Владислав Эллис - Избранное

Речами заморочена
(Религия строга),
Горит бензином смочена,
Не знаючи врага.

Тесно на мостах Сайгона,
Под это движенье без правил,
Нельзя подвести закона;
Найти, кто идти заставил.

Таранить толпу не привыкший,
Немного замешкался «янки»,
И желто-смуглые рикши,
В грозу обгоняют танки.

Сайгонцы к контрастам привыкли,
Несутся за призрачным следом,
Семьею на мотоцикле,
И парами велосипедом.

Лишь медленно бродят веками,
На пристани древние кули,
И ласточки под облаками
Как прежде быстрее пули.

Мосты и правительства шатки,
Ни опыта нет, ни толку,
Но маленькая лошадка
Уверенно тянет двуколку.

Уверенно меряет мили.
Бананов зеленые груды
Везет, как и раньше возили,
Еще до рождения Будды.

Сидят позади букетом,
Как будто картинки в рамке,
Овеяны утренним светом,
Игрушечные вьетнамки.

Остался старинному верный,
Без жалобы, злобы, упрека,
Теснится старинный с модерным,
Поток на мостах Востока.

У туч сайгонских много прыти;
Исчезли дождевые нити,
Вода спадает с неба глыбой,
И рикши счастливы, как рыбы.

Чуть-чуть овеяла прохлада,
Им пассажиров звать не надо.
Хвала внезапному излишку,
Вьетнамки рвутся под покрышку
Любой попавшейся коляски,
И рикше дождь, как девам ласки,
Декабрьский, здесь такой хороший,
Что даже не нужны галоши.

Всему вьетнамскому народу
В жару приносят тучи воду,
И после этой щедрой дани,
Им не нужны парные бани;
Здесь и зимой ужасно парко,
Очистят, как у нас мочалка,
Дожди от пыли и от хлама
Лицо зеленого Вьетнама.

Рядом с карабельной пушкой,
В джонке с пользою живет,
Не сходя в портах старушка,
На реке десятый год.

Словом вяло, делом юрко,
Вы б так быстро не смогли, —
Сделать в глиняной печурке
Раскаленными угли.

Там речам буддийским внемля,
Под опекой старых рук,
Спит и ест, в лихое время
Дизертирующий внук.

Риса две неполных горсти, —
Сварит, варева гора.
Уважают бабку гости,
Окружает детвора.

Не подходит ихней вере
Городская маята,
Не влечет на дымный берег
Даже шустрого кота.

Бронь от нынешних законов,
Не метал и не засов;
Для казенных почтальонов
Нет на джонках адресов.

Ее проезда ожидал народ,
И потому шаги рубил отменно,
Там, у чугунных вычурных ворот,
Большой солдат из сказки Андерсена.

Живой источник рыцарской мечты,
Мундиры, шапки пестрого парада.
Такие сказки после суеты,
Сегодня в мире, редкая отрада.

Привет улыбок радостен и чист,
Там жизни ритм совсем в другом напеве.
Пусть говорят, что я не монархист,
Но поклонюсь, покорно, Королеве!