Биби Истон - Рыцарь [litres]

Мы были в чертовой ловушке.

Я поглядела на Рыцаря, который умудрился без единого звука подобрать биту. Он смотрел на меня. Игры окончились. Глаза зомби вернулись.

Никто из нас не шевельнулся. Мы оба, не сговариваясь, решили переждать, затаившись, пока горизонт не очистится. Звук шагов, ступающих по гравию, все приближался. Я почувствовала, как по спине бегут капли пота.

Взобравшись на холм, владелец автокладбища остановился как раз по другую сторону «Кадиллака». Его тень в лунном свете касалась моих коленок, а облако дыхания, вырвавшееся из открытого рта, когда он заорал: «Ну и где ты, дерьма кусок?» – затуманило воздух прямо передо мной.

Мы с Рыцарем затаили дыхание, ожидая, что он сейчас повернется и уйдет с холма. Еще пару секунд, и мы будем в порядке. Нам надо только переждать еще…

Черт.

Из пространства между машинами на меня уставились два черных сияющих глаза. Черных внимательных звериных глаза. Наклонив голову набок, чертов пес как будто решал, выдавать ли наш секрет. Он привык служить засранцу, который кормил его, но что-то в нем как будто хотело защитить и того, кто был к нему ласков.

Рыцарь вытянул руку, предлагая собаке внимание в обмен на молчание. Пес явно задумался над предложением, его глаза какое-то время перебегали с Рыцаря на человека позади нас, но потом он сделал шаг вперед, принимая предложенное.

Не успела я с облегчением перевести дух, как жетоны на собачьем ошейнике тихо звякнули, отчего тень головы – и пистолет – повернулись в нашу сторону. Все, что произошло после, случилось одновременно.

Рыцарь исчез.

Раздался выстрел.

Человек застонал.

Тело рухнуло на землю.

Земля задрожала.

Раздались приглушенные звуки борьбы.

Хруст гравия и рычание.

Громкий удар и тишина.

Еще один.

И еще.

И еще.

Мои руки на холодной земле.

Я ползу на четвереньках.

Выглядываю из-за переднего бампера.

Рыцарь, стоящий над упавшим телом.

Везде черная жижа, похожая на моторное масло.

В ней топчется пес.

Черные глаза.

Глаза зомби.

Забор.

Сперва я просунула под него ногу, оттолкнулась руками и в спешке зацепилась спиной. Прежде чем я успела пролезть, Рыцарь перемахнул через забор и вытащил меня оттуда за ноги. Взявшись за руки, мы побежали по лесу, по темным улицам. Мои легкие жгло, как огнем, ноги горели, но я продолжала бежать вровень с ним.

Когда мы свернули в наш проход, я рухнула задыхающейся, стонущей кучей рядом с пожарной лестницей. Рыцарь с рыком вмазал битой по стене рядом с лестницей, сломав биту пополам, и вышвырнул обломки в мусорный ящик в конце прохода. Эхо от лавины посыпавшихся обломков отразилось от стен.

« Биби, режь желтый провод! Быстро! Он сейчас рванет!»

Я поднялась, стараясь вести себя как ни в чем не бывало и одновременно пытаясь отдышаться, и сказала:

– Господи. Вот уж умеешь ты развлечь девушку.

Но Рыцарь не рассмеялся. Вместо этого он схватился руками за голову и заорал:

– Заткнись! Заткнись ко всем чертям!

Его крик ударил меня, как кулак, и я отпрянула.

Рыцарь повернулся и посмотрел на меня. В его глазах стояла чистая злоба. Ненависть.

– Я его убил.

– Что? – переспросила я, не осознавая его слова.

– Ты что, оглохла! Я убил его! Разбил его чертову голову! Смотри сюда! – Рыцарь раскинул руки и повернулся ко мне лицом.

Я посмотрела. По-настоящему посмотрела. Глаза Рыцаря были безумны. Грудь под надписью на майке тяжело вздымалась. Сама надпись теперь была замазана чем-то темным и ярким. На его лице ходили новые желваки, там, под кожей, которая была забрызгана тем же темным веществом.

Рыцарь выглядел как человек, который только что забил другого человека насмерть бейсбольной битой. Как монстр, пожирающий человеческое сердце и воющий на луну. Я хотела сказать ему, что он ошибается. Что он никого не убивал. Но один взгляд в его глаза подсказал мне, что лучше заткнуться. Чернота души заполняла его глаза, и он сам выглядел ожившим трупом.

– Он целился в тебя, – ткнул Рыцарь в мою сторону окровавленным пальцем. – Он направил на тебя чертов пистолет.

Рыцарь тяжело дышал от ярости и трясся от адреналина. Казалось, ему снова хочется убить кого-нибудь. Ну, или меня.

– Эй. Все кончилось. Шшшшш. Все кончилось. – Я медленно протянула руку, как он сам делал с собаками. Его лицо сморщилось, и он зажмурил глаза.

– Шшшшш… – Я переплела свои пальцы с его, наблюдая, как его дыхание становится отрывистым, словно он борется со слезами. Как будто я причиняю ему боль. Потом он вдруг резко сжал мои хрупкие пальцы, и уже мне пришлось задышать от боли.

Рыцарь заговорил, чуть громче, чем шепотом, морщась при каждом слове, как будто изо всех сил сдерживал эмоции:

– Восемнадцать лет. Я боролся с тем, что я есть, восемнадцать лет, и сегодня я все просрал. – Он стиснул мои пальцы еще сильнее, и мне пришлось закусить щеку изнутри, чтобы не захныкать от боли.

– Я чертов убийца. Я всегда это знал. Я с детства об этом думал. Мечтал. Мне это снилось. Но я научился сдерживать себя. Держаться подальше от людей. Я никого не подпускал близко. До тебя.

Его глаза широко распахнулись, и, хотя в них блестели слезы, они все равно были глазами убийцы.

– Ты сделала меня слабым. – Рыцарь дернул меня вверх и перехватил за руку повыше локтя, стиснув мой бицепс сильнее, чем, возможно, сам этого хотел.

– Сама мысль, что он целится в тебя из своего сраного пистолета… – Рыцарь потряс меня. – Я бы снова его за это убил!

– Шшшш, – снова прошептала я, пытаясь пошевелить раздавленными пальцами. Он держал меня за обе руки, прижимая их к бокам, и все, что я могла сделать, это коснуться его запястий. Но Рыцарь отшвырнул меня, как только я его коснулась, не принимая моих утешений.

Я схватилась за перила, чтобы не упасть, и инстинктивно начала растирать руки, стараясь восстановить кровообращение.

– Какого черта ты еще тут, Панк? Я же сказал, я все разрушил! Ты посмотри на себя! – Рыцарь снова наставил на меня окровавленный палец, скользя безумными глазами вверх-вниз по всему моему телу. – Ты же ребенок! Чертов младенец с веснушками! А я лишил тебя невинности, втоптал ее в землю, сжег и нассал в костер. Я натыкал в тебя иголок. Трахал тебя. Резал. Испортил тебе репутацию. А сейчас еще и сделал соучастницей убийства!

– Непредумышленного, – вырвалось у меня. – Если это не было заранее подготовлено, кажется, это называется «непредумышленное убийство».

– Какого хрена ты такая спокойная? – заорал Рыцарь. – Что с тобой не так? Ты должна была бежать отсюда со всех ног! – И он для убедительности указал на улицу за нами.

– Что ты предлагаешь? Вызвать копов? Сдать тебя? Это не вернет его обратно, Рыцарь. И ничего не исправит. Это только уничтожит наши жизни – твою и мою. – Теперь пришла моя очередь тыкать пальцем. – Я знаю, что ты всегда обвиняешь себя во всем худшем, – продолжала я. – Но ты не просто тупой убийца. Ты спасал мою жизнь, потому что ты меня любишь. И нет, я не побегу от тебя. Я люблю те…