Владимир Долохов - Сам себе волшебник

— Приходишь домой, ровно в двадцать ноль-ноль садишься у телевизора, переключаешь пультом программы и каждую смотришь по пять минут. Заодно приговариваешь: «Я та, которая переключает каналы». Когда поедешь в институт, возьмешь с собой пульт, будешь повторять эту фразу и кнопочки нажимать.

—Я, как положено, переключала каналы, просидев перед теликом полчаса и посмотрев первые шесть программ. Все тревоги улетучились, мне стало легко и весело, и даже рекламу я смотрела с удовольствием.

Утром, вспомнив про пульт, я подумала: «Что за глупости, не буду я его брать!» Выходя из квартиры, я увидела в прихожей пульт, лежавший, как нарочно, на видном месте. Кто его сюда положил — загадка! Я торопилась на электричку и, сунув пульт в карман, выбежала из дома. Последняя перед перерывом электричка уже ушла, автобусы тоже не ходили. Я не знала, что предпринять, ведь от нашего города до Москвы ехать полтора часа.

Стоя в замешательстве перед зданием вокзала, я принялась нажимать на кнопки. Вдруг рядом притормозила машина, из которой выглянула физиономия моего приятеля. Он произнес: «Привет! Я до Москвы, тебя подвезти?» Я забралась в машину и, думая о предстоящей встрече с Феликсом Марковичем, давила на кнопки. По дороге мы попали в пробку, и я опять «переключила каналы». Иномарка, ехавшая впереди, тут же свернула в сторону, освободив нам лазейку, и мы благополучно выбрались из затора. В общем, пока доехали, я себе мозоль натерла от кнопок.

Сунув одежду и сумочку подруге, ожидавшей в коридоре перед деканатом, я вошла в кабинет. Феликс уставился на меня:

— Какие у вас вопросы?

Я вспомнила, что впопыхах оставила «волшебную палочку» в сумке, и выскочила за дверь, проронив:

— Ой, сейчас я сбегаю за пультом!

Через несколько секунд я снова сидела перед Феликсом и, держа руку в сумочке, нажимала на кнопки. Он заявил, что ему некогда, и быстренько подписал необходимый документ.

Подруга вытаращила глаза:

— А у меня ничего не получается, что делать?

— Подожди, сейчас я тебе дам пульт, будешь нажимать.

Из деканата она вышла сияющая.

Татьяна сделала вывод, что пульт действует во всех случаях жизни и для любого человека. Напоследок она спросила:

— А можно мне купить второй пульт, чтобы постоянно носить его с собой? Нам ведь телевизор надо смотреть.

— Покупайте, только обязательно с красной кнопочкой, — ответила я.

Я провожу различные психотренинги и на одном из них поведала эту историю.

Мои подопечные воскликнули: «Завтра покупаем пульты!»

Раньше, когда ко мне приходил клиент, я использовала приемы классической психотерапии. Сейчас же, слушая человека, я сразу переименовываю его через внутренний экран. После этого подмывает улыбнуться и дать абсурдную рекомендацию, что я зачастую и делаю.

Вот так симоронцы «испортили» психотерапевта.

По профессии я модельер-конструктор женской одежды. Хотя я принимала частные заказы и шила одежду клиенткам, но в глубине души надеялась найти работу по специальности. Чтобы получить возможность заниматься любимым делом, я открыла ателье, благо клиентов у меня было хоть отбавляй. Суровая действительность оказалась далека от мечтаний, и на меня свалилась масса скучной организационной работы. Большинство клиентов проживало в Москве, и я постоянно моталась туда, расходуя большую часть заработанных денег на поездки и закупку ткани. Мы не могли вовремя оплатить аренду, и за год существования ателье несколько раз переезжало с места на место.

Лето стало для нас настоящим бедствием — народ разъехался на курорты и дачи, и ателье пришлось закрыть. В итоге я осталась должна как клиентам, так и работникам моего ателье. Я задумала найти работу в Москве и, вооружившись справочниками, стала звонить в различные фирмы и агентства и рассылать свои резюме. Месяц я билась, как рыба об лед, получая один отказ за другим. Я так измучилась, что проплакала целую неделю.

Затем я снова начала принимать немногочисленные заказы в надежде погасить долги. Наступивший кризис подхлестнул кредиторов, которые стали требовать с меня деньги, и, желая побыстрей с ними рассчитаться, я работала на всю катушку. Часть долгов удалось вернуть, но пришла новая беда.

Одна пожилая клиентка заказала у меня пальто из своей ткани и норки образца 1980 года. Я придумала красивую отделку, купила на собственные деньги кожу и другие материалы. Когда эта дама приехала на очередную примерку, то заявила, что пальто ей не нравится, да и вообще не нужно. Я предложила капризной клиентке вернуть деньги или переделать пальто, на что она потребовала бешеные деньги за свою старую ткань и давно пожелтевшую серую норку. Такой суммы у меня не было, и она устроила скандал, требуя немедленного возврата денег. Неугомонная дама звонила мне несколько раз в неделю и угрожала прислать посредников, намекая на бандитов. Меня трясло от страха, все валилось из рук, и я целыми днями лежала на диване, апатично уставившись в потолок.

В этом состоянии я и попала на симоронский семинар. Рассказав о своих несчастьях, я получила имя: «та, которая сбрасывает свитер легким движением». Имя мне очень понравилось, и я, приходя домой, игриво сбрасывала пальто и свитер. Через три дня мне позвонили из новой фирмы и предложили придти на собеседование по поводу работы модельером-конструктором. Офис находился в пятнадцати минутах ходьбы от моего дома.

Я обрадовалась и стала судорожно собираться. Предательские мысли о том, что меня могут не принять на работу, лезли одна за другой. По дороге в офис я расстегивала жакет, слегка спуская его с плеч, и все мои опасения улетучились. Дверь в кабинет генерального директора я открыла, как к себе домой. Расстегнув молнию на жакете, я плюхнулась в глубокое кожаное кресло, издавшее характерный звук выпускаемого воздуха, и небрежно бросила: «Здрассьте! Что вы хотите мне предложить?»

От моего напора директор густо покраснел и даже выронил ручку. Слазив за ней под стол и совладав со смущением, он заговорил о моей будущей работе.

На следующий день я получила предложение сделать загранпаспорт, чтобы отправиться на выставку в Турцию.

Так я устроилась на работу, о которой мечтала пятнадцать лет. Настырная дамочка с норкой куда-то испарилась, и я постепенно отдала оставшиеся долги.

Я так увлеклась работой, что вовремя не отсиморонила легкую простуду, и она дала осложнение — начался отит. Две недели я провалялась в постели с высокой температурой и адской болью в ушах. Кроме того, врач обнаружил хрипы в легких и диагностировал бронхит. В это время позвонила подруга: