Терезио Боско - Сон сбылся

– Я бы хотел, Бартломео, чтобы ты пришел также и в следующее воскресенье.

– Хорошо, я приду.

– Но ты приходи не один. Приведи своих товарищей.

– Бартломео Гарелло, каменщик из Асти, стал первым посланцем дон Боско среди молодых рабочих своего участка. Он рассказал своим товарищам о своей встрече с симпатичным священником, «который умеет свистеть», и о его приглашении. Спустя четыре дня, в воскресенье, в ризницу пришли девять юношей. Они пришли «искать дона Боско». Так родилась оратория.

После беседы с Бартломео Гарелли было произнесено слово «немедленно». Кажется, что это одно из многих слов. Однако оно оказалось подобным зернышку, которое после посева дает всходы.

В то время (1841 год) слово «немедленно» стало лозунгом целой группы туринских священников.

В период неуверенности, вызванной первой промышленной революцией, когда невозможно было найти прекрасных и готовых планов действия, эти священники всю свою энергию приложили к тому, чтобы «немедленно», «тотчас же» сделать что-нибудь для бедных ребят и людей, утопающих в нищете.

Это «немедленно» стало особо характерным для дона Боско, а потом и его салезианцев, которые специализировались в «неотложной помощи» для заброшенной молодежи. Необходимость, невозможность ожидания торопила дона Боско к действию.

Надо делать что-то немедленно » – писал он – так как бедная молодежь не может позволить себе роскошь ожидания реформ, планов, революции системы. Ясно, что одного «немедленно» не хватит. Верно говорят, что «если встретишь голодного, вместо того, чтобы дать ему рыбу, научи его ловить ее». Но правильным является и обратное толкование этой мудрости «если встретишь умирающего от голода, дай ему готовую рыбу с тем, чтобы потом он научился ловить ее». Недостаточной является безотлагательная помощь, но также недостаточным будет и ожидание лучшего будущего, так как между тем бедные погибнут от нищеты.

Дон Боско и его первые салезианцы сосредоточат свое внимание на «безотлагательном» вмешательстве. Они научат ребят катехизису, дадут им хлеб, образование, работу, гарантируемую честным договором. И будут ожидать того, чтобы другие католики, совместно с социалистами, коммунистами, анархистами приготовили планы и добились необходимых реформ у тогдашних властей, которые лицемерно отмежевались от конфликтных ситуаций рабочих, позволяя богатым быть всесильными, а бедным – угнетенными.

На амвоне в церкви св. Францисска молодой священник воодушевленно читает проповедь. У бокового алтаря, на ступеньках балюстрады, несколько ребят – помощников каменщиков – дремлют, прислонившись друг к другу.

Дон Боско проходит к ним и притрагивается к первому. Все просыпаются, сконфуженные. А священник улыбается и тихо спрашивает:

– Почему дремлете?

– Мы ничего не понимаем из проповеди – шепчет самый старший из них.

– Ведь этот священник проповедует не для нас – добавляет его сосед.

– Пошли со мной!

Он ведет их в ризницу.

«Среди этих ребят были Карло Буцетти, Джованни Гарибальди и Германо» – с волнением рассказывает дон Боско своим первым салезианцам. Это были маленькие ломбардские каменщики, которые на протяжении последующих тридцати-сорока лет будут сопутствовать ему и которых на Вальдокко все хорошо знали. «В то время они были обыкновенными подмастерьями, теперь все стали мастерами».

В ризницу пришел также Бартломео со своими товарищами. Число ребят увеличивалось. Дон Боско помогает им молиться, читает специально для них маленькие проповеди, проповедует оживленно, в форме диалога, переплетенного фактами и интересными сообщениями. Потом все усаживаются на скамейках и слушают отправляемую им Св. Мессу.

Первая половина дня тянется долго. После Св. Мессы и завтрака хочется поиграть. Первые такие игры проходят во дворе интерната.

В послеобеденное время, если позволяет погода, дон Боско ведет ребят на холмы, к речке или во храмы, посвященные Марие.

В первую зиму он решает собрать только тех ребят, которым грозит наибольшая опасность, особенно тех, кто вышел из тюрьмы. Но на протяжении всей своей жизни он никогда не сможет отказать никому, кто только пожелает быть с ним. В скором времени формируется группа из плотников, каменщиков, штукатуров, мостильщиков, которые приходили в город из отдаленных районов, а во время так называемого «мертвого сезона» (декабрь – март), не могли возвратиться домой.

Дон Гуала и дон Кафассо исповедуют их, беседуют с ними, помогая дону Боско. Оценивая должным образом эту дружескую помощь, дон Боско отмечает с некоторой озабоченностью: «Они охотно давали для моих ребят образки, медальончики с изображением святых, книжечки». Но его молодые каменщики и бывшие заключенные больше, чем в медальончиках и образках, нуждались в другом. Именно это имел ввиду дон Боско, вспоминая: «Я получил также средства, чтобы одеть нескольких наиболее нуждающихся, некоторые получали даже несколько недель хлеб, пока сами не зарабатывали на него».

Постоянной заботой на протяжении недели стало для дона Боско подыскивание работы для ребят, а также забота об улучшении условий тем, кто уже работал.

«Я посещал их во время работы в мастерских и на стройке. Это очень радовало моих ребят, особенно, когда они осознавали, что кто-то по-дружески заботится о них. Также и работодатели были довольны и охотно брали молодых рабочих, которые находились под опекой в будние дни и в праздники».

Бывшие заключенные были весьма деликатной проблемой. Дон Боско старался каждого устроить к какому-нибудь порядочному ремесленнику. Потом на протяжении недели навещал их. Результаты были хорошие: «Ребята начинали честную жизнь, забывали свое прошлое, становились хорошими христианами и порядочными людьми».

Каждую субботу дон Боско посещал тюрьму, продолжая там самую трудную апостольскую деятельность. Он пишет: «Я отправлялся в тюрьму с карманами, набитыми табаком, фруктами, булками. Моей целью было оказать поддержку этим юным несчастливцам, которые там оказались, снискать их дружбу, ободрить, пригласить прийти в ораторию, как только они выйдут из места заключения».

Пришла весна. Маленькие каменщики, которые на зиму ушли в свои родные места, опять вернулись в город. Группа дона Боско растет с каждым днем. Из Каронно Варесино прибыл также и младший брат Карло Буцетти, Джузеппе. Ему только что исполнилось десять лет. Он привязывается к дону Боско и остается ему верным на всю жизнь. Он никогда его не оставляет. С весны 1842 года до рассвета 31 января 1888 года, когда дон Боско умер, Джузеппе Буцетти сопутствует ему всегда, становясь тихим и молчаливым свидетелем человеческой и Божьей судьбы священника, «который его любит». Много событий из жизни дона Боско можно было бы отнести к легендам в наше недоверчивое время, если бы не смотрели на них глаза простого каменщика из Каронно, который всегда был рядом, в двух шагах от «своего» дона Боско.