Кэтрин Гарбера - Владычица грез

Адам, глядя вниз на нее, улыбнулся.

— Сегодня утром у меня почему-то разгулялся аппетит, так что от завтрака я, пожалуй, не откажусь.

Грейс покраснела при мысли о том, отчего именно у него разгулялся аппетит. Конечно, это глупо и ей не хотелось бы так реагировать, но все происходящее было так ново для нее.

Адам снова поцеловал ее, на этот раз нежно, почти ласково. Когда он поднял голову, Грейс, не отрываясь, смотрела на его влажные губы.

— Я знала это, — ответила она, отчаянно пытаясь упорядочить свои мысли.

— Не волнуйся, я неприхотлив. А ты что обычно ешь?

— Батончики из мюсли, — пробормотала Грейс и снова повернулась к холодильнику.

Увы, там не было ничего, кроме упаковки из шести обезжиренных йогуртов, у которых уже наверняка истек срок годности. Покусывая нижнюю губу, Грейс заглянула в контейнеры из-под фаст-фуда, нет ли там чего-нибудь, чтобы накормить Адама.

Он скривился:

— Это не завтрак.

— Конечно. Сейчас попробую отыскать что-нибудь съедобное.

Адам оттащил ее от агрегата и захлопнул дверцу. Приподняв Грейс, он усадил ее на кухонную стойку и стал между ногами девушки. Она обеими руками обняла его за талию, притянув к себе. Положив голову ему на плечо, Грейс закрыла глаза, счастливая оттого, что может просто быть рядом.

Он долго держал ее в объятиях, поглаживая по спине и устроив свой подбородок на макушке Грейс. Когда у него заурчало в животе, девушка отстранилась.

— Нужно немедленно тебя накормить, — заволновалась она.

— Ты ешь омлет? — осведомился он.

— Да, но у меня нет набора венчиков, — потупилась Грейс, отругав себя за неосмотрительность. Ей следовало сходить в магазин и набить холодильник настоящей едой перед приходом Адама.

— Венчиков? Женщина, ты что, тут даже яиц нет! Сейчас сбегаю, принесу все, что нам понадобится, и приготовлю тебе завтрак!

Грейс нахмурилась:

— Я сама хотела это сделать.

— Грейси, ну ясно же, что ты не кулинар!

В его голосе зазвучали дразнящие нотки, которых раньше не было. Она подумала, что Адам чувствует себя так же, как она, и это было отдушиной, позволяющей забыть о реальности. Они оба могли отбросить бдительность и быть самими собой. Грейс знала, что это не может продолжаться вечно — реальность рано или поздно вторгнется в их жизнь, и им обоим придется вернуться к своим ролям, так хорошо знакомым им обоим.

— Это так заметно? — спросила она, склонив голову набок.

— Ну, в твоем холодильнике полно контейнеров из-под фаст-фуда и просроченных продуктов. Завтрак приготовлю я!

Грейс это не понравилось, и она знала почему. Это она хотела подавать ему завтрак. Хотела здесь, у себя дома, дать ему то, чего он не найдет нигде больше. В своих фантазиях она, кроме всего прочего, и готовила для него, но он был прав — она не кулинар.

— Мне нравится заботиться о тебе, — добавил Адам.

Его слова сильно взволновали потаенные струны ее души. Она понимала, что Адам говорит только о завтраке, но почему-то ей казалось, будто речь шла о чем-то большем.

— Я могу сходить с тобой в магазин, — предложила Грейс, не желая ни на секунду расставаться с ним.

— Ладно, — милостиво согласился он.

Раздался звонок телефона. Адам потянулся за беспроводной трубкой и подал ее Грейс. Та взглянула на определитель номера и нахмурилась: это была Сью-Эллен Хэншоу. Реальность, разрушающая приятный отдых.

— Доброе утро, Сью-Эллен.

— На самом деле не слишком доброе, Грейс.

У нее похолодело все внутри.

— Что такое?

— Наша школа опять в прессе, и это нехорошо. В заголовке нас назвали рассадником случайных половых связей.

— И кто на этот раз?

— Вы. Вы с Адамом.

Адам обнял Грейс за талию и еще теснее прижал к себе. У нее в лице не было ни кровинки, и он понял, что Сью-Эллен сообщила дурные новости.

— Что случилось? — шепотом спросил он.

— Подождите, Сью-Эллен, — ответила Грейс, прикрывая трубку рукой. — В «Даллас морнинг ньюс» опубликована статья про нас.

Вот дерьмо! Меньше всего ему хотелось связываться с прессой, но этого следовало ожидать. В колонке светской хроники просто обожали сплетничать о нем. Можно было догадаться, что статья написана о них с Грейс, но Адам не собирался ни о чем догадываться. Он хотел увидеть саму статью и выяснить, с чем же им пришлось столкнуться.

— Тебе уже доставили газету?

— Да.

— Скажи Сью-Эллен, что мы перезвоним ей, как только узнаем, о чем там идет речь.

Адам вышел из кухни на улицу и нашел газету во дворе под деревом, вокруг которого, между корнями, были посажены жизнерадостные желтые и голубые нарциссы.

Эта картина напомнила Адаму о том, что Грейс пустила тут корни, что закрытие школы для нее — не просто увольнение; это касается той жизни, которую она с таким трудом строила здесь для себя.

Он вернулся в дом, поклявшись себе, что сделает все возможное, чтобы Грейс была в безопасности. Чтобы последние неприятности прошли для нее бесследно.

Адам в нерешительности замер на пороге кухни, наблюдая за Грейс, которая, облокотившись на кухонную стойку, неподвижно смотрела в окно, выходящее на задний двор. Она стояла, обхватив себя руками, и выглядела очень одинокой. Это чувство было почти осязаемым.

Черт возьми, как могло так чудесно начавшееся утро вот так закончиться? Адам откашлялся, чтобы не испугать Грейс, но она даже не обернулась в его сторону.

Черт, дела плохи. Грейс разбивала ему сердце. Ведь по тому, как глубоко она замкнулась в себе, он мог догадаться, что она уже побывала в такой мучительной ситуации, когда кажется, что мир перевернулся вверх дном. Если он, Адам, в подобных случаях бежал со всех ног, то она сосредоточивалась, чтобы собрать все свои силы, ведь бежать ей, судя по всему, некуда.

Сколько же раз Грейс побывала в таких ситуациях? Но теперь он будет здесь, рядом с ней, хотя никогда так не поступал. Сможет ли он перешагнуть через самого себя?

— Грейси?

Она повернула к нему голову; в ее глазах проглядывала усталость, измождение и еще что-то такое, чего он не смог определить.

— Ты взял газету?

Адам вынул ее, вытряхнув из полиэтиленового пакета. Положив пакет на стойку, он усадил Грейс на стул и сам сел рядом.