Сергей Есин - Дневник. 2009 год.

Утром прочел дипломную работу своей заочницы Лены Котовой. Кажется, опять выпускаю замечательную писательницу. У нее уже раньше были два прекрасных очерка: один о ее работе кассиршей в «Рамсторе», другой о работе официанткой в ресторане. И вот она, на документальной основе – диспетчер в «Астоспасе» – написала повесть, где любовь и сегодняшняя жизнь. Практически это первая моя выпускница, которая умеет писать то, что мы раньше называли трудовой жизнью. Как же это здорово! У Лены – редчайшее явление – и своя интонация, и свой стиль с многофокусной оптикой.

Сегодня погибших в Перми стало уже 146. Скончалось еще несколько человек в больницах, боюсь, что число потерь не окончательное. Я буквально ощущаю каждого умершего. Может быть, это связано с тем, что последнее время я с каждым днем все больше и больше думаю о Вале? Неужели она все же умерла и ушла от меня навсегда? Я не верю в это. В Дневниках 2006 года, перенося правку, я все время встречаюсь с нею и заново переживаю наше сравнительно спокойное последнее лето. Ведь в августе я даже вывозил ее на дачу.

Последнее – о Перми. Кажется, взялись еще и за ведомство Шойгу. Вечером Алексей Пушков в своем «Постскриптуме» весьма интересно говорил об Абрамовиче. Почему он еще и выборное лицо, а именно спикер парламента на Чукотке?

13 декабря, воскресенье. До шести часов сидел за компьютером, рукопись довел до 381-й страницы, остаток решил отдать моим девушкам. Мне нужно свободное время, им – заработать. Дневник тяну из последних сил, он камнем на шее, но перестать писать тоже не могу – жизнь станет совсем пустой. Итак, дома просидел до шести. Попутно прочел довольно убедительное интервью В. Зорькина об отставке двух судей, которые выказали свое несогласие с непопулярным решением Конституционного суда об отмене смертной казни. Я-то с Зорькиным согласен по другим мотивам. Не дело вешать на совесть кого-либо убийство. Даже освященное законодательством. А главное – не человек дает жизнь и не ему ее отнимать.

Теперь о встрече с Лимоновым. Уже довольно давно названивает мне какой-то мальчишка и, ссылаясь на Э. В. Лимонова, зовет на встречу в книжный магазин в Малом Гнездниковском переулке. В приглашении прозвучало слово «дискуссия». Тема – «Поэт и царь». Дискуссия переносилась ,даты уточнялись ,мне казалось неблагодарным не пойти. Сам Эдуард Вениаминович два раза приезжал к нам в институт, и на Гатчину в свое время приезжал. По дороге кое-что придумал: о цензуре, о читающей власти, о читавщих Достоевского Великих князьях.

В книжном магазине, который, кажется, называется «Фаланстер», собственно писателей было несколько человек: Захар Прилепин, Миша Тарковский, Роман Сенчин, остальных с пяток я не знаю. Что касается посетителей – в основном молодежь, человек сорок. Ничего нового – интересны были Прилепин и Лимонов.

14 декабря, понедельник. Поздно вечером в «Российской газете» просмотрел статью о пермской трагедии. Постепенно вскрывается вся разветвленная система, которая должна была бы за этим следить. Все видели, но, получив взятки, на все закрывали глаза. БТИ, пожарники, надзор, архитекторы и прочее.

Пермский суд арестовал активы и имущество соучредителя «Хромой лошади» – обвиняемого Анатолия Зака. Этим арестом удовлетворено ходатайство СКП. Ведь предприниматель Зак, кроме клуба-ресторана, владеет сетью магазинов стройматериалов и немаленькими объектами недвижимости в Перми.

Арестовали имущество бизнесмена вот почему. Если суд признает предпринимателя виновным, то ему придется расплачиваться с очень многими. Это не только жертвы пожара и родные погибших. Это и местная Фемида, которая возложит на него судебные издержки. По закону и сам суд, рассмотрев уголовное дело бизнесмена, если тот окажется виновным, может назначить выплату потерпевшим. А еще все, кто считает, что пострадал по вине Зака, могут обратиться в суд с иском о возмещении ущерба.

Сейчас, как рассказали корреспонденту «РГ» в СКП, следственные органы устанавливают наличие собственности у Зака на местах и в других странах.

Любопытен упрек, который газета бросает и в сторону отстранённого от должности мэра Перми Аркадия Каца и городских депутатов. Они все неоднократно бывали в «Хромой лошади».

15 декабря, вторник. Проснулся в шесть и сразу принялся читать книгу А. М. Туркова «Что было на веку». Он подарил мне ее в прошлую среду, когда я подвозил Андрея Михайловича. За полтора часа прочел только вторую главу о Литинституте и сразу погрузился в иной, свойственный А. М. мир ясной речи и ясных отношений. Я уже не говорю о стиле и памятливости А. М. – все это для меня почти невозможно, но какое стоическое благородство мыслей. Книжка не очень большая, но емкая и как раз касается тех вещей и обстоятельств и моей жизни, мимо которых в молодости я проходил без внимания. Я не так воспринимал жизнь, больше занимаясь окружавшим меня и не касаясь общих вопросов. Политическая история страны пролетела мимо, воспринималась мною как школьный учебник. В моей простой семье об этом не говорили, да и было ли у меня обычное детство? Таких простых и объективных мемуаров мне не написать.

В Москве холод, вечером, когда я ехал из института, было за двадцать. Утром по радио сказали, что ночью местами было около 28-ми. А как с всемирным потеплением в районе Москва-реки? Умерло еще два человека, обгоревших в «Хромой лошади»: две женщины – одной 27, другой – 36, одна скончалась в Челябинске, другая в Москве. Это не жертвы пожара – это жертвы системы воровства, коррупции, которую развела власть, и взяточничества, пронизавших всю нашу жизнь сверху донизу.

Провел кафедру, после которой остались наши поэты и решали: кого из студентов наградить премией Татьяны Бек, а кого премией Николая Рубцова?

На семинаре разбирали прекрасный диплом Лены Котовой. Две наши умненькие, но не уверен, что самые талантливые девицы с сильными характерами, Вера Матвеева и Саша Нелюба устроили буквально разгром текстам Лены. И объем материалов, и невероятный кругозор противоречили их художественной практике. Уцепились девы за стиль, разбирая его в отрыве и от задачи текста, и от конкретного содержания. Своеобразная демагогия, где много ложной статистики и неверное понимание, что такое художественная литература. А у Лены-то материал на стыке художественной литературы и публицистики. Причем, как я понимаю, предварительно девочки провели агитацию и подготовили мнение. Надо отметить только Светлану Глазкову, которая не поддалась массовой обработке.

В шесть часов встретился с Юрием Ивановичем Бундиным – он, пользуясь давними связями с министерством культуры, повел меня на юбилей – 200 лет со дня основания Щепкинского училища Малого театра. Здесь поступили мудро и в первую очередь устроили праздник не для «нужных». Представителей театральной тусовки почти не было – бывшие студенты разных выпусков. Наверху на ярусах сидела сегодняшняя молодежь – будущие кумиры российской сцены и кино. Действие было замечательное. В первую очередь это большое шоу, которое показали сегодняшние воспитанники. Началось с полонеза из «Евгения Онегина» Чайковского, который был протанцован с грацией балетных профессионалов. Студенты из разных восточных стран пели и плясали разные фольклорные песни и танцы, Оказалось, что кавказские танцы русские мальчики могут исполнять не хуже лихих горцев. Были номера просто виртуозные. Но передать всего этого невозможно.