Делла Сванхольм - Опрометчивый поцелуй

Поведение Бирты внесло такую смуту в душу Ларса, что на какое-то мгновение он почувствовал разочарование и неприязнь ко всем представительницам женского пола – включая и ни в чем не повинную Маргарет. А может, вся жизнь – это процесс расставания? – с внезапной горечью подумал вдруг Ларс.

В тот вечер Ларс так и не смог заставить себя сесть за компьютер и послать сообщение Маргарет. Не решился он и отправить ей свою фотографию в черной медвежьей шапке.

Так прошло несколько дней. Однажды, находясь на дежурстве, Ларс краем глаза заметил, как к нему приближается группа туристов, размахивающих австралийскими флажками, в ярких фирменных бейсболках с изображением кенгуру. Они стали фотографироваться на его фоне, пока Ларс медленным шагом мерил привычную дистанцию от одного угла дворца до другого. Выделившийся из толпы туристов маленький смешной толстячок начал пристально вглядываться в лицо Ларса и вдруг горестно покачал головой. Ларсу показалось, что он даже услышал хрипловатый бас старика: «Что ж ты, парень, обещал, что завоюешь Маргарет, а сам исчез. А она ждет тебя».

Австралийские туристы с любопытством разглядывали Ларса, а он с привычно-невозмутимым видом шагал вдоль дворца. Однако сердце его рвалось из груди. Ах как ему хотелось отбросить карабин в сторону и подбежать к старику, сказать, что он помнит Маргарет и мечтает о ней. Но он… боится. Да-да, боится, потому что столкнулся с женской изменой.

Ларс видел, как австралийские туристы, вволю нафотографировавшись, покидают площадь Амалиенборг и двигаются в сторону Мраморной церкви. Но маленького толстого старичка среди них вроде бы не было. Куда же он исчез? Ларс до боли в глазах всматривался в сторону группы туристов, но так и не смог разглядеть среди них старика.

А может, его не было вообще? От этой мысли он едва не сбился с шага. Может, это был голос не старика, а голос совести Ларса, который обращался к его сердцу…

Вернувшись в тот вечер домой, Ларс долго сидел в тишине, размышляя, видел ли он старика или тот ему просто почудился. Но так и не смог прийти ни к какому определенному выводу. Хотя разве это так важно? – пронеслось в голове Ларса. Ведь самое главное – это то, что я сам чувствую по отношению к Маргарет. Нужна ли она мне? Хочу ли я завоевать ее любовь или нет?

Эта простая мысль настолько захватила Ларса, что он застыл на месте. Конечно, все дело в нем самом. Он вскочил на ноги и забегал по комнате. Перед его внутренним взором вдруг возникло прекрасное лицо Маргарет и та резвая лошадь, на которой она унеслась от него в тот жаркий летний день на Тасмании. Сумеет ли он когда-нибудь догнать ее? И захочет ли Маргарет остановиться на полном скаку?

С сильно бьющимся сердцем Ларс бросился к компьютеру, отправил Маргарет свое фото в черной медвежьей шапке, а с ним не очень короткое сообщение.

«Я – Ларс Йенсен, тот самый датчанин, который задал тебе «глупый» вопрос. Не надо было спрашивать, который час. Теперь я знаю, это наше время. – Его пальцы на мгновение застыли над клавиатурой, а затем стремительно напечатали: Я люблю тебя, Маргарет, и если ты веришь в любовь с первого взгляда, то обязательно ответишь мне» .

Ларс застыл перед компьютером. Еще никогда его сердце не билось так громко. А затем, сдвинув брови, добавил:

«Только я должен предупредить тебя, что служу в королевском полку и постоянно общаться по Интернету не смогу. Служба есть служба» .

Отправив сообщение и фото, Ларс лег спать. Странно, но его сердце больше не колотилось как безумное. Это была его первая спокойная ночь после того злосчастного разговора с Биртой. Его больше не уносило в океан одиночества и пустоты. И Ларсу приснился удивительный сон: он – на дежурстве, идет вдоль дворца, а из толпы туристов на него смотрит маленький толстый старичок, который одобрительно машет ему рукой и даже подмигивает одним глазом.

Этот сон может быть добрым знаком, подумал утром Ларс. И если я прав, то вечером обязательно получу послание от Маргарет.

Он оказался прав.

«Не думаю, что я верю в любовь с первого взгляда, – писала Маргарет. – Но я помню тебя, датчанин Ларс Йенсен, и готова общаться с тобой по Интернету. Служи верно своей королеве, солдат. И если у тебя будет возможность, скажи принцессе Мэри, что все тасманийцы гордятся ею».

Ларс читал и перечитывал это первое сообщение от любимой. Он почувствовал небывалый прилив бодрости. Чудесная девушка, думал он. Она сумела разогнать мои печали и развеять опасения.

Депрессию как рукой сняло. Ларс снова преисполнился надежды, радости жизни и предвкушения счастья. Ему было интересно о Маргарет все, буквально каждая деталь. И она охотно рассказывала о себе и своей семье. Ее сообщения были полны юмора, и Ларс частенько смеялся, читая их. Давно он так не веселился!

Он узнал, что прадед Маргарет по линии отца – шотландец – был каторжником. Чтобы накормить свою мать (а его отец погиб, сражаясь против англичан), шотландский юноша украл хлеб в булочной. А когда булочник бросился за ним в погоню, то вор еще и сильно поколотил хозяина. Конечно, за это ему в те времена полагалась каторга. Вместе с сотнями других бедолаг его погрузили на огромный корабль и отправили на Тасманию. Тогда это была вторая после Сиднея колония для британских каторжников.

Но дочка булочника, сама безмерно страдавшая от гнета жадного родителя, влюбилась в смелого юношу и, бросив отчий дом, отправилась за ним на край света – но уже в качестве свободной поселянки. Они поженились и осели в городе Хобарте, который власти начали строить на юго-востоке Тасмании у подножия горы Веллингтон. Их домик, которому уже 130 лет, хорошо сохранился. Он является одной из любимых туристами достопримечательностей города.

А предки Маргарет по линии матери – ирландцы. Ее прадед был священником и служил в одной из первых католических церквей города. «Моя прабабка была простой ирландской прачкой по имени Скай. Говорят, я похожа на нее. Во всяком случае, у меня ее зеленые глаза», – с гордостью сообщала Маргарет. И Ларс понял, откуда у его любимой глаза такого необыкновенного цвета. Считается, что они бывают только у ирландцев.

«Местные жители любят рассказывать, – продолжала Маргарет, – что в XIX веке семьи моих предков с обеих сторон серьезно поссорились. Прадед-священник произнес с амвона какую-то обличительную речь, которую мой прадед-каторжник почему-то принял на свой счет. Страсти разгорелись почти шекспировские. Они запретили своим детям общаться. Это была вражда, как между Монтекки и Капулетти. Но прошли десятилетия, и все уже забыли, что было истинной причиной вражды. И через сто лет их внуки встретились и полюбили друг друга. Это мои мама и папа. У нас большая дружная семья. У меня пять братьев и две сестры. Мы держим ферму, где разводим лошадей и пони. Каждый из нас помогает родителям, имеет свои четкие обязанности по ферме, хотя у нас работают и профессиональные конюхи. Мой старший брат учится на ветеринара и живет в Мельбурне. А я изучаю в колледже коневодство и надеюсь, что со временем ферма родителей перейдет ко мне».