Сандра Браун - Завтрак в постели

– Я вовсе не думаю, что создам литературный шедевр. А потому мне нечего будет тебе прощать.

Скептически улыбаясь, она взглянула ему в глаза:

– Я отлично знаю ваш характер, Картер Мэдисон. Если с вашей книгой будут хоть какие-то нелады или проволочки, вы будете несчастнее всех смертных. А я не хочу, чтобы мой жених ходил с мрачной физиономией. Он должен остаться здесь, в «Фэйрчайлд-Хаусе», до тех пор, пока книга не будет закончена. Хорошо?

Слоун переводила взгляд с Алисии на Картера, который вопросительно посмотрел на нее. Девушка решила, что ей лучше смотреть на Алисию.

– Не сомневаюсь в том, что Картер поступит так, как считает нужным, и без моего совета.

– Тебе ведь нравится здесь, правда, Картер? – спросила Алисия. – Надеюсь, Слоун неплохо с тобой обращается? – кокетливо добавила она.

Слоун побледнела, а молодой человек быстро ответил:

– Нет-нет, ничего такого, разумеется. Но ты и мальчики куда важнее для меня, чем любая книга.

– Дорогой, ты правда должен дописать ее.

Ты ведь не будешь счастлив, если не сделаешь этого, так?

Взор писателя метнулся в сторону Слоун, а затем он вновь поглядел на Алисию.

– Нет, – признался молодой человек.

– Ну вот, а для работы лучше места не сыскать. Итак, ты останешься, хотя мне было очень приятно, что ты хотел уехать ради меня. – Алисия дотянулась до Картера и нежно поцеловала его в губы. Он легко погладил ее по плечу. – А теперь я должна собрать вещи. Такси приедет меньше чем через час.

Слоун наблюдала, как такси медленно отъезжает от ее дома, увозя Алисию, весело махавшую им в окно. Вскоре машина исчезла за пеленой дождя. Проследовав вслед за Слоун в дом, Мэдисон направился в гостиную. Постояв некоторое время у камина и наблюдая, как языки пламени лижут камни, молодой человек произнес:

– Я пытался.

Слоун как раз направлялась в свою комнату, когда ее ушей достигли слова Картера. Напряжение между ними было так велико, что, казалось, его можно ощущать физически. Девушка и представить себе не могла, как они проведут время, пока в «Фэйрчайлд-Хаус» не приедут новые постояльцы.

– Что ты сказал? – на всякий случай переспросила она.

Он резко повернулся к ней. Его темный силуэт четко вырисовывался на фоне огня.

– Я сказал, что пытался. Красиво уйти, – добавил Картер, заметив, что Слоун его, похоже, не понимает.

– А-а-а… Ну да, – нерешительно вымолвила она. – Так было бы лучше. По-моему, Алисия впервые в жизни приняла решение не сердцем, а головой. – В ее голосе прозвучали веселые нотки, и молодой человек мельком улыбнулся. Напряжение немного спало.

– Она была права, – усмехнулся Картер, глядя себе под ноги. – Алисия очень доверчива. Даже не подозревает ничего. Бедняжке и в голову не пришло, что мы тут останемся без всякого присмотра, наедине…

Отвернувшись от него, Слоун сложила руки на груди. Ей вдруг стало очень холодно.

– У Алисии нет причины не доверять кому-либо из нас, – тихо промолвила она.

– Да, – тяжело вздохнул Мэдисон. – У нее нет на то причин.

Слоун стало чуть теплее, когда он перестал прикидываться, что внимательно рассматривает ковер, и поглядел ей в глаза сверкающим в темноте комнаты взором.

– Ты можешь доверять мне, Слоун?

– Что ты имеешь в виду? – дрогнувшим, а оттого неестественным голосом спросила девушка.

– Вчера… Я так хотел, чтобы мы были вместе, но ты сказала «нет», и… я обидел тебя.

Господи! – Он крепко сжал кулаки. – Не знаю, почему я так поступил. Я в жизни не оскорблял женщин! Если мне говорили «нет», я поворачивался и уходил, но с тобой… – Картер в бессилии смотрел на Слоун. – Может, все дело в том, что я не могу принять от тебя такого ответа? Я был зол, возбужден, ничего не хотел понимать и… Извини. Пожалуйста, прости меня.

– Я виновата не меньше твоего, Картер, – заломила руки Слоун. – Ты имел право рассердиться. Я позволила тебе думать, что хочу тебя, дала надежду…

– Слоун, ты понимаешь, что я не хотел обидеть тебя?

Девушка опустила глаза.

– Конечно, – прошептала она.

– Ты знаешь, что я бы никогда?..

– Знаю…

Подойдя к стулу, Мэдисон тяжело опустился на него:

– Ты видела, как я целовался с Алисией. – Это был не вопрос, а утверждение.

И вновь Слоун почувствовала, что сердце ее щемит от боли.

– Мужчины так и должны вести себя со своими невестами. Они должны целовать их.

– Но при этом они не должны думать о другой женщине. – Он посмотрел на Слоун; его волосы в беспорядке падали ему на лоб. – Не должны целовать невесту, мечтая о том, чтобы на ее месте была другая, куда более желанная женщина.

– О, Картер, ради всего святого, прекрати! – Девушка закрыла лицо руками.

– Я объясню тебе, почему поцеловал бедняжку Алисию. Она не знает, что такое настоящая страсть. Во всяком случае, если и знает, то не от меня. Я честно пытался выяснить, сможет ли она мне дать хоть частицу той радости, того удовольствия, которое охватывает меня, когда рядом ты. Может, это и глупо с моей стороны.

Но – поверь! Я ничего не почувствовал! Потому что она – не ты.

– Не говори мне этого! – вскричала Слоун.

– Даже не знаю, как смогу заниматься с ней любовью, когда мы поженимся. – Подойдя к Слоун, Мэдисон развел ее руки в стороны и увидел залитое слезами лицо. Взяв девушку за подбородок, он заставил ее взглянуть себе в глаза. – Если только я смогу обмануть себя и убедить, что она – это ты.

– Нет! – Слоун вырвалась и повернулась к Мэдисону спиной. Слезы, которые она сдерживала все последние дни, ручьем хлынули из глаз.

– Поплачь за нас обоих, Слоун, – прошептал он.

Прижав ее залитое слезами лицо к своей груди. Картер стал дружески утешать ее, как обиженного ребенка. Он гладил ее волосы, похлопывал по плечу, ласково целовал в затылок…

И Слоун позволила ему делать это. Потому что никто и никогда не утешал ее вот так. Все всегда было наоборот – это люди приходили к ней поплакать, а она успокаивала их, как могла. Но в надежных объятиях Мэдисона Слоун наконец-то дала себе волю и разрыдалась с разрывающей душу тоской.

– Мы не будем больше говорить об этом, Слоун. Ты была абсолютно права. Я не нарушу свои обязательства, я знаю, как должен вести себя. Мне не следовало так расстраивать тебя. Мы никогда не станем любовниками, но я прошу тебя быть моим другом. И как друга я прошу тебя об одном одолжении.

Она подняла на него заплаканные глаза, и Картер вытер слезы с ее лица.

– О каком одолжении?

– Ты прочтешь мою рукопись? – спросил вместо ответа Мэдисон.

Слоун понимала, что ее лицо, наверное, обрело совершенно безумное выражение – рот приоткрылся, глаза быстро замигали. Заметив, что его предложение вызвало такую реакцию, писатель удовлетворенно улыбнулся.