Элла Уорнер - Хозяин «Мечты»

Губы Джералда припали к ее устам в требовательном, яростном поцелуе, и Эстелла помимо воли ощутила, как в ответ в ней разгорается такое же требовательное и яростное желание, взрывная страсть, что сметает любые барьеры. Не думая сопротивляться, она отдалась на волю неукротимого чувства. Руки ее скользили по широким плечам Джералда, ласкали сильную шею. Все в нем дышало мужественностью, выдавало прирожденного воина, готового сражаться за ту, кого он назовет своей. Воин, защитник, заступник – и идеальный возлюбленный. Тот, на кого можно положиться всегда. Именно его так жаждала Эстелла.

Руки Джералда, его губы, его пылкий взгляд внушали ей, что она не одинока, и разгоняли холод и тьму, что всегда сопутствуют одиночеству. Эстелла, сама не зная почему, сейчас была уверена, что ничто и никогда не встанет между ней и этим мужчиной. Он не допустит этого. Она, только она…

Ощутив его напряженную плоть, Эстелла испытала самую, что ни на есть первобытную, примитивную радость. До чего приятно сознавать себя желанной! И до чего же не терпится подарить возлюбленному наслаждение, вместе с ним разделить восторги страсти! Позволить ему заполнить ту пустоту, что разъедала ее душу!

Объединенные лихорадочным порывом, стремящиеся скорее избавиться от докучной помехи, они принялись торопливо раздевать друг друга. Скорее прижаться друг к другу – плоть к плоти, сердце к сердцу! Увидев Джералда во всем великолепии наготы, Эстелла невольно ахнула, предвкушая наслаждение, которое он способен подарить ей в любовной игре.

Быстрым движением Джералд усадил ее на подоконник и раздвинул ей бедра. Эстелла обхватила его за шею, обмирая от восторга, когда он коснулся самых сокровенных, самых чувствии тельных мест ее тела. Умелые, дерзкие, дразнящие ласки Джералда в считанные секунды заставили ее достичь вершины блаженства. С тихим стоном Эстелла обвила ногами бедра возлюбленного, притягивая его к себе, умирая от желания почувствовать в себе его твердую плоть.

Первый же толчок вознес ее к новым вершинам наслаждения. Казалось, теперь, когда тела их слились в одно, она, наконец, обрела некую утраченную частицу своего существа, по которой давно страдала, которой ей мучительно недоставало. Каждая клеточка ее существа пела от радости. Джералд снова поцеловал ее в губы и, без малейшего усилия сняв с подоконника, понес в глубь комнаты, не разъединяясь, точно и сам, наконец, обрел то, чего ему давно недоставало, и теперь боялся хоть на миг утратить обретенное.

На Эстелле еще оставалась водолазка. И, усадив молодую женщину на краешек кровати, Джералд медленным, дразнящим движением принялся закатывать мягкую ткань, обнажая упругую высокую грудь и целуя ее так страстно, что Эстелла окончательно утратила осознание реальности, мир кругом завертелся и слился в одно яркое сверкающее пятно. Она вздрагивала в такт движениям губ возлюбленного, а когда он, наконец, поднял голову и заглянул ей в глаза, взгляд его словно проник ей в самую душу, подчиняя себе целиком, без остатка.

Три года Эстелла цеплялась за свою независимость, три года лелеяла мечты о свободе. Но единственная свобода, о которой мечтала она сейчас, – это свобода лететь на крыльях страсти с этим мужчиной, достичь вместе с ним тех вершин, что доступны лишь им одним…

Снова… и снова… быстрей и быстрей… Тело Эстеллы, словно само собой подчинилось этому ритму любви. Выше и выше… Восхитительная, небывалая свобода, немыслимое парение, дивные пики экстаза. Все вокруг вдруг взорвалось мириадами звезд… И больше Эстелла уже ничего не помнила.

Но Джералд не дал ей заблудиться, пропасть в этом огненном вихре чувств. Бережно, ласково он вернул ее на землю. Голова Эстеллы покоилась на плече возлюбленного, он нежно прижимал ее к груди, точно баюкал ребенка. Изнеможенная, счастливая, она покрывала бесчисленными поцелуями его шею и грудь…

Наверное, сейчас это было не совсем уместно, но в голову невольно полезли сравнения – Род и Джералд. И по всем параметрам Род безнадежно проигрывал.

Джералд Фергюссон… Эстелла нежно улыбнулась ему, и он вернул ей улыбку. Привстав на локте, он провел пальцем по ее чуть припухшим от поцелуев губам, очерчивая их изящные контуры. Какой пустяк – а тело ее вновь затрепетало от страсти и восторга.

– Ну что, теперь тебя получше? – Шутливый вопрос прозвучал до смешного серьезно.

– Да, – просто ответила Эстелла.

Отчего так, думать она не хотела. Во всяком случае, пока. Быть может, боялась ответа. Быть может, страшилась возвращения из того царства грез, где сейчас пребывала. Пусть грядущее таит неизвестность, а возможно, и крах, сейчас Эстелла не хотела думать ни о чем, кроме настоящего.

Улыбка Джералда чуть поблекла.

– Боюсь, мы с тобой слегка погорячились. Я напрочь забыл о возможных последствиях.

Эстелла нахмурилась. Ей эта здравая мысль даже не пришла в голову. Реальность безжалостно врывалась в мир мечты, и игнорировать ее было нельзя.

– Насчет меня можешь не тревожиться, – торопливо заверила она. Неловко, конечно, спрашивать, но благоразумие все же требовало. – Полагаю, ты тоже…

– Совершенно здоров. Но я имел в виду беременность.

Быстрый подсчет успокоил Эстеллу и на сей счет.

– Полностью безопасно.

– Ты пьешь таблетки?

– Нет. – Увидев, как взметнулись вверх брови Джералда, она быстро добавила: – Не было необходимости. Я три года ни с кем не встречалась…

Брови Джералда поползли еще выше.

– Три года?

Похоже, столь долгое воздержание казалось ему противоестественным. Эстелла пожала плечами.

– Да мне и не хотелось.

– А со мной? Захотелось?

– Да.

– И как, довольна?

– О, да.

А разве могло быть иначе, когда такой великолепный мужчина столь пылко хотел ее близости?

Лицо Джералда просветлело.

– Я тоже, – усмехнулся он. – Должен признаться, Эстелла Джованни, что я начал сходить по тебе с ума с первого же мига знакомства.

– Ты, сходить с ума? – недоверчиво переспросила она. – А я-то думала, что вообще тебе не понравилась.

– Не ты, а сама ситуация. Знаешь ли, есть одно хорошее правило: никогда не смешивай дело с удовольствием. А при одном взгляде на тебя меня в дрожь бросает.

Эстелла вдруг все поняла.

– Ох, Джерри, честное слово, я не воспользуюсь твоим отношением ко мне в ущерб тебе или делу.

– Верю. – Он ласково погладил ее по щеке. – По тебе сразу видно, что ты не из породы стяжательниц.

Она знала: он тоже не из породы хищников. Все в нем говорило о безграничной честности и порядочности. Помнится, Бетти упоминала об этом, но лишь теперь Эстелла осознала, что та имела в виду. Наверняка Джералд понимал, что их влечение взаимно, и лишь потому так повел себя с ней.