Екатерина Флат - В объятиях врага [СИ]

— Вилена! — распахивая мою дверь, воскликнула запыхавшаяся и перепуганная госпожа Мирланда. — Алмир ранен! Очень серьезно! Скорее, идем!

Алмир лежал на кровати в своей спальне. Вокруг суетились целители, витал запах лекарственных зелий. Здесь же был взволнованный господин Дальд, нервно вышагивающий по комнате.

— Вилена! — воскликнул он, едва я вошла следом за госпожой Мирландой. — Наконец-то!

Удрученные целители почти тут же откланялись, но я не спешила подходить ближе, так и стояла у двери. Просто смотрела на Алмира. Он был без сознания, обнажен по пояс, торс и руки покрывали черные узоры, словно проступившие из-под кожи. Это даже походило на надписи на неведомом языке, давно забытом и настолько жутком, что на нем могли звучать лишь проклятия. И ведь тогда, на самом первом моей занятии магией, когда Алмир погасил выплеск, у него точно так же эти узоры на миг проступили. Но я решила, что мне просто показалось…

Господин Дальд, между тем, торопливо говорил:

— Целители тут совершенно бессильны, их магия лишь поможет Алмиру продержаться чуть подольше, в лучшем случае дожить до утра…

Его слова звучали каким-то ненужным фоном, я по-прежнему не могла отвести взгляда от Алмира… Прошлой ночью в этой комнате, на этой кровати я принадлежала ему… В ушах словно бы до сих пор звучал его горячий шепот «Любимая»… А сейчас снова ночь, снова эта же спальня, но Алмир теперь другой. Убийца… Мой враг… Силы небесные, как же это больно…

— Вилена, ты слышишь меня? — в запале эмоций магистр Дальд перешел на «ты».

Я перевела на него равнодушный взгляд.

— Я говорю, тут только ты можешь справиться! — казалось, он готов схватить меня за плечи и потрясти. — Только твоя магия его исцелит!

— Вы ведь именно для этого меня и обучали, верно? — я бы горько усмехнулась, но накатившая апатия сейчас словно бы оберегала меня от безумия всех нахлынувших эмоций.

Господин Дальд шумно вздохнул:

— Да, Вилена, — спасибо, хоть лгать не стал, — дело было вовсе не в соответствии уровней магии. Точнее, это тоже важно, но не настолько. Понимаешь, целительное проявление магии древних особенное лишь у девушек, почему-то так по наследованию сложилось. У мужчин целительство такое же, как и у обычных магов. Получается, сейчас ты — единственная во всем мире, кто на такую магию способна. И только ты теперь можешь Алмира спасти.

— Погоди, погоди, — хмуро перебила госпожа Мирланда, — раз изначально ты ее учил ради этого, то, получается, эта неведомая пакость у Алмира уже давно? Не сейчас ранили?

— Сейчас его просто добить попытались. И пусть он выжил, но настолько обессилел, что не смог сдерживать уже эту напасть. Она вот-вот восторжествует над ним. И, да, это у Алмира не первый день, уже полгода. Вилена, — господин Дальд смотрел на меня чуть ли не умоляюще, — вся надежда только на тебя.

— Естественно, Вилена поможет, — тут же снова вмешалась госпожа Мирланда, — но сначала, старый интриган, поклянись, что все-все расскажешь!

— Слушай, ты вообще не понимаешь, во что ввязываешься! — на эмоциях он начал раздражаться.

Но я не слушала их спор. Смотрела на Алмира. Казалось бы, он просто настолько крепко спал… И ведь я сейчас могу сходить за кинжалом, принести его сюда незаметно и, когда господин Дальд отвлечется, сделать то, что я просто обязана сделать! За смерть моего брата! За смерть остальных наследников! За все то ужасное, что Алмир совершил! И это будет правильно! Это, единственное, будет справедливо! Я должна! Должна! Это ведь совсем не сложно. Просто замахнуться кинжалом… Пронзить его сердце… Силы небесные… Я закрыла лицо руками, пытаясь сдержать слезы. Не смогу я его убить. Просто не смогу. Проклятье, почему я такая слабая…

— Вилена, я понимаю, тебе тяжело, — господин Дальд снова обратился ко мне, — но ты хотя бы попытайся. Я объясню, что делать. Пусть шанс спасти Алмира совсем мизерный, но все же есть.

— Так, погоди, — ахнула госпожа Мирланда, — так еще и может не получиться?!

— Увы, но это так, — маг сокрушенно вздохнул. — Магия Вилены достигла нужного уровня, но об особенном целительстве древних мы знаем лишь в теории. На практике такое никто не лечил.

А мне сразу вспомнились слова Алмира. Еще тогда, когда он забрал меня из родового замка, сказал в карете: «Я помню, ты хотела научиться магии. С завтрашнего дня к тебе будет приставлен лучший из преподавателей. Естественно, не просто так, взамен ты будешь кое-что мне должна». Получается, именно это исцеление он и имел в виду. Да и прошлой ночью сказал, что осталось лишь уладить кое-что. Наверняка снова речь шла об этом.

Прошлая ночь… Проклятая прошлая ночь… Ну почему я не узнала правду до этого?!

— К сожалению, пытаться излечить можно, лишь когда эта напасть себя проявляет, — продолжал объяснять господин Дальд. — Но сейчас она в наивысшей стадии… А я ведь прямо чувствовал сегодня, что это ловушка! Отговаривал Алмира! Но он все равно рискнул! А теперь вот… — снова беспомощный вздох. — Но пусть шансы малы, все равно необходимо попытаться.

А ведь это идеальный выход… Пусть я не в силах убить Алмира, но я ведь могу попросту его не спасать. И даже магистр не поймет, что я это нарочно. Не получилось и все, увы-увы. К утру Алмир умрет сам. Справедливость будет восстановлена. Бран отомщен. А я… Как же я буду после этого?.. Может, кинжал вообще предназначен для меня самой? Чтобы не мучилась?

Наверное, это был самый сложный момент моей жизни. Но через шелуху всех этих нравственных метаний я все равно твердо знала одно: я люблю Алмира. Люблю и хочу ему верить. Верить, даже если весь мир будет против него.

— Господин Дальд, что именно я должна сделать? — тихо спросила я.

Я не просто попытаюсь его спасти — я спасу его. И он сам расскажет мне правду, как и обещал. И если эта правда совпадает с выясненным сегодня… Что ж… Я просто уйду. Я не смогу простить Алмира за такое. Но и убить его я тоже не могу.

Наверное, уже до рассвета оставалось совсем немного, я попросту потеряла счет времени. От слабости, казалось, вот-вот лишусь сознания, но я держалась. Держалась на простой мысли «Если не справлюсь, Алмир умрет».

Мне не нужно было делать ничего особенного. Как объяснил господин Дальд, просто позволить моей магии самой бороться с этой напастью. И я всего лишь держала ладони над Алмиром, и льющийся мерцающий поток окутывал его подрагивающей дымкой. Пусть не сразу, но черные узоры начали бледнеть. И все же до их исчезновения было еще очень далеко. Ничего-ничего, я справлюсь. Иначе просто быть не может.

Магистр был ни в сипах ничем мне помочь, тут могла подействовать лишь магия моего типа. Зато хоть по- своему, но помогала госпожа Мирланда. Она старалась отвлечь от панических мыслей, успокоить, приободрить. И меня, и переживающего Дальда. Может, ее стараниями, а, может, и сам он рассудил, что так будет правильнее, но скрывать не стал: