Сергей Мельгунов - Мартовскіе дни 1917 года

С другой стороны, "хотя Правительство обязалось также привлечь к выборам и армію, но у перваго состава Врем. Пр. — продолжает Милюков — сложилось убѣжденіе, что это можно лишь в момент затишья военных операцій, т. е. не раньше поздней осени". Всѣ сознавали, что произвести выборы в Учр. Собр. без участія арміи, фактически невозможно. "Гдѣ вы найдете такую силу, которая рѣшилась бы устранить от участія в выборах в У. С. ту стихію, которая нам создала и обезпечивает самый созыв этого Собранія", говорил докладчик в Совѣщаніи Совѣтов. Вмѣстѣ с тѣм производить выборы в "боевой обстановкѣ", когда невозможна предвыборная кампанія (дневник ген. Селивачева 10 марта) казалось ненормальным, и с фронта дѣйствительно поступали депутатам, объѣзжавшим дѣйствующую армію отдѣльныя ходатайства об отложеніи выборов даже "до окончанія войны" в виду невозможности агитаціи. Однако, и созыв юридическаго "Особаго Совѣщанія" затормозился. Милюков объясняет задержку тѣм, что Совѣт вначалѣ не отвѣчал на предложеніе опредѣлить численность представителей в Совѣщаніи от демократических организаціи, потом оспаривали эту численность. Дальше пошли проволочки с посылкой делегатов, и вмѣсто 25-30 апрѣля, как предполагала юридическая комиссія при Правительствѣ, работа Совѣщанія так и "не началась" при Временном Правительствѣ перваго состава. Правительственная декларація новаго коалиціоннаго кабинета подчеркивала, что всѣ усилія Правительства направлены на скорѣйшій созыв У. С. Но лишь 25 мая было "опубликовано положеніе" об Особом Совѣщаніи и началась работа Совѣщанія. "Сентябрь", таким образом, отдалялся на ноябрь. В Кіевѣ в Комитетѣ общ. организацій Керенскій мотивировал эту отсрочку другими соображеніями, чѣм тѣ, которыя выдвигали представители "цензовой общественности", — невозможностью предвыборной кампаніи в разгар сельско-хозяйственных работ.

Так или иначе совершена была величайшая, роковая и непоправимая тактическая ошибка революціи — совершена была и bona fide по догматикѣ государствовѣдов и mala fide по близоруким соображеніям оттянуть рѣшительный момент в надеждѣ на измѣненіе условій, при которых соберется рѣшающее законодательное учрежденіе. — Давленіе, которое в этом отношеніи на Врем. Правительство оказывали соціально-экономическія привилегированныя группы, не подлежит сомнѣнію. В іюльскіе дни послѣ большевицкаго выступленія требованіе отсрочки У. С. становится общим мѣстом почти всей тогдашней правой общественности, опредѣленно высказывавшейся в этом отношеніи в частных совѣщаніях членов Гос. Думы. Совѣт Союза казачьих войск ходатайствовал перед Керенским об отсрочкѣ выборов на срок "не ранѣе января" в виду "непрекращающегося на мѣстах большевицкаго и анархическаго движенія", которое дѣлает "совершенно невозможной правильную работу по подготовкѣ выборов"... Милюков считает (в "Исторіи") "политическим грѣхом" перваго коалиціоннаго правительства назначеніе выборов в У. С. в явно невозможный срок "в угоду лѣвым соціалистам"... Убѣжденіе, что "отложеніе созыва У. С. понизит то настроеніе, которое теперь имѣется", раздѣляли и в демократических кругах. Эту тезу, между прочим, развил в Совѣщаніи Совѣтов делегат Вологды Сѣров: Настроенія "огромный фактор" и поэтому затягивать созыв У. С. нельзя. Депутат из губерніи с развитой сѣтью кооперативных организацій вмѣстѣ с тѣм с нѣкоторым пессимизмом оцѣнивал революціонныя настроенія современной деревни, откуда война изъяла наиболѣе сознательный элемент. Сѣров видѣл главную опасность со стороны деревенской женщины, которая в "большей части до сих пор еще плачет, что нѣт на престолѣ Николая Романова: онѣ говорят, что хорошо, чтобы царь, хоть плохенькій. но царь". Сѣров дѣлал отсюда лишь вывод, что "огромная работа" по строительству "новой деревни" не терпит отлагательства.

Никто, конечно, не мог предвидѣть возможности разгона Учред. Собранія тѣми, кто требованіе скорѣйшаго его созыва превращали в свою агитаціонную платформу. Но не так трудно было предугадать роль, которую в выборах должны были сыграть "истинные представители революціоннаго народа" в Совѣтах. Для докладчика в Совѣщаніи Совѣтов трудовика Станкевича одна сторона вопроса рѣшалась "просто": "Совѣты Р. и С. Д. — говорил он — не могут на время выборов отказаться от роли наблюденія и контроля и обезпеченія правильности выборов" [561]. Эта формальная задача представлялась докладчику столь важной, что он боялся усложнить ее другими задачами. Он ставил "под сомнѣніе" возможность для Совѣтов, как выразителей "мнѣнія россійской демократіи", выступить на выборах в У. С. со "своей платформой, платформой блока(?) соціалистических партій". Самостоятельное выступленіе "трудно примирило с функціей контроля", нуждается в "соглашеніи" с партіями, что и "сложно и щекотливо". — Докладчик от имени Исп. Ком. предлагал вопрос не рѣшать, а оставить его "открытым, не связывая свободы мѣстных организацій"... Какой то злой ироніей отзывается тот факт, что рѣшеніе руководителей совѣтскаго центра, отнюдь не склонных удовлетвориться только ролью технических инструкторов в "избирательной кампаніи в Учр. Собраніе, — рѣшеніе в обликѣ двуликаго Януса — должен был обосновывать представитель трудовой группы. Вмешательство Совѣтов в избирательную кампанію. наряду с политическими партіями, искажало лишь "волю народа", ибо фикціи выдавались за дѣйствительность.

Скорѣйшій созыв Учредительнаго Собранія был в интересах всей страны. Подобную мысль в іюльскіе дни в противность петербургским настроеніям высказали в Москвѣ "Русскія Вѣдомости", "Учредительное Собраніе — писала газета — послѣдняя ставка для тѣх, кто не хочет гражданской войны"... "Если есть мирный выход, то он в Учредительном Собраніи". Старый, либерально-демократическій орган, очень близкій партіи к. д. по персональному составу своих руководителей в это время, но никогда не терявшій характера "независимаго органа свободной русской общественной мысли" (Розенберг). предпочитал выборы "несовершенные" отсрочкѣ "избирательной кампаніи". Мнѣ кажется этот вывод совершенно непреложным и в дни перваго революціоннаго Правительства. Быть может, глубоко прав замѣстившій Палеолога на посту французскаго посла в Петербургѣ Нуланс, написавшій в своих воспоминаніях, что Россія избѣгла бы октябрьскаго переворота, если бы не было отложено Учредительное Собраніе. Страна не могла жить мѣсяцами в революціонной лихорадкѣ только в ожиданіи. Каждый день ставил и новыя испытанія "самодержавію" Временнаго Правительства. Жизнь превращала в идеологическій мираж требованія не предвосхищать рѣшеній Учред. Собранія, как "выразителя народной воли". Такія требованія формулировал Ц. К. партіи народной свободы 6 мая в дни, послѣдовавшіе за апрѣльским правительственным кризисом. Отвлеченность "требованій" настолько была очевидна, что тот же Ц. К. партіи в своем заявленіи дѣлал оговорку, сводящую почти на нѣт принципіальную позицію, когда рѣчь шла о директивах членам, вступающим в коалиціонное министерство: "впредь до созыва" Уч. Собр., партія считала возможным "содѣйствовать проведенію в жизнь всѣх неотложных мѣропріятій" с цѣлью "установленія разумной и цѣлесообразной экономической и финансовой политики, подготовки к земельной реформѣ, направленной к передачѣ земли трудовому земледѣльческому населенію" и т. д. "Неотложныя мѣропріятія", "разумная и цѣлесообразная экономическая политика" допускали широкое и субъективное толкованіе.