Валерий Шамбаров - Начало России

Англичане по-хозяйски устраивались во Франции, делили ее между своими феодалами. Дворяне переходили служить победителям, простолюдины быстро научились прислуживать оккупантам. Положение принца Карла выглядело безнадежным. Сторонников у него набралось немного, их оттесняли все дальше на юг. Но земная удача – штука переменчивая. В 1422 г. умер Генрих V и вслед за ним Карл VI Безумный. Королем двух государств провозгласили Генриха VI – но отпрыску британского монарха и французской принцессы исполнилось лишь 6 месяцев. Регентом при нем стал герцог Бедфорд. Порядок и дисциплина у англичан сразу кончились. Регент находился в Париже, младенец-король в Лондоне, вокруг его колыбели боролись группировки знати.

Часть французских дворян нарекла наследника Карлом VII, но у него не было сил сладить с неприятелями. Разделенная страна зависла в неком равновесии. Но в Шампани подрастала простая девушка Жанна, позже получившая дворянскую приставку к имени – д'Арк. Она была крайне религиозной, ее посещали видения, будто святые призывают ее спасти Францию. В начале 1429 г. 17-летняя Жанна приехала к Карлу VII и уверенно предрекла, что сделает его королем. Его сторонникам и впрямь оставалось уповать только на чудо. Рыцари поверили девушке, воодушевились, осадили англичан в Орлеане и овладели им. За этим последовало еще несколько побед. А Жанна внушала Карлу, что ему необходимо предпринять поход в Реймс. По древней традиции его короновали в Реймсском соборе. Победы посыпались одна за другой. Города стали открывать ворота законному королю.

Расходилась молва о сверхъестественных способностях Жанны, о том, что ей всегда сопутствует удача. Но она воевала всего год. При попытке взять Париж ее ранили. Она отлежалась, весной 1430 г. вступила в бой с 4 тыс. бургундцев и попала в плен. Захватили ее не англичане, а французы, продали пленницу графу Иоанну Люксембургскому. По приказу Бедфорда французское правительство, действующее при нем, Пьер Кошон, епископ Бове и канцлер, выкупили ее за 10 тыс. золотых экю. Регент добился, чтобы главный инквизитор во Франции, представитель папы, официально потребовал выдачи Жанны. Парижский университет доказал, что якобы она ведьма. Французские судьи собрали все обвинения, какие смогли. Обвинили даже в том, что девушка на войне носила штаны. По мнению судей, это являлось тяжким грехом. В 1431 г. на площади Руана Жанна д'Арк была сожжена.

Но настроения во Франции уже менялись, повиновение кончилось. Англичане держались только благодаря союзу с бургундцами – Бедфорд был женат на сестре Филиппа Бургундского, герцог был при нем вторым лицом. Однако в 1432 г. она заболела и преставилась. Регент очень быстро утешился, через пять месяцев женился на Жаклин Люксембургской. Соблазнился приданым – отец давал за ней круглую сумму из денег, вырученных за Жанну д'Арк. При этом новые родственники Бедфорда стали оттирать от власти Филиппа Бургундского. Он надулся и нашел способ, как ему выйти в фигуры первого ранга. Предложил начать мирные переговоры между англичанами и Карлом VII, а он выступит посредником.

Когда соглашения добиться не удалось, Филипп заключил сепаратный мир с французским королем. Как только аристократы объединились, встрепенулся народ. Разгорелось восстание против англичан. Королева Изабо умерла в нищете. Она истратила все богатства на политические интриги, Бедфорд с ней больше не считался, выделял крайне скудное содержание. Парижане превратились вдруг в патриотов, клеймили ее за беды, постигшие Францию, даже привлекли к суду за долги. Хоронили королеву всего четыре человека. А вскоре Париж сдался Карлу VII.

Если французы сумели преодолеть раскол, то в Чехии он, наоборот, углублялся. Крайние еретики, адамиты, вроде бы никого не задевали. Их коммуны трудолюбиво копошились нагишом на полях и огородах, месились на своих радениях. Но адамиты всячески старались привлечь новых последователей. Их агитаторы бродили по деревням, рынкам. Сектанты периодически устраивали голые марши по городам, демонстрируя «чистоту» и «братство». Это оказывалось соблазнительно, общины быстро росли. Людей вербовали не только добровольно. Коммунарки приедались, их прелести были постоянно на виду, и адамиты начали похищать женщин, чтобы и их обобществить. Впрочем, многие желали быть похищенными, нарочно лезли поближе к сектантским коммунам.

Тут уж и умеренные чашники, и радикальные табориты пришли к выводу, что заразу надо искоренить. Сам Жижка повел объединенное войско на «столицу» адамитов на р. Люшниц. Кто-то пробовал сопротивляться, но среди любителей адамизма воинов было мало. Смяли их с ходу и уничтожали поголовно. Не щадили ни женщин, ни подростков, ни малышей, чтобы не осталось даже следа болезненного учения. Аналогичным образом истребляли остальные коммуны, охотились за адамитами по дорогам. Однако многие прятались, побежали в Германию. Несколько мелких князей дали им пристанище: рабочие руки в хозяйстве пригодятся, а то, что новые подданные молятся и ходят голыми, показалось даже интересным. Ересь сохранилась (и дожила до наших дней).

Ну а в Чехии после истребления адамитов пошли раздоры между чашниками и таборитами. Чашники пробовали как-нибудь ввести обстановку в нормальное русло, избрать короля, наладить структуры управления. Табориты властей не признавали, повиноваться знати отказывались. Но идеями равенства сыт не будешь, они существовали за счет награбленного. Когда кончалась добыча, захваченная у католиков и немцев, нападали на имения чешских панов. Говорили, что делят все по справедливости. Чашники пытались приструнить их оружием, но походы Жижки воспитали из простолюдинов хороших солдат. А на место погибших стекались новые крестьяне, подмастерья.

Император Сигизмунд после смерти брата Вацлава официально принял титул короля Чехии. Подавление гуситов стало для него делом чести. Союз с Литвой сорвался, зато Сигизмунд сумел примириться с давними соперниками, австрийскими эрцгерцогами Габсбургами, выдал дочку за представителя их семейства Альбрехта. Но справиться с чехами он все равно не мог, чашники как-то договаривались с таборитами и давали отпор.

Очень заманчиво было вмешаться и в балканские дела. Но сперва надо было привести Византию к унии, а в католической церкви продолжались внутренние дрязги. Собор удалось созвать только в 1431 г. Он съехался в Базеле. Туда прибыла делегация от Константинопольской патриархии, особенно выделялся игумен Исидор. Он был ярым сторонником унии, умел преподнести себя и даже лично подружился с папой Евгением IV. На собор явились и представители чешских чашников. Бесконечная война и разбой таборитов уже стояли у них поперек горла, и паны задумали крутой поворот. Соглашались подчиниться Ватикану и императору, если будут исполнены так называемые «Пражские компакты»: самоуправление Чехии, автономия церкви, сохранение ее особенностей – богослужение на родном языке, причастие «под двумя видами».