Дебора Диксон - Ты - мой спаситель

— Вы получили результаты полиграфа. — Это было утверждение, а не вопрос, поэтому она не стала ждать подтверждения. — Позвольте мне угадать. Все прошли на ура. Кроме меня.

Бо осознал, что открыл ей слишком много. Повернувшись в противоположную от нее сторону, он чуть не наткнулся на Гвендолин. Эта собака была еще одной преградой между Мэгги и остальным миром.

Какое имеет значение то, что она воздвигает стены? Она — подозреваемая. Подходит по всем параметрам. Женщины устраивают пожары из мести. Обычно это локальные пожары. Они предназначены для того, чтобы нанести урон, а не полностью уничтожить. Такова обычная схема, и пожар в больнице Мэгги в точности ей соответствует. Хочется ему верить своим инстинктам или нет.

Обернувшись, Бо снова поразился необъяснимому факту — он все еще ее хотел. Какая жестокая насмешка. Судьба, наверное, по полу катается от смеха. Наверное, беседует с Матерью-природой и насмехается: «Слыхала анекдот о страсти следователя из департамента пожарной безопасности к женщине-пироманьячке?»

Потирая руки, Мэгги бросила ему вопрос:

— Зачем вы играли в эти игры? Почему не могли просто сказать, что получили результаты теста, когда постучали в мою дверь?

«Потому что ты бы меня не впустила. Потому что я хотел сперва тебя поцеловать. Потому что я глупец…»

Ничего такого Бо сказать не мог. Он даже самому себе с трудом мог признаться, что поставил под угрозу расследование из-за того, что подчинился гормонам. Никогда раньше с ним такого не случалось. Никогда не позволял он себе подобного идиотизма.

— Я не упоминал о полиграфе потому, что его результаты не могут служить доказательством, а когда уже вошел… Мне показалось, у вас и так много проблем.

Она тотчас же прищурилась.

— Много проблем? Грейсон, мне не нужно, чтобы вы или кто-либо другой за мной присматривали.

— Вам нужен адвокат. Вам угрожает обвинение в поджоге.

— Мне ничего не угрожает. Вы не можете меня арестовать. У вас нет никаких доказательств. Вы только что сказали, что показания полиграфа не принимаются в качестве доказательства. Вы даже не сможете сослаться на них в суде. У вас ничего нет.

— Пока.

— Тогда почему бы вам не прийти тогда, когда что-то появится? Только не забудьте надеть пальто, а то к тому времени в аду морозы грянут.

Бо схватил полотенце, которое перед тем бросил на стопку книг, и протянул ей по дороге к двери. Когда она взялась за него, он не отпустил свой конец. Перегнулся через собаку и прошептал предостерегающе:

— Я уйду, но буду следить за вами, Мэгги. И не хотел бы я увидеть дым даже от спички, когда вы будете поблизости. Понятно?

Он почувствовал перемену в Гвендолин раньше, чем услышал тихое недовольное рычание. Мэгги не стала успокаивать волкодава.

— Ей тоже не нравится ваш тон.

— Уверен, что не нравится, — тихо ответил он, осторожно отходя прочь. Добравшись до арки выхода в прихожую, Бо достал одну из своих визитных карточек с номером домашнего телефона и бросил на стул. — Кто будет о ней заботиться, когда вы окажетесь в тюрьме?

Мэгги держалась, пока за ним не захлопнулась дверь. Затем все ее мужество испарилось, колени подогнулись. Гвендолин легла рядом с ней на пол и положила свою большую голову Мэгги на бедро. Длинный хвост дважды стукнул по полу, большие темные глаза смотрели на нее, обещая, что все будет в порядке.

Но Мэгги ничего не видела, кроме черных, пристальных глаз, которые долго еще будут ее преследовать.

Ничего не случилось!

Бо остановился в дверях своего кабинета и жестом подозвал к себе Рассела. Этот человек был клоуном, но умным клоуном, и очень подходил для такого задания. Бо протянул ему экземпляр заявления Мэгги.

— Отвези это в больницу вместо меня и не возвращайся без подписи мисс Сент-Джон. И лучше найди там кого-нибудь, кто будет при этом свидетелем.

— Скажите, что это неправда, Бо, — взмолился тот, беря заявление. — Скажите, что не она виновница всей этой кутерьмы.

Покачав головой при виде притворного ужаса на лице Рассела, Бо объяснил:

— Она — главная подозреваемая, но выдвинуть обвинение пока нельзя — нет оснований. Нет веских доказательств. Поэтому проделаем все формальности и закроем дело. Твой визит я согласовал с доктором Беннетом. Они сообщат ей, что ты сейчас будешь, и посоветуют оказать тебе всяческое содействие.

— О'кей, босс, — согласился Рассел, но, не отойдя и на пару шагов, обернулся. — Я думал, вы вчера этим занимались.

— Застрял на процессе Литтлтона.

Рассел закатил глаза при упоминании об этом деле.

— Отгадайте загадку, Бо. Если женщина спускает на тебя собак за то, что ты погуливаешь, и при этом говорит тебе, что собирается поджечь твою постель, и при этом брызгает бензином на покрывало, — ты встанешь с кровати?

— Он ей не поверил.

Рассел фыркнул и сказал:

— Сто очков миссис Литтлтон.

— Сто очков, — вяло отозвался Бо и указал взглядом на конверт. — Она ждет.

— Уже действую.

Когда Рассел ушел, Бо закрыл дверь кабинета.

— Я тоже.

Обгоревший уголок газеты лежал между страницами настольного блокнота. Он всматривался в него, огибая стол и опускаясь в кресло. Из него немного можно было извлечь. Только дата на одной стороне и номер страницы на другой. Это могло быть объявление в районной газете о ее первом причастии, крещении, победе на конкурсе правописания, письмо к редактору… Он остановился. Возможностям не было числа.

Но у него есть дата. Он начнет с более крупных газет и перейдет к более мелким, которые выпускают округа. Восемнадцать лет назад в жизни Мэгги произошло нечто заслуживающее внимания газет. Или в жизни человека, который был ей небезразличен. Все, что ему надо было сделать — это вычислить где и что.

Какое воспоминание ты сожгла, Мэгги Мей?

— Тогда просто увольняйся, Мэгги.

Этот лаконичный совет был дан под аккомпанемент шипения поджаривающегося бекона и стук вилки, которой Андреа Поуг переворачивала мясо на сковородке. Сегодня Кэролайн поздно закрывала свой салон, и поэтому была очередь ее очаровательной рыжеволосой дочери готовить ужин. К сожалению, Андреа умела готовить на ужин только одно блюдо — завтрак.

Мэгги решила, что эта девочка станет прекрасной вдовой какого-нибудь счастливчика. Его убьет холестерин.

— Правда, — настаивала Андреа, видя, что Мэгги не отвечает. — Уходи. Ведь ты не владелица этого заведения и не должна там работать, хочешь ты того или нет. Ты можешь найти другую работу.

Мэгги застонала и прижала ладонь ко лбу. Спаси, Господи! Андреа неожиданно оказалась права. Мэгги выслушивает рекомендации насчет карьеры от семнадцатилетней девчонки. От семнадцатилетней девчонки, которая уже потеряла два места, потому что не могла запомнить, что нужно спросить: «Хотите на гарнир жареный картофель?»