Линси Сэндс - Сладкая месть

Моргана повиновалась.

— Осмелюсь предположить, что он не очень-то этому обрадуется, — проворчала старуха.

— Мне нет до него дела! — заявила Кайла, направляясь к другому сундуку. — И меня не интересует, что ты об этом думаешь. Я бы на твоем месте получше заботилась о своей госпоже. Ты должна была предупредить меня раньше.

Моргана, поморщившись, снова склонилась над сундуком. Подтолкнув его к самой двери, она со вздохом выпрямилась.

— Ты была еще слишком слаба, чтобы рассказывать тебе такое. К тому же я не хотела тебя огорчать.

— Не хотела огорчать?..

— Но дело не только в этом, — продолжала Моргана. — Пойми, это замужество — лучший выход для тебя.

Кайла с удивлением посмотрела на старуху:

— Лучший выход? Выход… из чего?

— Из ловушки, которую подстроила тебе Катриона. Если Джонни все-таки не выживет…

— Он не умрет! — закричала Кайла. Немного успокоившись, добавила: — Шропшир о нем позаботится. Он не позволит Катрионе…

— Надеюсь, ты права, — кивнула старуха. — Думаю, Шропшир не позволит Катрионе к нему приблизиться. И все-таки он может умереть. Его рана почти смертельна.

Кайла побледнела. Она прекрасно знала, что Моргана лучше многих королевских лекарей разбиралась в ранах и снадобьях. И если уже Моргана говорила, что Джонни, возможно, не выживет…

— Но ведь его рана не опаснее моей?

— Может, и так, — сказала старуха. — Но ты только чудом выжила. Нельзя рассчитывать на то, что случится сразу два чуда. К тому же ты выжила благодаря своему упрямству: увидела, как Катриона говорила с разбойниками, и во что бы то ни стало решила выжить, чтобы свести с ней счеты. А Джонни до сих пор ничего не знает, и у него нет той страсти, которая вернула к жизни тебя.

«Старуха права», — подумала Кайла. Сердце ее словно налилось свинцом; она с тяжким вздохом опустилась на один из сундуков. Да, несмотря на участие Шропшира, ее брат может умереть, возможно, уже мертв.

— Макдональд силен, молод, богат, — продолжала Моргана. — И кроме того, он честный и благородный человек.

Кайла презрительно фыркнула. Этот «честный и благородный человек» вступил в брак с женщиной, воспользовавшись ее беспомощностью! Что бы ни говорили его люди, она знала, что находилась в бессознательном состоянии во время брачной церемонии, — иначе не допустила бы этого… Утешало лишь одно: Макдональд не успел или не хотел воспользоваться ее беспомощностью для закрепления своих супружеских прав, так что пока еще оставалась надежда — можно было расторгнуть брак.

Немного приободрившись при этой мысли, Кайла поднялась на ноги. Итак, пока ничего не было… В противном случае она непременно что-нибудь почувствовала бы, разве нет? Повернувшись к Моргане, Кайла строго на нее посмотрела:

— Скажи мне, сколько времени прошло между его прибытием на остров и твоим появлением в замке? Отвечай же!

Немного помедлив, старуха ответила:

— Между вами ничего не было, если тебя это интересует. Кайла вздохнула с облегчением:

— И не будет! Я расторгну брачный договор. Непременно расторгну.

— Но почему?

— Почему? — нахмурилась Кайла. — И ты еще спрашиваешь!

— Да, почему? Ну чем он тебе не нравится? Сильный и красивый. Не слишком молодой, но и не старый. К тому же справедливый, его все уважают. Пока ты болела, я успела многое разузнать… Его люди живут в достатке и всем довольны. И никто из них не пожелал бы себе другого лорда. Думаю, он был бы тебе хорошим мужем.

— Да, конечно… Если я мечтаю о том, чтобы меня всю жизнь держали взаперти и называли сумасшедшей саксонкой, я должна быть счастлива! — воскликнула Кайла и вдруг умолкла, изумленная собственными словами.

«Полоумная саксонка?..» Кажется, так назвала Эльфреда женщину, пытавшуюся убить ее мужа…

«Значит, она говорила обо мне! — догадалась Кайла. — Но когда же я пыталась убить мужа Эльфреды? Может, это Большой Робби, один из охранников? Но не слишком ли он велик, чтобы быть мужем такой миниатюрной женщины? О Боже! Неужели я в беспамятстве еще на кого-то набросилась? Неужели проклятая лихорадка превратила меня в чудовище?» Кайла в растерянности опустилась на сундук.

— Почему все думают, что я безумна? — пробормотала она.

— Потому что… — Моргана умолкла, внезапно сообразив, что ее воспитанница опять размышляет вслух.

Кайла вздрогнула и пристально взглянула на старуху:

— Ты что-то говорила, Моргана? Продолжай!

— Потому что это я им так сказала, — тяжко вздохнув, ответила Моргана. — Сказала, что ты — сумасшедшая.

— Что?! — воскликнула девушка. — Но почему?! Вскочив с сундука, Кайла в изумлении уставилась на старую шотландку.

— Таким образом я пыталась защитить тебя, — сказала Моргана. — Я была уверена, что Макдональд не женится на сумасшедшей.

— Ты понимаешь, какую ошибку совершила?! — закричала Кайла.

Старуха, потупившись, промямлила:

— Он и не женился бы… Просто он мне не поверил.

Кайла молча кивнула. Задумалась… Что ж, возможно, Макдональд действительно не поверил. Разве кто-нибудь женится на сумасшедшей? Конечно, он не поверил старухе, иначе не стал бы венчаться. Но если все-таки удастся убедить его в том, что она — сумасшедшая? Тогда он сам захочет расторгнуть этот брак.

Дверь начала медленно открываться — даже сундуки не помогли, — и Кайла, вскочив с кровати, увидела, что в образовавшуюся щель плечом вперед протискивается Макдональд. Отодвинув от двери сундуки, он обвел взглядом комнату и с упреком сказал:

— Грохот из вашей комнаты разносится по всему замку. Что здесь происходит?

— Ничего особенного. Я занялась перестановкой, — без запинки ответила Кайла.

Макдональд усмехнулся и покачал головой. Затем выразительно посмотрел на Моргану. Старуха что-то пробормотала себе под нос и поспешно покинула комнату.

Оставшись наедине с Макдональдом — ведь он считался теперь ее мужем! — Кайла лихорадочно размышляла: как бы убедить его в том, что она действительно сумасшедшая, как бы заставить его отказаться от брака?

Гэлен тем временем пересек комнату, подошел к кровати и, в смущении глядя на девушку, проговорил:

— Ты собираешься простоять так всю ночь? Или мы все-таки ляжем?

— Что?! — в ужасе воскликнула Кайла и вдруг, повернувшись к стене, закричала: — Да помолчи же ты! Из-за твоей болтовни я не слышу, что он мне говорит!

Эта мысль пришла ей в голову неожиданно — Кайла почему-то вспомнила Блаженную Мэри, женщину, прислуживавшую в их замке на кухне. Блаженная Мэри носила старые, изношенные платья, которые другие служанки выбрасывали за ненадобностью. Днем она подавала воинам эль, а ночами любила бродить по окрестным лесам. На кухню ее определила мать Кайлы, — вероятно, лишь из милости, — и снисходительная госпожа сквозь пальцы смотрела на странности Блаженной Мэри. Эта женщина, обычно веселая и шумная, иногда вдруг начинала хмуриться и злиться — в такие минуты она говорила с людьми, которых никто, кроме нее, не видел; а когда очень сердилась, то набрасывалась на них с кулаками. Однако окружающих это не забавляло, напротив, пугало.