Анри Пиренн - Нидерландская революция

Эти успехи объяснялись отчасти бездействием голландцев, позволившим ему обратить вое свои силы на юг. Соединенные провинции за последнее время стали заметно уставать от войны. Владея Маастрихтом, Буа-ле-Дюк, Бредой и укрепленными пунктами, расположенными вдоль устья Шельды, Нидерландская республика создала своего рода «барьер», неприступный для Испании. Поэтому к чему ей было продолжать идти на тяжелые жертвы ради борьбы, сулившей лишь одни опасности? Не очевидно ли было, что новые успехи в Бельгии рано или поздно приведут к завоеванию Антверпена, которого так боялись амстердамские купцы? [705] Gachard , Les Bibliothèques de Madrid et de l'Escurial, p. 257. Кроме того не выиграет ли в первую голову Франция от продолжения войны? Не подвергали ли себя Соединенные провинции ужасному риску стать непосредственными ее соседями, помогая ей завоевать Бельгию? Было отлично известно, что Мазарини отказался от заветной идеи Ришелье и не думал больше о том, чтобы сделать Бельгию буферным государством. Он явно стремился присоединить ее к Франции либо оружием, либо путем отдачи ее в приданое инфанте, которая выйдет замуж за молодого Людовика XIV. «Барьер», которого было достаточно, чтобы остановить Испанию, окажется ли он также неприступным и для христианнейшего короля? Разве осторожность и правильно понятые интересы не предписывали щадить впредь прежнего врага и отдать ему ту часть Нидерландов, которой он еще владел, чтобы он мог воспользоваться ею как барьером? Французские армии решительно забрались слишком далеко. Недавнее взятие Дюнкирхена, очень ободрив купцов, которых оно избавило от этого опасного пиратского гнезда, в то же время внушало им страх перед французской, конкуренцией в водах Северного моря.

Под влиянием всех этих соображений партия мира становилась в Нидерландской республике с каждым днем сильнее. Правда, в 1646 г. опять возобновлен был договор о субсидии, ежегодно, начиная с 1635 г., подписывавшийся с парижским кабинетом. Но старый Фридрих-Генрих Оранский, разбитый параличом и впавший почти в слабоумие, вел войну очень вяло, и на этом фоне энергия и удачи французов выделялись еще резче. Это был для Соединенных провинций последний акт войны. Для них наступил момент покинуть своего слишком могущественного союзника и вступить с Испанией в сепаратные переговоры о мире.

Испания давно уже старалась склонить их к этому. В течение 11 лет она, продолжая войну, беспрестанно делала заманчивые предложения генеральным штатам или принцу Оранскому. Всякого рода агенты, монахи, военные, купцы полуофициально вели эти переговоры, которые старались всячески скрыть от Франции и которые благодаря окружавшей их тайне приобретали иногда характер подозрительных интриг. В 1635 г., сейчас же после успехов кардинала-инфанта, одно время полагали, что цель, наконец, достигнута! Переговоры ни к чему не привели невидимому только из-за непомерных требований испанского короля, который, ободренный взятием форта Шенка и подкреплениями, полученными от германского императора, отказался признать Соединенные провинции «свободными штатами» [706] Waddington , La République des Provinces-Unies…, t. I, p. 845 etc. . Новые попытки, предпринятые в 1638 и 1639 гг., остались безрезультатными и столь же безуспешны были в 1640–1641 гг. попытки герцога Буйонского, племянника Фридриха Генриха и врага Ришелье. Ни к чему не привело также в 1641 г. вмешательство германского императора и датского короля. В 1643 г. дон Франсиско де Мело безуспешно пытался привлечь на свою сторону принца Оранского и амстердамских купцов, а в 1644 г. маркиз Кастель Родриго, чтобы смягчить недовольство мехельнского архиепископа и гентского епископа, склонил их к участию в одном проекте перемирия, осуществлением которого в 1645 г. занималось множество полуофициальных лиц — один барон, один аббат, один капуцин, одна знатная дама и сам гентский епископ [707] Gachard , Les Bibliothèques de Madrid et de l'Escurial, p. 237. .

Но открытие Мюнстерского конгресса в 1646 г. позволило приступить под флагом всеобщего мира к систематическим переговорам. Уже в январе уполномоченные генеральных штатов вступили здесь в переговоры с испанскими послами— графом Пенаранда, архиепископом Камбрэ, Жозефом де Бергеном и ловким Адольфом Брюном, родом из Франш-Конте. В июле пришли к соглашению относительно 70 временных статей, а 8 января 1647 г. заключен был прелиминарный договор. Все усилия, приложенные Мазарини в Гааге, привели лишь к тому, что ставшее теперь уже неизбежным соглашение было отсрочено на несколько месяцев. Требование голландцев, чтобы отправление католического богослужения было формально запрещено в районе города Буа-ле-Дюк и других завоеванных ими территорий, вызвало еще некоторые затруднения. Наконец, 30 января 1648 г. Мюнстерский мир — был подписан всеми его участниками и 15 мая публично ратифицирован в торжественной обстановке, увековеченной для потомства на картине Тер-Бурга, находящейся в Лондонской национальной галлерее [708] Waddington , La République des Provinces-Unics, t. II, p. 174 etc. .

Этот знаменитый мир можно считать окончательным завершением перемирия 1609 г. Все важнейшие статьи последнего вошли в Мюнстерский мирный договор, с той лишь разницей, что из временных они превратились в постоянные. На этот раз католический король навсегда признал Соединенные провинции «свободными и независимыми штатами, провинциями и областями», в отношении которых «он не имеет никаких претензий» и которым он навсегда предоставлял завоеванные ими территории. Он уступал им в полную собственность район города Буа-ле-Дюк с прилегающими к нему частями, город и маркграфство Берг-оп-Зом, город и баронию Бреду, город Маастрихт вместе с районом его юрисдикции, графство Вронгоф, город Грав, область Кейк, Гюльст с бальяжем и округом, округ Аксель, форты «которыми штаты владели в настоящее время в Вааской области», и три опорных пункта по ту сторону Мааса — Фокмон, Дальгем и Рольдук. Что же касается округа Верхнего Гельдерна с Венло, Гельдерном и Рурмондом, то он должен был быть обменен на равноценную область. «Паритетная комиссия», составленная из 8 советников с каждой стороны, должна была в дальнейшем принять решение по этому пункту, а равным образом и по поводу всех спорных вопросов, которые могли возникнуть в связи с выполнением договора. Подданным испанского короля предоставлялась свобода совести в Нидерландской республике, а жителям Соединенных провинций «в землях его величества», но с условием, что и те и другие будут вести себя «вполне скромно, не подавая никаких поводов — ни словами ни делами — к возмущению или богохульству». Наконец, торговля должна была вестись обеими сторонами беспрепятственно; новые пошлины должны были быть уничтожены, а также возвращались суда и товары в том случае, если их захват был произведен не из-за неуплаты долгов или невыполнения законных обязательств. Однако «воды Шельды, а равным образом и каналы Сас, Звин и некоторые примыкающие к ним устья рек, должны были быть закрыты со стороны штатов» и «суда и товары, привозимые из фландрских гаваней, должны были облагаться королем всеми теми пошлинами, какие взимаются со всех товаров, отправляемых по Шельде и по другим вышеупомянутым каналам».