Валерий Шамбаров - Правда варварской Руси

Однако блестящая османская армия раскатала поляков в пух и прах. Хмельницкий попал в плен и был отправлен в Стамбул. Король и паны уповали, что врага остановит сильная крепость Каменец (Каменец-Подольский). В августе турки подступили к нему, и после полуторамесячной осады он пал. Полки янычар и татарская конница хлынули в Галицию. 28 сентября почти без сопротивления они вошли во Львов. И Польша запросила мира. 5 октября в г. Бучаче был подписан договор, по которому король признавал Дорошенко подданным Мухаммеда IV, уступал султану весь юг Правобережной Украины до Киева, Побужье с г. Ладыжин, Поднестровье и Подолию с г. Каменец, обязался выплачивать ежегодную дань.

На зиму великий визирь отвел войско за Дунай. И пришел черед Москве принимать экстренные меры. Ведь Дорошенко провозглашал себя гетманом не только Правобережной, а всей Украины! И агентурные данные Посольского приказа подтверждали, что следующим объектом османской агрессии станет Левобережье. По всем российским городам Алексей Михайлович разослал грамоты, где говорилось, что после легких побед в Польше «салтан турский… возгорделся, приложил в то дело неуклонную мысль, что ему не токмо Польское государство разорить и завладеть, но и всеми окрестными христианскими государства завладеть. Паче же тщится на Московское государство войною и разорением». Сообщалось о намерении турок идти на Киев и «иные малороссийские города» и объявлялось: «Мы решили, не щадя своей казны, послать на защиту Украины свои конные и пешие полки».

Был объявлен чрезвычайный налог, как перед большой войной. С крестьян патриарших, монастырских, боярских вотчин брали «по полтине со двора», а с гостей, купцов, промышленников и ремесленников «десятую деньгу». Уже в январе 1673 г. дополнительные войска под командованием Юрия Трубецкого выступили на Украину. Предлагались различные планы. В Москву тайно прибыл польский посланник с просьбой переправить армию на Правобережье и наступать на Валахию. И тогда, мол (если, конечно, поляки решатся возобновить войну), можно будет действовать совместно. Гетман Самойлович предлагал поход на Крым и просил, чтобы царь для этого прислал Ромодановского с ратью. А донской атаман Минаев доносил, что у него «добрых и промышленных молодцов» всего 5 тыс. и тоже просил подмогу, обещая активные действия, «чтоб не токмо в Азове, но и в Царьграде страх был великий». Но замысел короля Михаила — столкнуть лбами русских и турок, а самому половить рыбку в мутной воде, в Москве сразу разгадали, посланник получил отказ. Отвергли и проекты Самойловича и Минаева.

План на 1673 г. был принят сугубо оборонительный. Самим турок не задевать. Если нападут, встречать на Днепре. А если нет, встать лагерем и путем переговоров переманить на свою сторону Дорошенко, обещая прощение и защиту. Не получится — откалывать от него «заднепровских казаков». А на Дон послали думного дворянина Хитрово и полковника Косагова с 6 тыс. солдат и стрельцов. Но и здесь требовалось очистить от турецких гарнизонов лишь «каланчинские башни» под Азовом, поскольку они стояли «на прежней его царского величества земле», а на Азов, Крым и в Черное море было «ходить не приказано», если турки не начнут войну против России. Разобрались и с Сирко. Он по состряпанному старшиной обвинению был сослан в Тобольск, но за него горячо ходатайствовали запорожцы, стала поступать информация, что оскорбленные его арестом казаки уходят к Дорошенко. И Матвеев с царем сумели осознать свою ошибку. Полетел приказ возвратить Сирко из Сибири. С ним беседовали царь и патриарх, убедившись, что он вовсе не враг русским, и что место такого человека на Украине.

А полки Ромодановского уже выступили. В мае соединились у Лохвицы с казаками Самойловича и послали гонцов к Дорошенко. А чтобы было доходчивее, выслали за Днепр, к Каневу, передовой отряд. Но даже за такую демонстрацию царь строго одернул военачальников: «Разве вам велено было переправляться за Днепр? Вам велено было стоять у Днепра, где пристойно, и, устроюсь обозом, послать к Дорошенку с милостивыми грамотами двоих досужих людей, а не полк». Словом, никаких действий, которые могли бы спровоцировать войну. На Дону бойцы Хитрово и Косагова с казаками также предприняли ограниченную операцию. С войском сюда прибыло 19 орудий, из них 4 тяжелых, да 45 пушек имелось в Черкасске. После жестокой бомбардировки взяли каланчи, перекрывавшие течение реки, вызвали жуткий переполох в Азове, но на этом остановились. Хотя, с другой стороны, таким образом был расчищен выход в море на случай, если это понадобится.

Но турки на русских не пошли. Потому что позорный Бучачский мир вызвал в Речи Посполитой страшное возмущение. Сейм отказался его ратифицировать, а «военную» оппозицию королю возглавил Ян Собесский. Лихой рубака и авантюрист, успевший вдоволь поколесить по Европе, послужить даже в мушкетерах у Людовика XIV и поучаствовать в нескольких войнах под чужими знаменами. Но его политической карьере способствовали не столько военные таланты, сколько супруга, Мария-Казимира дАркион. Тоже, надо сказать, изрядная авантюристка. Ее отца, капитана, выгнали с французской службы (а для этого во Франции ого как нужно было «постараться»!) Он пристроился в Польше и прославился подвигами не в боях, а в постелях, в том числе с королевой. За что она взяла в свиту его дочь. Которую стали называть «Марысей». Но и у нее темперамент оказался неслабый, уже в юности она на любовном поприще «перешла дорогу» своей благодетельнице и в 16 лет была выдана замуж. Впрочем, выгодно, за пожилого магната Замойского. Из его имений пани Марыся ездила оттянуться в Варшаву, меняла кавалеров, как перчатки. Больше всех ей понравился

Собесский. После кончины мужа она унаследовала огромное состояние, вышла за Яна и принялась энергично продвигать его к вершинам власти. Используя для этого все способы — свой ум, деньги, связи. Да и женские прелести тоже.

В результате общего негодования Вишневецкому пришлось отречься от престола. И турки вынуждены были опять направить армию на Польшу. Однако национальное оскорбление всколыхнуло польский гонор. Шляхта потекла в войска. А коронным гетманом стал Собесский. Он нанес османам тяжелое поражение под Хотином, отбросил их, осадил Каменец. Но… никакого развития эти успехи не получили. Потому что в Варшаве открылся элекционный сейм для выборов короля. И Собесский вместо того, чтобы громить врага, предпочел выгодно реализовать лавры победителя. Уехал на сейм. Туда же, естественно, потянулись из армии паны и шляхта. Собесский рассчитал правильно. Пани Марыся провела необходимую работу, слава «спасителя отечества» обеспечила ему полный триумф, и он получил корону. Да вот только турки ждать результатов выборов не стали. Оправились от ударов, отобрали у поляков Хотин, двинулись к Каменцу, и развалившемуся коронному войску пришлось снять осаду.