Ларисса Йон - Вечный всадник

— Кто вы такой? — спросила девушка. — Вы не местный.

— Я подумываю сюда переехать. Пока не подыщу дом, живу у кузенов. Они сказали, что вы — ветеринар.

Арес надеялся, что угадал, поскольку все вещи в рабочем кабинете явно принадлежали ей.

— Нет, — со странной заминкой произнесла Кара. — Вообще-то нет.

Что это должно означать? Арес сунул руки в карманы и попытался выглядеть безобидно. Надо было надеть шлепанцы.

— Послушайте, это не моя собака, так что, если она умерла, просто скажите. Я просто решил заплатить вам за беспокойство и принести извинения за то, что разбудил вас и оставил животное на газоне. Не думаю, что вы открыли бы дверь незнакомцу посреди ночи.

— Конечно, спасибо. Э-э-э… Боюсь, собака не выжила. Извините.

— Все нормально. Я и не надеялся. Она истекала кровью. — Арес вытащил из кармана пачку банкнот. — Сколько с меня?

Кара пожирала купюры глазами так, словно это была еда, а она умирала от голода. Вспомнив счета на журнальном столике, Арес приготовился отсчитать астрономическую сумму.

— Нисколько, — вздохнула девушка, сразив его наповал. — Спасибо, что заглянули.

Арес пожал плечами:

— Спасибо, что попытались ее спасти. — Он положил деньги обратно в карман и повторил слова, которые она сказала по телефону. — Вот что самое странное. Вчера мне снилась эта чертова собака. Она сидела в клетке и выла так, словно хотела что-то сказать.

Он развернулся, шагнул с крыльца… и, услышав, как лязгнула цепочка, улыбнулся.

— Постойте. Вам… приснилась собака? Черная собака? Та, которую вы ко мне привезли?

Арес повернулся к ней:

— Да. А что?

— Просто, — мягко сказала девушка, — я видела тот же сон.

Дверь открылась шире, но Кара по-прежнему выглядывала из-за нее, точно из-за щита.

— В моем сне собака была в подвале. В вашем тоже?

Глаза Ареса расширились в притворном удивлении:

— Ну да. Что еще вы помните?

Все ее тело кричало о нежелании говорить об этом: она сжала дверь так, что костяшки пальцев побелели, прикусила губу.

— Клетка стояла в центре какого-то здоровенного круга. С символами.

Глифы, удерживающие его от побега из клетки и попытки позвать стаю на помощь.

— На клетке тоже были символы?

Она кивнула. Мокрые волосы падали ей на лицо. Аресу захотелось, чтобы она вышла из-за двери, чтобы можно было рассмотреть, во что она одета. Не то чтобы ее одежда имела значение. Но она, похоже, была из тех, кто предпочитает джинсы и футболки, и Арес хотел узнать, прав ли он. И еще посмотреть, как ее сногсшибательная задница смотрится в джинсах.

— Значит, нам снилось одно и то же, — задумчиво произнесла Кара. — Что бы это значило?

— Без понятия. Но, если повезет, сегодня нам не приснятся собаки в клетках.

Арес лгал. Ему было необходимо, чтобы она увидела этот сон. Сейчас только она могла привести его к Сестиэлю.

— Было бы здорово. — У нее был музыкальный, нежный голос, и Арес поймал себя на мысли, что хочет слышать его снова и снова.

— Эй, можете оставить номер, по которому с вами можно связаться? Ну, вдруг у меня появятся вопросы о собаке или о чем-нибудь еще?

Что за бред. У нее не будет никаких вопросов о собаке. Зато он наладил с ней контакт, предоставил общую тему для разговора в форме загадки; любой нормальный человек захочет понять, почему двум абсолютно незнакомым людям снится один и тот же сон.

Арес незаметно вытянул из кармана стодолларовую купюру и подложил ее под свою визитную карточку. Зачем — он и сам не знал, но понимал, что Каре нужны деньги, а у него их полно.

Девушка наконец вышла из-за двери, и Арес позволил себе медленную визуальную экскурсию по ее телу. Черт побери, он был прав насчет одежды: серая, не по размеру, футболка и поношенные джинсы смотрелись замечательно. Ее ягодицы словно были созданы для того, чтобы мять их, бедра — для того, чтобы сжимать мужчину, когда он расположится между ними, а изящные ножки — чтобы сцепить их у него на спине. Он мог поклясться своим левым яичком, что у Кары чувствительные лодыжки.

— Благодарю. — Она взяла визитку, но деньги протянула назад. — Я же сказала…

— Возьмите. Если откажетесь, я оставлю их у вас на крыльце с еще одной сотней.

Может, он и так это сделает. Черт, когда это он размяк и стал ходячей благотворительностью? Может быть, когда оценивал ее как сексуального партнера, и вся кровь отлила у него от головы.

Кара одарила его робкой нерешительной улыбкой, и у Ареса подскочила на пару градусов температура. Он вспомнил, как его губы касались этих пухлых губ, и ему чертовски хотелось ощутить это вновь. Тот поцелуй был лишь началом, и он жаждал продолжения.

— Спасибо.

Девушка нацарапала свой номер на клочке бумаги и передала ему. Арес взял его так, чтобы ее пальцы скользнули по его руке — легкое, «невинное» прикосновение, от которого Кара слегка испуганно втянула воздух.

Ее ладони оказались чертовски нежными. У него не осталось сомнений, что она вся такая же нежная.

— Не стесняйтесь звонить мне в любое время. — Арес изобразил застенчивую улыбку. — Может, мы могли бы сходить куда-нибудь поужинать или выпить?

Тут он понял, что сморозил что-то не то, потому что девушка отступила внутрь дома:

— Я… я не думаю, что это хорошая идея, но спасибо.

— Вы замужем? Есть парень? Подружка? — Неплохо будет это узнать, раз уж он собирается занять какое-то место в ее жизни и выудить у нее сведения. Вмешательство или расспросы ревнивого любовника ему совершенно ни к чему.

— Нет, — ответила Кара, и этот ответ удовлетворил его больше, чем должен был. — Я не очень общительна.

Арес не мог не задуматься, по какой причине она с такой неохотой отнеслась к его предложению. Допустим, он незнакомец, но ни одна женщина еще ни разу не отказывалась от его ухаживаний. В числе немногих особенностей, унаследованных им от матери-демонессы, была неодолимая сексуальность, перед которой могли устоять только суккубы. Даже человеческие женщины, которые в его присутствии впадали в неистовство, кидались ему на шею. Одновременно желая убить его.

Сопротивление Кары было связано с какой-то травмой… об этом свидетельствовали особенности ее поведения и речи, а еще больше — ее глаза. Откуда в них столько боли?

Черт побери, Арес в любом случае ничего не мог с этим поделать. Он снова стал спускаться с крыльца.

— Если передумаете, мой номер у вас есть.

Кара нахмурилась, бросив взгляд на его визитку:

— Где вы живете?

— В Греции. — Арес подмигнул ей и мог бы поклясться, что девушка покраснела. — Если когда-нибудь захотите приехать в гости, у меня в доме полно места. Вам понравится. Белый песок, голубое море… там очень красиво. Вам покажется, что вы уже были там раньше.