Барбара Вуд - Время Мечтаний

– Это мои дети, Адам и Бет, – представила Джоанна. – А это Сара Кинг, она живет вместе с нами.

Саре показалось, что Элис задержала на ней взгляд. Затем все вошли в дом.

В гостиной Хью сразу же предложил Филипу: «Давайте прогуляемся к реке и посмотрим стройку. Мне очень хочется узнать ваше мнение».

– Но, Хью, дорогой, – вмешалась Джоанна. – Наши гости только что с дороги. Пусть сначала отдохнут.

– Ничего страшного, миссис Уэстбрук, не беспокойтесь, – ответил Филип, направляясь к двери вместе с Хью. – Мне не терпится приступить к работе. У меня появилось несколько новых идей, и думаю, вы их одобрите. Во-первых, это газовое освещение. Лет через десять газовое освещение будет в каждом доме. Если мы теперь проложим трубы и подготовим помещение для газового оборудования, это даст возможность сэкономить в будущем на переоборудовании. И во-вторых, водопровод в доме…

За разговором мужчины вышли из комнаты, а за ними немедленно последовали Бет со своим четвероногим приятелем и Адам. Джоанна предложила миссис Макнил освежиться.

– С большим удовольствием, мы с Дэниелом будем вам очень благодарны, миссис Уэстбрук, – поблагодарила Элис. – Путешествие было более чем утомительным.

– Я провожу вас в вашу комнату, – сказала Джоанна, но в этот момент на пороге возник Хью с вопросом: «Джоанна, а ты разве не пойдешь с нами?»

– Иди, Джоанна, я провожу миссис Макнил с Дэниелом в их комнату, – предложила Сара.

Они пошли по коридору. Сара несла чемодан, а Элис Макнил вела за руку трехлетнего Дэниела.

– На улице так жарко, а в доме прохлада. Как вам это удается? – поинтересовалась Элис.

– Мы развешиваем на стенах снаружи мокрую мешковину. Влага испаряется, и внутри становится прохладнее.

Сара привела их в свою спальню, подготовленную к приезду гостей: туда поставили еще одну большую кровать и кроватку для Дэниела, а вещи Сары перекочевали в другую комнату.

– Комод свободен, – выдвигая ящик, показала Сара. – В шкафу тоже много места. А эти двери выходят на веранду, – продолжала объяснять она, подходя к закрытым жалюзи и двустворчатым дверям. – Ночью их можно открыть, и в комнате станет прохладнее. Чистая вода в кувшинах на умывальнике, а если потребуются еще полотенца, вы найдете их в шкафу на верхней полке. Если вам понадобится что-нибудь еще, вы…

Дэниел вдруг высвободил руку и выбежал из комнаты.

– Дэниел! – окликнула его Элис и последовала за ним. Его нашли в комнате Бет. Он тянулся к набивной меховой игрушке, сидевшей на ее постели.

– Нельзя, Дэниел, это не твоя игрушка, – остановила его Элис.

Но Сара возразила:

– Думаю, ничего плохого не будет, если Дэниел с ней поиграет.

– Какая забавная кукла! – сказала Элис, глядя, как ее малыш вцепился в игрушку. – Она напоминает подушку из меха. Кто это?

– Мы сами не знаем. Игрушка принадлежала еще матери Джоанны. Его зовут Руперт. Он очень старенький. Играй с ним, пожалуйста, аккуратно.

Элис огляделась, заметила, как тесно в комнате, и вторая кровать в ней лишняя.

– Вы уступили нам свою комнату, мисс Кинг, – сказала Элис. – Извините, что пришлось вас стеснить. Я говорила Филипу, что мы прекрасно устроимся в гостинице, но он настоял, чтобы мы остановились здесь.

– Не беспокойтесь, – успокоила ее Сара. – Я прекрасно посплю в комнате Бет. Никакого неудобства в этом нет. И называйте меня, пожалуйста, Сара.

Элис посмотрела на нее нерешительно. Сара с удивлением подумала, что Элис казалась маленькой даже рядом со столбиками кровати. На вид Сара дала ей лет двадцать пять, акцент выдавал в ней англичанку, что несколько удивило Сару.

– Меня все это немного сбивает с толку, – призналась Элис, сконфуженно улыбаясь. Мы с Филипом все время в разъездах. Из Англии мы переехали жить в Америку. А когда уезжали из Америки сюда на выставку, мне казалось, что это не надолго. Я скучаю по семье. Все они в Англии, и я в разлуке с ними уже очень давно.

Элис посмотрела на сына, который озадаченно вертел в руках Руперта и все не мог решить, где у него верх, а где низ. Дэниел от своих стараний даже весь взмок, так что черные кудряшки приклеились ко лбу.

– Дэниел не знает настоящего дома, – тихо говорила Элис. – Мы с Филипом жили только в гостиницах, потому что его работа требует частых переездов. А потом было долгое путешествие через океан в Австралию. Пять месяцев длилась выставка. А теперь… – Она снова смущенно улыбнулась. – Но я уверена, что все наладится. Очень любезно с вашей стороны, что вы уступили нам комнату. Большое спасибо. Так приятно пожить в доме после всех этих лет скитаний по гостиницам. Дэниелу здесь понравится.

– Ему будет с кем поиграть, Бет составит ему компанию. И животные, конечно, – сказала Сара, и вдруг грусть Элис Макнил стала для нее почти ощутимой.

– Филип рассказывал мне о вас, – сказала Эллис.

Сара вышла, тихо прикрыв за собой дверь. Она старалась разобраться в своих переживаниях: внезапно нахлынувшее чувство к Филипу, встреча с его женой, жалость к мальчику, не знавшему, что такое настоящий дом.

Был поздний вечер. Джоанна и Элис сидели в гостиной с Бет и Дэниелом. Хью с Филипом отправились к реке взглянуть при лунном свете на фундамент нового дома. Занятая своим делом, Сара слышала вдали унылый вой динго. Ночь, казалось, окутывала, словно теплый бархат. Горячими выглядели даже звезды. Ярко светила луна, желтая и такая большая, что скорее походила на солнце. Сара готовила на веранде травяные сиропы. В котелке потихоньку кипели листья фенхеля, а она следила, чтобы вода не слишком выкипала, и вспоминала о том, как смотрела на Филипа через стол за ужином и наблюдала за отблесками света свечей на его лице. Влага блестела над его верхней губой, и ее завораживал этот блеск. Она ловила себя на том, что зачарованно смотрит ему в рот и ловит каждое слово. Когда в разговор включались другие, ей казалось, что на ней останавливался взгляд Филипа. Видела ли она на самом деле безмолвное обращение в его глазах? Она упрекала себя за слишком живое воображение.

Сара говорила себе, что ей только кажется, что Филип смотрит на нее чаще, чем на других, когда обращается ко всем присутствующим, рассказывая об Америке, или о выставке, или когда делился своими новыми идеями о строящемся доме. Может быть, это она сама не сводила с него глаз? На других она почти не смотрела. Разве вспомнила бы она, во что были одеты за ужином Джоанна и Элис? Есть она не могла. Слушая тихий голос Элис, когда она рассказывала об их плавании через океан из Сан-Франциско, Сара сидела, уставясь в свой бокал. Она чувствовала тепло его смеха, заполнявшего комнату, слышала, как он творил жене «дорогая». После ужина, когда все перешли в гостиную, Сара нашла предлог, чтобы не идти вместе со всеми. Она сказала, что ей надо следить за фенхелем, потому что он потеряет свойства, если переварится.