Ким Лоренс - Праздник для двоих

— Наверное, вы оценили бы покорность, нетребовательность супруги, вы, должно быть, хотите, чтобы жена смотрела сквозь пальцы на ваши развлечения вне дома?

— Вы не правильно меня поняли, — ответил Лука, думая, что терпения и покорности от предполагаемой жены ему никогда не дождаться.

Джуд насмешливо фыркнула.

— Вся эта болтовня о жене, которая вас не понимает… глупости! Мы с вами пока не женаты! И, конечно же, никогда не совершим этот безумный шаг.

— Мы поженимся, все уже решено, — заверил он ее, — только ты не хочешь пока в этом признаться.

Господи! Да как же ей убедить его, что он никогда не добьется от нее согласия? Не представляя, что ей делать, Джуд окончательно расстроилась.

— Когда в последний раз вы слышали слово «нет» в ответ на ваше предложение?

Его глаза озорно заблестели.

— Не далее как вчера вечером.

— Послушайте, я не хочу выходить за вас замуж.

Ничто на свете не вырвет у меня согласия. Ничто! — крикнула она. — Сейчас я уведу детей, а если вы посмеете преследовать меня, я подам на вас в суд и потребую, чтобы вас арестовали за насилие, — раздраженно крикнула она ему в лицо.

Джуд уже четырежды поднимала трубку телефона, но каждый раз, поколебавшись, клала ее на место.

— Глупо, — говорила она себе. — Я должна позвонить ему.

В конце концов, он же не убьет ее, в худшем случае любой приехавший доктор подтвердит, что ничего страшного не произошло, тревога была ложной.

Он решит, что она — обыкновенная неврастеничка, которая со страху приняла простое расстройство кишечника за опасное заболевание. Но если на самом деле случилось что-то серьезное и это никакое не расстройство кишечника, а она не вызовет врача…

Звонок в дверь прозвенел как раз в момент, когда металлический голос автоответчика сообщил ей, что врач не принимает в столь позднее время, однако можно вызвать «скорую помощь» по такому-то номеру Джуд повторила номер дважды, лихорадочно пытаясь найти пропавшую ручку, чтобы записать.

В дверь настойчиво звонили. С сердитым восклицанием она бросилась к двери и распахнула ее, одновременно повторяя как заклинание номер телефона.

— Уходите, — бросила она Луке, потом, передумав, схватила его за рукав. — Нет, останьтесь…

— Я и не собирался уходить, — ответил Лука, озабоченно вглядываясь в ее лицо.

— У вас есть ручка?

Лука замер от удивления:

— Ручка?

Джуд нервно провела рукой по волосам:

— Да, ручка, предмет, которым можно писать.

Через мгновение Лука достал из кармана пиджака ручку, и она благополучно зафиксировала номер телефона на бумаге.

— Спасибо, — сказала она, возвращая ему ручку.

— Оставьте себе, — ответил он.

Джуд по-прежнему протягивала ему ручку. Их взгляды встретились. В его взгляде читалось легкое раздражение. Лука пожал плечами и сунул ручку себе в карман.

— Мне показалось, что вам не помешает компания взрослого человека, после того как вы уложили детей. Но, кажется, я помешал вам? — предположил он, оглядывая ее фигуру в легком халатике, хотя на часах было не позднее десяти вечера.

— Вы всегда мне мешаете, — ответила Джуд, не задумываясь о том, какое впечатление ее слова произведут на Луку. — Господи! Да что же это такое?! простонала она, услышав в трубке короткие гудки.

Прижав телефонную трубку к груди, она провела дрожащей рукой по лицу и с удивлением обнаружила, что оно мокрое от слез.

— Что случилось?

Она подняла голову.

— Вы все еще здесь? — Джуд увидела бутылку вина в его руке и горько улыбнулась. — Извините, кажется, я сорвала ваши планы по совращению меня.

Она снова схватилась за трубку и еще раз попыталась набрать нужный номер. Его большая ладонь легла на ее руку.

— Скажите, кому вы названиваете столь одержимо? — спросил он, сдвинув брови. — Своему дружку?

— Дружку? — повторила Джуд, словно перед ней стоял сумасшедший. — Я звоню доктору.

— Доктору? Вы заболели?

— Не я, Джозеф. Я думаю, что он заболел. Может быть, это пустяки, но я…

Лука закрыл дверь и заполнил своей огромной фигурой все пространство прихожей.

— Иногда помогает, если поделишься с посторонним человеком. Расскажите, в чем дело.

Джуд охотнее всего послала бы его к черту, но на этот раз он, похоже, все-таки был прав. Теперь не время выяснять личные отношения.

Неприязнь… кажется, так это чувство называется?

— Хорошо, пожалуй, лучше, если вы все узнаете, но прошу вас, не делайте поспешных выводов, — сказала она и кивнула в сторону дивана, где под накидкой свернулась клубочком маленькая фигурка. — Это София. Джозеф никак не мог успокоиться, он все время метался и потом захотел устроиться со мной, но места было мало, и я переложила Софию на свою кровать, а сама осталась на диване.

— Вы спите на диване? — Он был потрясен.

— Это временно, — поспешно ответила Джуд. Она откинулась на спинку кресла, отодвинувшись как можно дальше от спящего ребенка. Уставившись на свои босые ноги, начала пересказывать по порядку события, которые произошли два часа назад:

— Около восьми вечера, когда дети уснули, я прилегла. Примерно через полчаса Джозеф разбудил меня. Он хотел лечь со мной. Такое иногда бывает. Еще через полчаса он начал жаловаться, что у него болит живот, и, кроме того, у него начался жар. Он то заснет, то проснется… и так несколько раз. Я не знаю, что делать, ждать до утра или вызвать доктора…

— Если вы сомневаетесь насчет диагноза, нужен совет врача.

Джуд с облегчением вздохнула, радуясь его решительности.

— А что, если доктор не захочет приехать? — в волнении спросила она. — А если он приедет лишь спустя несколько часов? Может быть, мне надо самой отвезти его в какую-нибудь больницу?

— Вы собираетесь везти больного ребенка ночью неизвестно куда?

— Значит, вы считаете, что этого не надо делать? С Валентиной случалось что-нибудь подобное?

— Все дети имеют свойство заболевать внезапно, такова уж их природа. — Лука взглянул на ее бледное расстроенное лицо и, не говоря ни слова, достал из кармана мобильный телефон. — К счастью, у детей есть одно счастливое свойство. Они поправляются с такой же легкостью. — Набрав номер, он подождал, потом начал говорить с кем-то по-итальянски. — Доктор сейчас приедет.

— Вы так быстро договорились?

— Доктор — мой друг, — сказал Лука, но тут послышались крики Джозефа:

— Где моя мама?

Он заметил, как потемнели от боли и волнения глаза Джуд, как в них просквозило отчаяние, как она прижала трясущуюся ладонь к губам.

Ему вдруг захотелось ринуться ей на помощь, снять с ее хрупких плеч весь тяжелый груз проблем.

Впервые Лука увидел в ней не просто средство для решения своей проблемы, но женщину — привлекательную и одновременно чрезвычайно сильную.