Джил Лэндис - Мечтательница

Селин сомневалась, что ей удастся подняться по ступеням дома и войти внутрь, но она смогла это сделать. Коллин Рэй и Харгрейвс следовали за ней по пятам, словно она вдруг попытается сбежать. Смешно! У нее едва хватало сил, чтобы двигаться без посторонней помощи.

Свет канделябров окрасил комнаты в приятный цвет жженого сахара. С приглушенно-золотистых отблесках видавшие виды интерьеры казались почти роскошными – она часто представляла себе, что именно так все здесь выглядело когда-то. Она будет скучать по этому особняку, который едва не стал ее домом.

Когда Селин наконец подошла к библиотеке, ее била лихорадка, она была на грани обморока. Болел каждый сустав, каждая мышца. Она вошла в небольшой зал, где рядами тянулись книжные полки, и поняла, что Говард Уэллс действительно разбирал книги и составлял каталоги, когда не ухаживал за Адой: книги стопками были сложены на полу перед полками.

Селин сделала шаг в сторону, позволяя войти Рэю и Харгрейвсу. Заложив руки за спину, словно ища опору, она прислонилась к книжному шкафу, с замиранием сердца ожидая, когда Корд, стоящий у стола, повернется к ней лицом.

Он продолжал стоять к ним спиной, его широкие плечи напряглись, руки сжимали хрустальный бокал, словно это был спасательный канат. Она увидела, как он, запрокинув голову, выпил все до дна и снова налил себе из графина, стоящего на столе.

– Закройте дверь, – приказал он, не оборачиваясь.

Харгрейвс повиновался.

Корд опустошил третий бокал и наконец почувствовал, что немного успокоился и может встретиться с незваными визитерами лицом к лицу. По крайней мере, он совладал с отчаянным желанием убить кого-нибудь. Корд взглянул на Харгрейвса, неопределенного вида сутуловатого человечка с орлиным носом. Но за что убивать посыльного? Глаза Коллина Рэя, куда более подходящего для этой цели кандидата, смело встретили взгляд Корда, на лице его играла фальшивая, самодовольная улыбка. В конце концов, он оказался победителем. Он заберет отсюда Селин.

Наконец взгляд Корда остановился на Селин, его лживой маленькой женушке, которая обманывала его с самой первой их встречи. Она была очень бледна и напоминала изысканный белый тропический цветок. Он заметил, что она дрожит. Корд мог бы решить, что она прекрасная актриса, если бы не знал точно, что стеклянный блеск в ее глазах мог означать только одно – ее снова трепала лихорадка.

Корд отвернулся и налил себе четвертый бокал рома – лишь бы удержаться и не броситься ей на помощь. Графин дребезжал, ударяясь о край бокала, – хрусталь о хрусталь, – но ни тот, ни другой не разбился. Сверкающая посуда оказалась прочнее, чем могло показаться на первый взгляд.

– Я бы предложил вам по стаканчику, джентльмены, но, боюсь, здесь осталось совсем мало. А если учесть, какой оборот приняло дело, мне придется послать за парой-тройкой бутылок дополнительно еще до рассвета.

– Не надо, Корд… – Голос Селин дрогнул, когда она произнесла его имя.

Он направился к жене, вплотную подошел к ней и заговорил совсем тихо:

– Тебе было так просто рассказать мне обо всем раньше, Селин. Ты могла сделать это когда угодно. У тебя было столько возможностей! Ослепленный страстью, я, может быть, даже попытался бы защитить тебя, солгал бы ради тебя так же, как лгала ты.

– Я пыталась…

– Когда? Когда ты пыталась, Селин? Когда ты вообще попыталась рассказать мне хотя бы что-нибудь прежде, чем грянет гром? Ты умоляла поверить тебе, и я был настолько глуп, что согласился. Я был настолько глуп, что даже влюбился в тебя.

– Я правда тебя люблю, Корд. Что бы там ни было, я…

– Все это очаровательно, но мы должны вернуться в Бэйтаун прежде, чем завтра утром корабль мистера Харгрейвса покинет гавань, – вмешался Рэй.

Корд вернулся к столу и бутылке.

Коллин Рэй шагнул к Селин, но она попыталась ускользнуть от него, прячась за книжным шкафом.

– Я убила Жана Перо, защищаясь, – сказала она. – Он напал на меня. Хотел задушить. Перед этим я дотронулась до его руки и узнала, что он убил Персу. Я представляла Для него угрозу, и он попытался меня задушить во дворе своего дома. Я ударила его ножом, чтобы спастись.

Корд засмеялся и снова выпил.

– Она великолепна, правда?

– Если это правда, то почему вы бежали? – спросил Рэй.

– И зачем изуродовали его лицо до неузнаваемости? – Харгрейвс не мог скрыть отвращения.

– Я этого не делала! Я ударила его ножом. Когда он упал на землю, я убежала. Я вернулась домой и нашла тело Персы на полу посреди комнаты. Все было именно так, как я видела, когда дотронулась до Жана Перо.

Рэй нахмурился:

– Что значит – так, как вы видели?

– У нее бывают видения. Моя невероятно талантливая маленькая убийца к тому же воровка! – Корд подошел к Рэю и посмотрел ему прямо в глаза. – Будьте осторожны, или она наверняка украдет что-нибудь и из ваших воспоминаний, если до сих пор еще этого не сделала.

– Почему же Перо решил убить старую леди? – спросил Харгрейвс, не обращая внимания на Корда.

– Перса была гадалкой, предсказательницей судьбы. Жан убил ее, потому что она наверняка что-то узнала о нем. Я собиралась пойти в полицию, но услышала, что полицейские входят в дом. Я была уверена, что они уже разыскивают меня, подозревая в убийстве. Я знала, насколько богаты Перо, понимала, что у них достаточно денег, чтобы обвинить меня. Они никогда бы не поверили, что их бесценный сыночек виновен в убийстве! Я запаниковала и бросилась бежать.

– Насчет Перо вы были совершенно правы, – сказал Харгрейвс. – Они не пожалели денег и наняли меня, чтобы я вас выследил. Целых два месяца у нас не было ни малейшей зацепки, никакого объяснения вашему исчезновению из города, пока некто по имени Томас О’Харли не заявил в полицию об исчезновении дочери и не потребовал ее найти. Он, кажется, не присутствовал на свадьбе дочери по каким-то семейным обстоятельствам, и вот наконец приехал на плантацию Моро, чтобы навестить дочь. По приезде он узнал, что описание женщины, которая вышла замуж за Кордеро Моро, совершенно не совпадает с внешностью его дочери. После того как всех опросили, и выяснилось, что описание новобрачной в точности соответствует Селин Винтерс, нам оставалось только надеяться, что она все еще на Сан-Стефене.

– Но формально она находится вне вашей юрисдикции, не так ли? – Корд с грохотом поставил стакан на стол.

Слабая надежда мелькнула в глазах Селин.

– Я надеялся, что она сдастся без сопротивления и возражений, но, будучи ее мужем, вы можете просто передать ее нам. И я прошу вас так и поступить. Не могу даже представить, что вы захотите сознательно укрывать в своем доме убийцу.

У Селин перехватило дыхание. Корд был ее единственной надеждой, но стоило ей заглянуть в его темные глаза, как она поняла: надежды больше нет…