Рейчел Бейли - Привычка ссориться

— У тебя необычайно нежная кожа, — выдохнул он, лаская тонкую шею и снимая с нее бюстгальтер. Его глаза помутнели от желания, пальцы спускались все ниже, а следом за пальцами спускались и губы, и, когда он принялся целовать и посасывать ее груди, Люси запустила пальцы ему в волосы, еще крепче прижимая к себе.

— А ты отлично умеешь обращаться с женщинами, — выдохнула она.

— Просто я слишком долго о тебе мечтал, — прорычал он.

Не в силах насытиться его прикосновениями, Люси сорвала с Хайдена рубашку и провела руками по его мощной груди, куснула в плечо, но ей и этого было мало.

Хайден просунул руки между их телами, расстегнул ей брюки и провел пальцами по атласным трусикам, и Люси сразу же подалась ему навстречу. Она еще ни разу в жизни не испытывала ничего подобного, она буквально сходила с ума от желания.

Тут Хайден вновь уложил ее на диван, и, глядя на него снизу вверх, она вновь залюбовалась красотой мужчины, этой ночью принадлежащего ей и только ей. Она навсегда запомнит эту ночь, после которой ничто не останется прежним.

— Хайден, — прошептала она, и он снова склонился над ней, жадно целуя ее в губы, и она обхватила его ногами, стараясь прижаться к нему еще крепче, еще плотнее. Она вся дрожала от желания, ее сердце бешено билось и…

— В твоей бездонной сумке наверняка водятся презервативы, — прошептал Хайден, мигом ее отрезвляя.

Презервативы?

— Нет. — Люси быстро перебирала в уме содержимое сумки. — А у тебя разве нет?

Выругавшись, Хайден отстранился:

— Не знаю, надеюсь, есть.

Стянув джинсы, Хайден скрылся в ванной, оставив Люси размышлять, что ей теперь делать. Например, она могла бы сбегать в аптеку, но такой долгой разлуки с желанным мужчиной она бы сейчас просто не вынесла. Еще они могли быстренько перебраться к ней домой, там презервативы точно были. Или нет, Джош спит, так что никуда они перебраться не могут. Или можно позвонить консьержу, вдруг у него есть запас?

Тут наконец-то вернулся Хайден, успевший надеть презерватив. Пока он к ней шел, Люси успела стянуть брюки и трусики.

— Слава богу! — выдохнула она, когда Хайден вновь забрался на диван, обдав ее жаром своего мускулистого тела. — А то я уже начала составлять самые нелепые планы, как бы нам с тобой раздобыть искомое.

— Я с радостью их выслушаю, — пообещал он, кусая ее за ухо, — но сперва мне нужно кое-что сделать.

И, сразу же перейдя от слов к делу, Хайден принялся ласкать ее губами и руками, пока у нее не закружилась голова.

— Сейчас, — простонала она, извиваясь всем телом, — пожалуйста.

Сладкая пытка продолжалась еще пару секунд, и лишь тогда Хайден наконец-то вошел в нее одним мощным движением. Мир стремительно закружился, а сама она по-настоящему ожила. Еще плотнее обхватив его ногами, Люси полностью отдалась во власть ощущений, но, даже несмотря на ее хватку, Хайден задвигался, и Люси буквально растаяла, сливаясь с ним в стремительном танце.

Она взлетела до самых звезд и парила в вышине, подхватывая заданный ритм и слыша, как Хайден шепчет, что она прекрасна. С каждой секундой они двигались все быстрее и быстрее, их тела окутывало невидимое сияние, и она изо всех сил впилась ногтями ему в плечи, а он все сильнее и сильнее вонзался в нее, и Люси чувствовала, как внутри ее нарастает волна наслаждения, и не в силах сдерживаться она выкрикнула его имя, чувствуя, как они одновременно заходят за грань.

Лежа на диване рядом с Люси, Хайден разглядывал потолок. Еще ни разу в жизни он не совершал подобной глупости. И это при том, что всевозможных глупостей в его жизни было больше чем достаточно.

Занимаясь любовью с Люси, Хайден чувствовал, как под ним дрожит земля, а сам он едва не сошел с ума от наслаждения, но все равно — это величайшая глупость в его жизни.

И зачем он начал устанавливать какие-то глупые правила? Просто чтобы успокоить свою совесть и разрешить себе переступить все мыслимые границы и затащить ее в постель? Нет, она ему, конечно, нравилась, наверное, даже слишком нравилась, но это все равно не отменяло того, что она врала, прикрывая отчима, и в открытую признала, что пойдет практически на все, лишь бы спасти Грэхама Бойла.

Хайден не сомневался, что этой ночью она действительно его хотела, горящее в глазах желание невозможно подделать, но станет ли она использовать их близость против него, если у нее не останется другой возможности защитить Грэхама? Хайдену очень хотелось верить, что Люси ни за что на это не пойдет, но он прекрасно понимал, что судит предвзято.

Да даже если и забыть о Грэхаме, она же на десять лет младше! Хайден отлично помнил себя в двадцать два года, все эти эксперименты, вечное желание попробовать что-то новенькое и необычное… Но теперь ему уже не двадцать, а тридцать два года, и у него есть сын, так что у них с Люси совершенно разная жизнь и разные желания.

Вздохнув. Хайден еще пару раз обозвал себя дураком.

Наверное, сейчас ему стоило бы оставить расследование, передав это дело кому-то другому, но он уже так близко к цели, а новому детективу придется снова во всем разбираться… Разве можно дарить Бойлу лишние дни и часы? Вдруг он успеет замести последние следы? Нет, так не пойдет, так что ему остается лишь одно. Нужно держаться подальше от Люси и самому закончить расследование.

Заворочавшись, Люси приподнялась на локте.

— Сложись все иначе… — начала она, но Хайден не дал ей договорить.

— Сложись все иначе, у нас все равно никогда не могло бы быть длительных отношений. — Он старался говорить как можно мягче, пусть это и правда, но, расставаясь с женщиной сразу же после ночи любви, Хайден все равно чувствовал себя последней скотиной.

— А я думала, что тебе понравилось, — прошептала она, кладя голову ему на плечо, — но в кровати, наверное, получилось бы лучше, да и под конец все немного смазалось, но местами было просто шикарно.

Хайден чуть не застонал от одного воспоминания об этой волшебной ночи.

— Люси, все было просто шикарно от начала и до конца. — Он погладил ее по щеке. — Каждая секунда была восхитительна и неповторима.

— Но даже сложись все иначе, ты не захотел бы провести со мной еще одну ночь, — вздохнула она.

Не захотел бы?

— Я перестану тебя хотеть лишь после смерти. Но в моей жизни столько сложностей! Кроме меня у Джоша никого нет, а даже в те редкие минуты, когда я о нем не думаю, я должен полностью сосредоточиться на работе. Став отцом-одиночкой, я почти отошел от дел, и сейчас моя карьера во многом зависит от этого расследования, и у меня просто нет времени на какие-либо эксперименты в отношениях.

— Но я ничего от тебя не требую.

— Я знаю. — Пытаясь сосредоточиться, Хайден провел рукой по волосам. — Извини, это я во всем виноват, я должен был остановиться.