Валерий Шамбаров - Правда варварской Руси

Голландцы осваивали приобретенный Суринам, развивали плантации. Их суда в Атлантике курсировали по треугольнику. Из Суринама и Кюрасао везли местную продукцию в Амстердам. Оттуда, нагрузившись безделушками и ремесленными изделиями, шли к Африке. Сбывали груз, набирали в трюмы рабов и брали курс на Суринам. Потери в 50 % умерших при перевозке негров считались нормальными, вроде «усушки-утруски». Но и на плантациях голландцы по своей протестантской психологии «богоизбранности» обращались с невольниками жестоко, многие бежали в сельву. И… нашли общий язык с индейцами, которым голландцы тоже успели насолить. Краснокожие уступили места для поселения чернокожим, и возник народ буш-негров, до сих пор существующий в Суринаме, презирающий «американских» негров и живущий по древним африканским обычаям.

В самой Голландии купцы и банкиры купалась в богатствах. Сюда проник французский культ роскоши, и прежние скопидомы входили во вкус прожигания жизни. Зажравшиеся бюргеры из кожи вон лезли, чтобы походить на французских вельмож, перенимали моды и манеры двора Людовика XIV. После упразднения поста штатгальтера каста олигархов во главе с «великим пенсионарием» Яном де Виттом и его братом Корнелием полностью контролировала органы власти и политику государства. А успешная война с англичанами и достижения собственной дипломатии вскружила братьям де Витт головы. Они принялись доламывать собственную армию. Не со зла, а чтобы не раскошеливаться. И из обычной неприязни олигархов к военным, которых подозревали в оппозиционности.

Пошли сокращения, урезания финансирования, опытных офицеров-дворян увольняли как «оранжистов», заменяя «демократами» из буржуа. А народ уверяли, будто мудрая «взвешенная политика» позволит сохранить мир, что обойдется гораздо дешевле, чем содержание войск. Ведь и впрямь как ловко все получалось! И с англичанами о «разделе мира» договорились, и Францию осадили союзом с Британией, Швецией и Испанией. Европейского «равновесия» достигли, чего ж еще надо? Словом, расслабились. Хотя благополучие Нидерландов уже начало давать трещинки. Из-за введения Англией, Францией и Россией протекционистских мер заметно сократились прибыли от посреднической торговли. А значение колоний как рынков сбыта было в ту эпоху крайне невелико. Из них лишь грабили сырье, и колониальные прибыли составляли в голландском бюджете только 10 %. Но близорукие правители воспринимали ситуацию сугубо с точки зрения собственных карманов. Компенсировали прибыли, усиливая эксплуатацию простонародья. А бюджетный дефицит перекладывали все на ту же армию.

И просчитались. Людовик XIV уже видел себя в роли «всеевропейского монарха». Вынашивал поистине «наполеоновские» планы подчинить Бельгию, часть Германии, Северную Италию, взять под контроль Англию. А уж Голландия представлялась ему очень лакомой добычей. Богатой, близкой. И легкой. Франция готовилась к новой войне. Конечно, это опять требовало денег. А «затягивать пояса» король и французская аристократия не привыкли. Напротив, стереотипы «золотого века» диктовали дополнительные огромные затраты. И параллельно с наращиванием армии Людовик затеял грандиозное строительство. С «бунташным» Парижем у него были связаны неприятные воспоминания, да и вообще он не любил свою столицу, многолюдную, тесную, грязную, круглый год утопающую в зловонии нечистот и отбросов. И король решил перенести свою резиденцию. Выбрал место в 18 км от Парижа, в Версале, где начал возводиться новый дворец.

Выкачивание средств на все эти нужды обернулось новой серией восстаний. Особенно мощным стал бунт в Лангедоке, где жители принялись истреблять финансистов, дворян, зажиточных буржуа. Людовику пришлось бросить на усмирение не только всю армию, но даже своих мушкетеров — личную охрану. И восстание удалось подавить только после чудовищной резни. Но на такие «мелочи» во Франции было не принято обращать внимание. В это же самое время король занимался дипломатической подготовкой грядущей войны. Требовалось расколоть антифранцузскую коалицию.

Это оказалось нетрудно. Английская парламентская буча заставила призадуматься Карла II. Стало ясно, что британских олигархов прошлые потрясения ничему не научили, и революционная ситуация вполне может повториться. Тут-то Людовик и предложил услуги в качестве «старого друга». Учитывая хроническое безденежье Карла, пообещал регулярную «пенсию», гарантировал помощь и убежище в случае новой смуты. И был заключен тайный союз. Против Голландии. За что англичанам должны были отдать о. Валхерн и несколько городов. Ну а в Швеции в 1672 г достиг совершеннолетия Карл XI, освободившись от опеки Оксенш^рны. Решил наконец-то прижать «канцлерскую династию» и по примеру Людовика взял курс на установление единоличного правления. Политику Оксеншерны принялся менять и перекраивать. И, несмотря на плачевное состояние казны, мечтал о ратных подвигах, рвался с кем-нибудь повоевать. Поэтому Людовик легко перекупил его, посулив субсидии.

Нидерландские олигархи даже не подозревали, что антифранцузской коалиции больше нет. И наоборот, возникла коалиция против них. Они все еще были в упоении от собственных успехов на международной арене. Последним их «успехом» стала очень «выгодная» сделка — они… продали французам огромную партию пушек и мушкетов! Что позволило военному министру Лавуа довести численность войск до но тыс. В 1672 г. эта армия была сосредоточена в Шалеруа. Возглавили ее Тюренн и Конде, талантливые военные инженеры Вобан и Клервиль. А верховное главнокомандование оставил за собой король. Прибыв к армии и осмотрев ее, он заявил: «С таким эскортом можно спокойно отправляться в небольшую прогулку по Голландии».

Он и впрямь ехал, как на пикник. Взял с собой на войну королеву и двух фавориток, де Лавальер и беременную Монтеспан. Вся эта «семейка» дружно путешествовала в одном экипаже, а на остановках размещалась в одном походном шатре. Впрочем, в нем было 6 комнат и з спальни — Людовик мог по своему усмотрению выбирать, с какой из дам он сегодня ночует. По умело сконструированным понтонным мостам французы хлынули через Рейн. И начали брать города один за другим. Могли бы одним махом захватить и всю Голландию, но ведь Людовику хотелось развлечься! И де Вобан подыгрывал ему, устраивая специально для короля и его спутниц «красивые» осады. Целый корпус «инженеров короля»-под научно выверенными углами вел к стенам траншеи и апроши, батареи под научно выверенными углами били стены, саперы подводили мины. И в заведомо определенное время крепость сокрушалась — словом, эффектное, яркое и острое зрелище. Куда интереснее, чем в театре.