил: — Тогда мы потеряли очень многих.

Джордан понимал, что он чувствует, говоря это.

Бернард медленно выпрямился; лицо его оставалось задумчивым, когда он протянул медаль Эрин.

— Я знаю кое-кого, кто должен был видеть это. У нас есть Епископальный университет — один из университетов, управляемых Орденом сангвинистов; он скрытно функционирует в Эттальском аббатстве, в Германии. В тамошней библиотеке собрано громадное количество материалов по проведенным исследованиям. Там вы найдете наши научные отчеты, касающиеся «Аненербе» и их работ во время войны и после нее. Возможно, это будет первая остановка на маршруте ваших поисков?

Джордан посмотрел на Эрин.

— Может, вы предложите что-либо лучшее?

— Лучшее, чем сангвинистская библиотека? — Ее лицо выражало нетерпение и желание отправиться туда немедленно. — Не знаю, как дождаться момента, когда я окажусь там.

Стоун улыбнулся. В ее словах не было ничего удивительного. Ее нетерпение передалось и ему.

— Если падре Корца не возражает, давайте отправимся туда прямо сейчас.

— Я прослежу за тем, чтобы вас подготовили. После этого я должен вернуться в Рим — подготовить Ватикан, если, конечно, ваши поиски будут успешными.

Кардинал, посчитав переговоры законченными, собрался встать с кресла, но Джордан жестом руки попросил его задержаться.

— Прежде чем мы расстанемся, я хочу попросить вас оказать мне услугу.

— Да?

— Я написал письма обо всех людях моей команды. — Сержант старался говорить ровным, профессионально бесстрастным голосом, не раздумывая над фразами и словами. — Эти письма необходимо доставить их семьям по причине их смерти, в том числе и моей семье по той же причине. Могли бы вы проследить за тем, чтобы эти письма были доставлены куда положено?

Бернард склонил голову.

— Конечно, сын мой. У нас есть контакты со многими армейскими капелланами.

Джордан кашлянул, прочищая горло, и тем же твердым голосом попросил:

— И еще одно, Ваше Высокопреосвященство.

— Ну конечно, сын мой, говори.

Джордан потянулся к маленькому, застегнутому на молнию карманчику куртки и вынул из него обручальное кольцо. Держа его между большим и указательным пальцами, он вспомнил тот дождливый день, когда Карен надела его ему на палец. После выпускного класса средней школы воспоминания об этом моменте до сих пор будоражат его душу так, словно по ней мчится тяжеловесный состав. У них и мысли не было о том, что им суждено расстаться.

— Пожалуйста, проследите за тем, чтобы это кольцо передали семье моей жены, — сказал он. — Я всегда говорил им, что, если я погибну, они получат его. Они говорили, что хотели бы похоронить его рядом с ее могилой.

26 октября, 23 часа 14 минут

по местному времени

Иерусалим, Израиль

Когда Джордан передавал кардиналу кольцо своей покойной жены, Эрин пила воду, и у нее от волнения, да и от удивления тоже, случился приступ кашля.

Обручальное кольцо сияло золотом на красной кожаной перчатке кардинала, пока он не сжал его в ладони.

— Все будет сделано так, как ты хочешь, сын мой.

Выходит, Джордан не женат — он вдовец.

Эрин старалась переосмыслить образ Стоуна с учетом только что услышанного, а он в это время объяснял кардиналу, где найти написанные им письма и куда послать обручальное кольцо. Он ведь должен был быть женатым. Об этом свидетельствовала белая полоса на безымянном пальце его загорелой ладони. Она была буквально вне себя из-за того, что неверно истолковала увиденную улику. Он был вдовцом, вдовцом, который, без сомнения, любил свою жену, но и ее не хотел упускать.