Александр Кац - Евреи, Христианство, Россия

Убийства политических деятелей происходили не на фоне мирной жизни, а вплетались в канву революционного брожения. Крестьянские мятежи с разорением помещичьих усадеб, демонстрации рабочих даже с чисто экономическими требованиями жестоко подавлялись полицией, войсками или казаками. Крутые меры всегда были любимы администрацией, приветствующей рвение отдельных полицейских или военных чинов. К тому же в толпе часто оказывалось 2 - 3 эсеровских боевика, открывающих огонь из пистолетов по полиции или казакам. В результате ответных мер появлялись убитые рабочие и члены их семей. Далее эсерам оставалось подсчитать жертвы и наметить кандидатуру из враждебного класса, ответственную за бойню. После этого начиналась очередная охота за очередным губернатором. Так раскручивалась спираль насилия. Например, уфимский генерал-губернатор Богданович Н. М. был признан эсерами ответственным за златоустовскую бойню, в которой было убито 69 и ранено 250 рабочих. Генерал Мин Г. А., командир Семеновского полка, был казнен эсерами за подавление московского мятежа. Каждая из упоминавшихся выше жертв эсеровских покушений ранее участвовала в подавлении с применением оружия каких-либо беспорядков. Россия погружалась в кровавый хаос, выйти из которого без применения насилия у властей не было возможности.

Интерес представляет финансовая сторона жизни революционных партий. Содержание партийной элиты, боевиков, лабораторий взрывных устройств, типографий, закупка оружия - все это требовало немалых денег. Откуда брались деньги? Для каждой партии "тайна сия велика есть". Историки не получили и никогда не получат финансовых отчетов партийных казначеев. Сохранились лишь фрагменты, догадки и обрывки цепочек, связывающих революционеров с источниками финансирования. Собственно, источников было два: ограбления банков, "научно" называемые "экспроприациями" или "эксами", и пожертвования "меценатов". В октябре 1905 г. Азефу удалось убедить ЦК партии эсеров распустить (временно) боевую организацию. Тогда от эсеров откололась недовольная этим оппозиционная группа максималистов во главе с Соколовым (Медведем). Максималисты вошли в историю с двумя громкими делами. Первое дело - это ограбление 20 марта 1906 г. Московского Общества Взаимного Кредита, когда бандитам достались 800 тысяч рублей. Второе дело - взрыв на Аптекарском острове загородной дачи Столыпина 25 августа 1906 г. Во время взрыва пострадало около 100 человек, из которых 27 было убито, остальные ранены, по большей части, тяжело. Сам Столыпин при этом не пострадал. Случаев экспроприации, выполненных собственно партией эсеров, не зарегистрировано.

Иная ситуация складывалась в стане социал-демократов. На Четвертом (Объединительном) съезде между меньшевиками и большевиками состоялась острая дискуссия о возможности экспроприации денежных средств в пользу революции. Большевики считали, что поскольку целью социалистической революции является глобальное перераспределение собственности, то не будет большим грехом еще до революции получить ее некоторую часть, так сказать, авансом. Меньшевики во главе с Мартовым брезгливо относились ко всякой уголовщине и добились на съезде принятия соответствующей резолюции. Однако Ленин, никогда и нигде не работавший и потому всегда нуждавшийся в деньгах, негласно, но систематично эту резолюцию игнорировал. "Эксы", которые совершали его люди, вписали славную страницу в уголовную историю РСДРП(б). Его идейный патрон Парвус А. Л. (Гельфанд) совместно с членом ЦК РСДРП(б) Красиным Л. Б. ограбили в 1905 г. Петербургское отделение Волжско-Камского банка. В дальнейшем руководство по добыванию денег для партии возглавил Красин, обладавший ярким криминальным талантом. Крупный грабеж средь бела дня 20 июня 1907 г. был осуществлен в Тифлисе Джугашвили (Сталиным) и Тер-Петросяном (Камо). Было убито трое охранников, много ранено прохожих и добыто 350 тысяч рублей. Большие денежные суммы были захвачены на корабле "Николай" в бакинском порту, при ограблении почтовых отделений и вокзальных касс. Эти деньги, а также помощь "меценатов" помогли большевикам продержаться до "немецких" денег и революции 1917 г. и приступить к всемирной финансовой революции. Золотом партии распоряжалась узкая группа лиц - теневое Политбюро во главе с Лениным - Красин, Ганецкий, Богданов, Каменев, Зиновьев.

Из русских "меценатов" наиболее известны двое: Бартольд и Морозов С. Т. Первый - богатый коммерсант, эсер, поддерживал свою партию по идейным соображениям. Второй "миллионщик" - владелец Никольской мануфактуры, жестоко притеснявший и обиравший своих рабочих, финансировал различные группы: эсеров, большевиков, либералов и частные лица - в силу непонятного свойства русской души, не представляя конкретно, как эти деньги используются революционерами и к чему это все в конце концов приведет. Размеры взносов неизвестны. В мае 1905 г. Морозов С. Т. покончил с собой в Ницце, завещав через Горького 100 тысяч рублей большевикам. Высказывались подозрения, что это "самоубийство" было инсценировано Красиным (65). Ряд подробностей финансового обеспечения большевиков приводятся в (46, 28).

Вливания в первую русскую революцию делались также из-за границы. Финский журналист К. Циллиакус сообщил ЦК партии эсеров, что через него поступило в пользу русских революционных партий пожертвование от американских миллионеров в размере одного миллиона франков. ЦК принял пожертвование, выделив боевой организации 100 тысяч франков для закупки и перевозки оружия в Россию. Зафрахтованный на эти деньги летом 1905 г. корабль "Джон Крафтон" с грузом оружия и взрывчатки не дошел до России, сев на скалы у о. Кеми в Ботническом заливе (242). Кроме "Джона Крафтона" были и другие транспорты оружия, один из которых лично организовывал в Антверпене в мае 1905 г. Савинков. Обсуждая источники финансирования русских революционеров, поклонники теории Всемирного Жидомасонского заговора обычно вспоминают еще одного "безумного миллионщика" Джейкоба Шиффа, директора банкирского дома "Кун, Лейб и Ко". Шифф совместно с доктором Штраусом, бывшим послом США в Италии, в августе 1905 г. посетили в Портсмуте премьер-министра Витте. Витте пишет: "Они говорили мне о в высшей степени жалком положении евреев в России и о необходимости дать им равноправие. Я принял их очень любезно и не мог отрицать тяжелого положения евреев в России, хотя вместе с тем указал им, что некоторые данные, ими представленные, преувеличены; но я силился им доказать, как я в этом убежден, что если евреям сразу дать полное равнаправие, то это принесет им больше вреда, чем пользы. Это вызвало со стороны Шиффа резкие возражения, которые смягчились более уравновешенными рассуждениями Штрауса. Этот последний произвел на меня, между прочим, самое лучшее впечатление" (44). Шифф с американской прямотой заявил Витте: "Если Царь не желает дать своему народу свободу, в таком случае революция воздвигнет республику, при помощи которой права будут получены". "Конечно, - ответил Витте, - и это может статься, но не раньше, чем через сто лет, а до той поры будут царствовать Романовы" (295). Этот разговор состоялся за два месяца до начала первой революции и спустя месяц после аварии "Джона Крафтона". Хотя деньги от американских плутократов поступили анонимно, нельзя исключать участия здесь Джейкоба Шиффа. Это имя часто упоминается Шульгиным и Нечволодовым в связи с февральской революцией 1917 г.