Лу Первис - Звуки флейты

— Не уверен, что вы готовы выслушать мои объяснения…

Скорее от беспомощности, чем от злости, Кэрол принялась бить кулачками по его сильной груди, но Пол, усмехнувшись, легко схватил ее за руки и довольно крепко сжал. Кэрол прекрасно понимала, что дрожит не от страха, а совсем от другого чувства. И она и Пол знали от какого.

— Не надо мне ничего объяснять. Давайте лучше вообще не будем говорить об этом, — предложила девушка.

— Но от нашего молчания ничего не изменится. Даже если не называть вещи своими именами, они продолжают существовать.

Пол привлек девушку к себе так близко, что слышал биение ее сердца. Ему казалось, что жар его тела не может не передаться ей.

— Так что же ты чувствуешь, Кэрол? — прошептал он ей на ухо. — Тебе по-прежнему страшно? Можешь не беспокоиться: не тебе одной. Я, черт побери, тоже боюсь! — Его слова подействовали на Кэрол странно возбуждающе: как будто электрический ток прошел через мочку уха, пронзил грудь и устремился ниже, к бедрам… Он боится? Что за вздор?! Ему-то чего бояться? Ведь Кэрол прекрасно помнит, что рассказывал Патрик о Поле Дадзае и его победах!

И все-таки ей почему-то было очень приятно, что Пол произнес эти слова, что его губы так нежно касаются ее шеи и подбородка… Она удивленно вздрогнула, когда его руки легли ей на бедра, и он еще крепче прижал ее к себе.

— Сумасшествие…

— Согласен.

— Мы не должны этого делать…

— Говори только о себе.

— Но я никогда раньше…

— Значит, это будет впервые.

— Пол…

— Гм?

— Я никогда не испытывала…

— Я тоже.

— Ты лжец!

— Это правда.

Он ласкал ее все настойчивее; Кэрол почувствовала томление, его легкие поцелуи обжигали, вызывая трепет во всем теле. Кэрол не узнавала собственного голоса: он стал низким и тихим, воркующим.

Наконец Пол взял в ладони лицо девушки и впился губами в ее губы, разжигая неукротимый огонь страсти. Кэрол уже ничего не могла поделать с собой. Она крепко обняла Пола за шею. Его язык оказался внутри ее рта; страстное желание, которого она никогда не испытывала ранее, овладело ею.

Пол тут же почувствовал в ней перемену: мягкую податливость тела, расслабленность губ, тяжелую пульсацию крови в венах. Он обнял Кэрол еще крепче, все теснее прижимая ее бедра к себе, давая почувствовать силу желания, жажду плоти… Ее смущение и робость несказанно трогали Пола; он достаточно хорошо знал женщин и понимал — эта робость от неопытности. Кэрол не была застенчивой.

Неужели я у нее первый? — мелькнула у Пола тревожная мысль. Усилием воли он попытался сдержать себя, но с ней все было не так, как с другими. Стоило ему дотронуться до Кэрол — и его тело кричало, требовало, жаждало ее тела! Такого еще не было в его жизни.

Пол почувствовал ее язык у себя во рту и застонал.

— Погоди минуточку, — пробормотал он, на секунду оторвавшись от ее мягких сладких губ.

Кэрол была как в тумане. Серые глаза медленно открылись, она ничего не понимала.

— Кэрол…

Она смотрела на него сквозь пелену желания. Неожиданно Пола охватило чувство вины. Он желал ее, да, но не хотел соблазнять. Не хотел воспользоваться ее беспомощностью.

— Кэрол, у тебя был когда-нибудь любовник? — спросил он прямо, как привык делать всегда.

Кэрол быстро заморгала и отстранилась. Красные пятна появились у нее на щеках.

— Почему ты задаешь мне такие вопросы? — спросила она растерянно. — Я делаю что-то не так?

— Нет, я просто хочу знать, на что иду.

— Ну что ж, спасибо за откровенность. — Она попыталась вырваться из его объятий. — Несколько минут назад ты, кажется, не сомневался…

Но Пол не отпускал ее.

— Мы не можем сейчас вернуться домой.

— Почему же нет? Ради Бога!

— Потому что мы оба чертовски возбуждены.

— Ну, я уверена, что это пройдет.

Пол засмеялся и посмотрел прямо в ее сердитые глаза.

— Я бы не зарекался.

— Может, конечно, у нас какая-то невероятная биологическая совместимость, — предположила Кэрол в отчаянии, пытаясь избавиться от острого чувства разочарования, отдающегося во всем теле.

— Биологическая? Ну что же, каждое поколение это называет по-своему, — заметил Пол, и губы его расплылись в медленной улыбке. — Я бы определил это как влечение.

Кэрол неуверенно взглянула на него. Влечение. Значит, она не ошиблась, значит, ей действительно довелось наконец это испытать…

— И часто ты испытываешь влечение к женщине, с которой только что познакомился? — спросила она тихо.

— Нет, — сказал Пол серьезно. — Ты первая. Правда.

— Именно так говорят мужчины женщинам, пытаясь соблазнить их?

Кэрол опустила глаза, с ужасом поняв, что сказала пошлость. Но он сам виноват! Нужно признаться себе, что она — лишь одна из его многочисленных Женщин, и спокойно отнестись к этому. Ей всегда не везло! Богатая практика. Не хватает еще разреветься при нем! Но как все-таки досадно, что это «влечение» она испытывает к такому человеку, как Пол Дадзай…

Пол приподнял подбородок Кэрол и увидел предательский блеск в ее глазах.

— Черт побери! Ты плачешь?

— Глупости! Я никогда не плачу. Кеннет говорит, я единственная из известных ему девчонок, которая не льет слезы по любому поводу. — Она шмыгнула носом и смахнула доказательства обратного. Потом подняла глаза и смело улыбнулась ему. — Видишь, никаких слез. Оптический обман.

Черта с два! — подумал Пол, но промолчал, решив, что надо дать Кэрол передышку. Он должен помочь ей снова обрести равновесие. Пол никогда не соблазнял неопытных девушек и не собирается делать этого впредь.

— Да, что-то в этом роде должен говорить мужчина женщине, желая пригласить ее в постель, — спокойно согласился он. — И совершенно ясно, что я тоже хочу этого.

Кэрол была так потрясена этим откровенным признанием, что даже не смутилась. Более того, она с недоумением призналась себе, что слова Пола ей льстят! Ведь они означают только то, что она нравится ему.

— Однако, — терпеливо продолжал Пол, — когда я сказал, что ты первая, я не лгал. Можешь понимать мои слова как хочешь, но это правда. И это прекрасно. Поверь.

Пол заставил себя отступить на шаг. Жар плоти не унимался; он по-прежнему хотел ее. И от сознания того, что Кэрол тоже хочет его, отступление было невероятно болезненным. Он понимал: она согласилась бы после недолгой любовной игры — на этой стадии рациональное мышление отключается.

Но Пол не хотел, чтобы утром она о чем-то пожалела, чтобы самая малая тень появилась в мягких серых глазах. Он не простит себе, если позже, когда они оденутся, в ее душе останется горький осадок — хотя бы намек на чувство, что ее предали.

Кэрол была не такой, как другие женщины, которых он хотел. Что-то хрупкое, нежное таилось в ней, несмотря на сильный характер, решительность и невероятное чувство ответственности.