Александр Широкорад - Британская империя

«В обозах везли не только содовую воду, портер, имбирное пиво, при них не только шли стада индеек, дойных коров и т.д., но везлось еще множество попугаев, обезьян, собак, всякого рода ручных животных для увеселения сахибов в час отдыха. Перед каждым экипажем адъютанта или офицера бежали слуги, крича во все горло: “Дорогу могущественному сахибу! Пропустите великого повелителя!”, хотя бы повелитель состоял в прапорщичьем чине», — писал очевидец.

В начале 1857 г. началось перевооружение частей сипаев на дульнозарядную винтовку системы Энфильда обр. 1853 г. Ее патроны были смазаны говяжьим жиром и свиным салом. При заряжании ружья обертку патрона надо было срывать зубами, что задевало религиозные предрассудки сипаев-индусов и сипаев-мусульман: одним религия запрещала употребление говядины в пищу, другим — свинину. Введение новых патронов сипаи рассматривали как попытку англичан опоганить их, чтобы затем обратить в христианство. Причина недовольства лежала не столько в религиозном фанатизме сипаев, сколько в их ненависти к поработителям. Сипаи отказались принимать новые патроны из рук англичан, хотя позже без зазрения совести использовали их против тех же англичан.

В феврале 1857 г. вспыхнул первый бунт. В марте, во время парада в Баракпуре (близ Калькутты), из рядов 38-го полка выступил сипай Мангал Панди и застрелил трех английских офицеров. «Умрем за веру!» — призывал Мангал товарищей. Но сипаи еще оставались пассивными и не поддержали его. Англичане схватили раненого Панди и повесили.

Но затишье было временным. В мае 1857 г. восстали три сипайских полка в городе Мируте (близ Дели). Сипаи перебили английских офицеров, сожгли казармы и в ту же ночь двинулись к Дели. Их появление у ворот древней столицы Индии послужило сигналом к восстанию в самом городе. Лишь немногим английским чиновникам и офицерам удалось бежать, а все остальные были убиты. Все учреждения Ост-Индской компании восставшие предали огню, а все дома англичан разграбили. Ремесленники и сипаи, индусы и мусульмане объединились в одном строю. Среди всеобщего ликования была провозглашена власть могольского императора Бахадур-шаха, вчерашнего пленника и пенсионера Ост-Индской компании. 82-летний император, немощный духом и телом, три дня размышлял, прежде чем согласиться принять власть. Но в дальнейшем он оставался лишь номинальным главой правительства и больше думал о мире с англичанами, чем о войне с ними.

С захватом Дели восстание получило первоклассный политический и военный центр. Обнесенный при англичанах современными укреплениями город Дели был сильнейшей крепостью Индостана. В руки повстанцев попали огромные запасы оружия и снаряжения.

С древней столицей Моголов связывалась память о независимой Индии. Провозглашение власти Бахадур-шаха звучало как боевой клич к изгнанию англичан из страны. От имени Бахадур-шаха из Дели по индии расходились многочисленные прокламации. В одной из них говорилось: «Да будет известно всем мусульманам и индусам, обитателям Индии, что управление своей страной есть одно из величайших благ, посланных небом. Не тиранам и угнетателям англичанам управлять нами… Объединимся же для совместной защиты жизни, имущества, религии и прогоним англичан. Пусть все индусы и мусульмане окажут посильную помощь. Кто стар, — пусть молится о победе. Кто стар, но богат, — пусть жертвует деньги на священную войну. Кто здоров и молод, — пусть идет в войска. Мы боремся не за интересы земной корысти, но за нашу веру. Великий и малый — все равны в священной войне».

В июне 1857 г. восстание перекинулось из Дели на другие территории Индостана. Его основными очагами стали области по среднему течению Джамны и Ганга (Агра и Ауд).

В Канпуре восстание сипаев и горожан возглавил Нана Сахиб. Бежавшие отовсюду английские чиновники с семьями собрались в Канпуре, где отсиживались за стенами импровизированного укрепления под защитой 500 европейских солдат. 27 июня, после 18-дневной осады, они сдались Нана Сахибу. Он обещал сохранить жизнь англичанам и обеспечить их безопасный отъезд вниз по Гангу. Но когда англичане уже садились в подготовленные для них лодки, сипаи открыли по ним огонь и перебили почти всех. Так прорвалась многолетняя народная ненависть к поработителям. А Нана Сахиб в тот же вечер торжественно провозгласил себя пешвой и принял управление в качестве вассала могольского императора.

В сельской местности крестьяне убивали английских чиновников и объединялись в партизанские отряды. Знать изгоняла посаженных англичанами земиндаров [7] Земиндар — землевладелец, сборщик земельного налога в своем округе. и возвращалась в свои владения. Муллы и браманы проповедовали священную войну.

В Ауде восстание сипаев объединилось с народным движением. Вдохновителем восстания там был Маулеви Ахмед — талантливый организатор, подвергавшийся репрессиям со стороны колониальных властей. Однако в столице Ауда городе Лакнау англичане успели подготовиться к обороне. Они засели в укрепленном резидентстве и прилегавшей к нему части города. Между тем в Ауде была восстановлена прежняя династия.

По улицам Лакнау прошла демонстрация ремесленников. Они несли чучело генерал-губернатора Каннинга (преемника Дальхузи) с отрубленной головой. На стенах городских домов появились надписи, повсюду пестрели самодельные плакаты, призывавшие народ к борьбе.

Талукдары [8] Талукдар — владелец поместья (талуки) в Северной Индии в феодальный и колониальный период. Большинство талукдаров вышло из откупщиков земельного налога, превративших свои податные округа в собственность. На территории Ауда талукдары составили в начале XIX в. прослойку крупных земельных магнатов. держались в стороне. Они удалились в свои укрепленные замки и выжидали. А многие из них укрывали у себя англичан.

Важнейшие города ниже по течению Ганга (Аллахабад, Бенарес и Патна) также были охвачены восстанием. Там действовали ваххабиты.

Джанси, где княгиня Лакшми-Бай восстановила свою власть, стало опорой восстания к югу от реки Джамны. В маратских княжествах Гвалиор и Индор сипаи перебили английских офицеров. Но князья Гвалиора и Индора вели предательскую политику и всеми силами старались оттянуть выступление сипайских полков на север, где начинались решающие бои с англичанами.

В первые же месяцы проявились слабости восстания, обусловленные в первую очередь внутренней раздробленностью Индии. Южная Индия в общем сохраняла спокойствие, а сипайские войска Мадраса и Бомбея, за небольшими исключениями, оставались верны англичанам.

В большей части Индостана после свержения власти англичан среди феодальных вождей сразу проявились разногласия. Каждый из них думал о том, как бы закрепить за собой захваченную территорию, собрать побольше войска и самому стать маленьким царьком. Они были готовы поодиночке обороняться от англичан, когда те нападут, но не могли договориться между собой о совместных действиях против них. Военное ядро восстания — сипайская армия — перестала существовать как организованное целое. Она распалась на отдельные отряды, действовавшие без общего руководства.