Иоан БОЛОВАН и др. - История Румынии

б) Политические лидеры, которые готовили событие 11 февраля, были уверены в необходимости внезапного отречения и приглашения иностранного принца во избежание дискуссий между европейскими державами по румынскому вопросу, ибо это могло поставить под удар с таким трудом достигнутое объединение княжеств.

в) Вынужденное отречение стало возможным только после создания «чудовищной коалиции» между радикальными либералами и консерваторами, которые были заинтересованы в устранении Кузы и возведении на престол иностранного принца (после этого коалиция распалась).

г) Социально-экономические и политические условия способствовали подготовке и осуществлению этого сговора. Проводившийся Кузой политический курс, его отношение к радикальным либералам и консерваторам, режим личной власти, результаты реформ, экономические трудности, действия придворной камарильи, ряд политических ошибок, среди которых удаление М. Когэлничану, некоторые обстоятельства личной жизни и болезненная реакция на критику со стороны прессы привели к созданию обстановки недовольства в стране. /473/

д) Действия «чудовищной коалиции» во многом поощрялись изменением отношения к князю со стороны Франции.

е) Немаловажной причиной было и политическое кредо господаря Кузы. Уже в момент своего двойного избрания он писал в ноте, адресованной державам-гарантам: «Страна потребовала объединения под скипетром иностранного принца. Что касается меня лично, я всегда поддерживал эту идею, и мое избрание никак не изменило эти убеждения. Без каких-то личных амбиций, не желая ничего другого, кроме благосостояния моей страны, считаю необходимым заявить, что всегда буду готов вернуться к частной жизни и не стану рассматривать этот шаг в качестве жертвы…». {147} 147 Цит. по: Chiriţă Gr. Preludiile şi cauzele detronării lui Cuza Vodă. In: RI, № 3. 1976. P. 371.

К концу правления с чувством исполненного долга князь отмечал в своем обращении по случаю открытия парламентской сессии 5/17 декабря 1865 г.: «Во главе страны или рядом с вами, я всегда буду вместе со страной, за страну, не преследуя иной цели, кроме как исполнения народной воли и национальных чаяний Румынии. Желаю быть понятым; я никогда не стану препятствием любым действиям, способным укрепить политическую систему, в становление которой мне выпала честь внести свой вклад». {148} 148 Chiriţă Gr. Preludiile şi cauzele detronării lui Cuza Vodă. In: RI, № 3. 1976. P. 366. Куза не предпринимал и не поддержал ни одной инициативы для возвращения на престол. Единственное, что его огорчало, – это то, что армия, ради организации которой он приложил значительные усилия, была вовлечена в сговор 11 февраля 1866 г.

В тот же день, 11 февраля 1866 г., было образовано Господарское наместничество, которое созвало законодательные палаты. Во главе нового правительства стал Ион Гика, лидер «чудовищной коалиции», который поддерживал тесные связи с Портой. В качестве господаря Румынии он предложил графа Филиппа Фландрского, брата бельгийского короля Леопольда II. Для политической элиты Бухареста это послужило сигналом к тому, что следует ориентироваться на достижение независимости и установление политического режима по образцу Бельгии, небольшой страны, располагавшейся на перекрестке интересов ряда крупных держав. Однако именно «своеобразное» положение Бельгии не позволило кандидату, на которого пал выбор, принять предложение: Наполеон III не благоволил бельгийской короне, представлявшей Орлеанский королевский род, претендовавшей на французский трон. В сложной, но не лишенной определенного элемента везения политической обстановке Ион К. Брэтиану-отец убедил Карла Людвига Гогенцоллерна-Зигмарингена, сына князя Карла Антона Гогенцоллерна-Зигмарин- /474/гена, уступившего в 1849 г. свое княжество Пруссии, вступить на престол Румынии под именем Кароля I. Это предложение было поддержано Наполеоном III, являвшимся родственником молодого принца, а также канцлером О. фон Бисмарком, который с присущей ему проницательностью увидел в новом господаре Румынии «опору» германского влияния в Юго-Восточной Европе.

Продолжая политику «свершившегося факта», наместничество 2/14 – 8/20 апреля 1866 г. организовало плебисцит, в ходе которого подавляющее большинство граждан с правом голоса выразили согласие с возведением на престол Румынии иностранной династии, первым представителем которой стал Кароль I. Новый господарь 10/22 мая 1866 г. присягнул перед представителями нации, заявив, что почувствовал себя румыном с того момента, как вступил на землю своей новой родины. Порта, хотя и была недовольна тем, как разворачивались события, была вынуждена уступить и согласиться с европейскими державами, которые приняли новый статус-кво, а также с решительной политикой лидеров Бухареста, во главе которых теперь находился родственник прусского короля Вильгельма I и французского императора Наполеона III. Этим очередным «свершившимся фактом» Румыния, к названию которой Европа уже начала привыкать, открыла следующую страницу в своей истории, завершившуюся в 1918 г.

Завоевание государственной независимости (1877–1878).Проведение Кузой и Каролем I политики «свершившегося факта», в том числе принятие Конституции, привело к тому, что великие державы свыклись с идеей широкой автономии Румынии и ее стремлением к полной независимости. Румынское правительство заключило ряд соглашений с европейскими государствами, в том числе торговое с Австро-Венгрией, в которых косвенно признавалась независимость страны по отношению к Османской империи. И все же Порта настойчиво продолжала считать «объединенные княжества» своей «привилегированной провинцией». Новая вспышка восточного кризиса в 1875 г., грозившая очередной русско-турецкой войной, представляла собой удобный случай для разрыва «вековых связей» с Портой. В то время внешние условия не благоприятствовали Румынии. В ответ на попытку румынского Министерства иностранных дел в январе 1876 г. дипломатическим путем прозондировать позицию держав-гарантов относительно независимости и обеспечения нейтралитета страны евро- /475/пейские канцелярии не обещали соответствующей политической поддержки. Более того, в отдельных случаях реакция была даже враждебной.

Политическое руководство Румынии, тем не менее, заняло решительную и твердую позицию. Подтверждением тому стало заявление Брэтиану в парламенте. «…Даже если все европейские государства… скажут, что Румыния должна оставаться турецкой провинцией, нам не следует с этим смириться». {149} 149 Цит. по: Adăniloaie N. Independenta naţională a României. Bucureşti, 1986. P. 139. Державам-гарантам была адресована нота протеста в резкой форме, а на всей территории страны развернулись широкие антиосманские выступления, участники которых требовали начать военные действия. Подчеркивая новое положение Румынии, И. К. Брэтиану (премьер-министр) и М. Когэлничану (министр иностранных дел) обратились к русскому царю Александру II и канцлеру А. М. Горчакову с просьбой о встрече в Крыму (сентябрь-октябрь 1876 г.) для подписания конвенции об условиях движения российских войск в направлении Балкан. Подписанная 4/16 апреля 1877 г. в Бухаресте конвенция стала предлогом для Порты рассматривать Румынию в качестве противника, по отношению к которому возможны карательные меры (набеги вооруженных отрядов, грабежи, артобстрелы населенных пунктов на берегу Дуная и др.). Общественность, пресса, армия потребовали от правительства принять адекватные меры. Расположенная в городе Калафат на Дунае румынская батарея «Штефан чел Маре» («Штефан Великий») 26 апреля/8 мая 1877 г. ответила на действия турецкой армии, обстреляв город Видин и корабли, находившиеся в этом порту. Стороны фактически находились в состоянии войны. 29 апреля/11 мая палата депутатов и 30 апреля/12 мая 1877 г. сенат приняли резолюцию об официальном объявлении войны Порте.