Алексей Ефимов - Хрустальное яблоко

– Буду ксенологом, как ты, – прошептал Яромир, завороженно наблюдая за этой сутолокой. – Никогда без работы не останусь… и скучать точно не придется…

Игорь хихикнул.

Они шли, глядя во все стороны, наверно, минут десять. Больше всего мальчишек поразили прически здешних девушек – у многих были темно-синие, блестящие и очень густые волосы. У одной из них волосы были синевато-зеленые, отливающие металлом, кожа – фиолетовой, радужка – серебристой, и глаза светились, как матовый алмаз. При том ее лицо было самым красивым и в то же время странным изо всех человеческих лиц, какие Игорю доводилось видеть. Он долго размышлял, что это – какой-то народ или ухищрения этой… как ее… косметики? Или, может быть, метаморфинг, к тайнам которого на Земле только подбирались масштабно? В его Лицее двое мальчишек были метаморфами, но – от природы… В общем, он не оглянулся вслед этой девушке, только сделав над собой усилие…

Бесконечная длина улицы оказалась иллюзией – весь ее торец занимало громадное, безупречно гладкое зеркало, и Игорь едва не налетел на него. Яромир увлек его в боковую арку – они, как малыши на прогулке в незнакомом месте, держали друг друга за руки, чтобы не потеряться в толчее. Толпа казалась равнодушной, а все идущие существа – нелогично одинокими в этой чудовищной сутолоке. Игорь, конечно, бывал в самом большом городе Земли – Лондоне, столице Англо-Саксонской Империи, но там не было и сотой части этих живых текучих масс…

Миновав короткий, широкий туннель, мальчишки попали в заставленное множеством застекленных стеллажей огромное пространство – как оказалось, гигантский магазин. Мысль о том, что нечто могут продавать в таких размеров помещении (зачем? почему вещи не продают прямо там, где производят? для чего отвлекать на такое неинтересное дело, как торговля не тобой произведенными вещами, людей и занимать такие площади?), землян удивила и позабавила. Но сам зал был, слов нет, грандиозным. Игорь не смог разглядеть ни стен, ни потолка – казалось, он в долине, окруженной заснеженными горами. Над головой было синее небо, однако почему-то без солнца, бросающего резкие тени на снега. Неожиданно что-то изменилось – небо с пугающей, неестественной быстротой потемнело, на нем зажглись звезды, и среди них поплыли корабли сторков. Какое-то время они пробивались сквозь стену огня кораблей мьюри, вспыхивая один за другим и ярко освещая зал, потом повернули и обратились в бегство, панически удирая от фаланги йэнно-мьюрского флота. На миг стало темно, потом горы выплыли из мрака – и все повторилось сначала. Игорь, запрокинув голову, глазел на это зрелище. Очевидно, оно отражало неудачную войну Империи Сторкад с мьюри.

Яромир вновь отвлек его, подергав за рукав. Они наугад побрели среди прилавков и витрин, разглядывая выставленные на них вещи. Большая их часть была Игорю совершенно незнакома – блестящие ртутью штуковины, похожие на гибрид подшипника с шестеренкой, плоские приборчики из серого пластика с множеством кнопок и индикаторов, браслеты из металла, также сплошь состоявшие из кнопок и крохотных экранчиков – на каждом их было не менее дюжины. Потом они забрели в отдел с радужными дисками всех размеров – от маленьких, с ноготь, до громадных, едва ли не в обхват. Большая их часть была упакована в яркие цветные коробки. По картинкам на них Игорь заключил, что это фильмы или игры, или и то и другое сразу – очевидно, на материальных лазерных носителях, которые и на Земле еще кое-где применялись сейчас (даже в комбрасах некоторых моделей еще встречались устройства для их приема). Дисков здесь было очень много – наверное, десятки тысяч различных сюжетов, – и у мальчишки от попыток вообразить их содержание по обложкам закружилась голова. На некоторых, правда, присутствовали группки нагих юношей и девушек или даже подростков. В отличие от вчерашних передач, тут они не делали ничего неприличного, и, может быть, поэтому мальчишки смотрели с интересом – скорей, правда, чисто анатомическим. Потом, усмехнувшись и помотав головой, Яромир потащил Игоря обратно. Интересно, мьюри вообще знают, что такое настоящая эротика, или все сводится вот к таким примитивно-половым сюжетам, подумал Игорь.

Миновав этот отдел, они наткнулись на стену – вернее, на ряд заменявших ее гигантских экранов. Крутившиеся на них ролики, должно быть, служили рекламой для дисков и повторялись каждые несколько минут. По большей части там шло яростное взаимное уничтожение каких-то механических тварей, явно ненастоящих – их нелепость сразу бросалась в глаза. Но были там и какие-то романтические, очень красиво нарисованные – хотя и более примитивные по исполнению, чем земные стереофильмы, – истории, привлекавшие даже не сюжетом, – попробуй что пойми за полминуты, – а именно каким-то приятным настроем.

Игорь не отказался бы посмотреть на все это – его поразило богатство фантазии, обилие тщательно отделанных деталей и игра цветов, – но Яромир нашел кое-что более интересное – громадную цветную схему всей Местной Зоны Галактики. На фоне миллионов звезд сияло сложнейшее цветное сплетение – как Сурядов догадался, карта трасс, соединяющих планеты Федерации. Волны разноцветной мути накатывались на него и, казалось, вот-вот затопят – однако они рассеивались, а сплетение Федерации вспыхивало еще ярче. Очевидно, это изображало борьбу мьюри с какими-то другими расами – разумеется, условно. Игорь не заметил, чтобы кто-то еще смотрел на экраны – в том числе и на тот, который заменял свод.

– По-моему, Йэнно Мьюри здесь. – Яромир показал на центр сплетения, сиявший, как алмазное солнце. Игорь отметил, что при этом жесте, естественном и сделанном как бы невзначай, Яромир выполнил безупречную съемку схемы комбрасом. На всякий случай… – Но где Земля, интересно? Эта карта, похоже, включает империи многих рас… – нахмурившись, он вглядывался в схему. – Мы, должны быть, где-то у периметра… – Присмотревшись, Игорь заметил тусклую, едва видимую паутину, в нескольких местах выступавшую за четко очерченную границу живого сияния. Похоже, сравнивать достижения иных рас со своим великолепием мьюри не желали. Вдруг он заметил у нижнего края карты темную полосу Медленной Зоны – именно к ней примыкала одна из тусклых паутин – и толкнул Яромира.

– Смотри! Вот тут мы!

Тот вздрогнул и с минуту разглядывал схему. Его палец двигался в воздухе, следуя светящимся линиям.

– Не могу сказать точно, но Русская Империя, должно быть, здесь, – он ткнул в узелок на схеме. – Маловата будет, – добавил он с сожалением. – Но вот тут… – В самом центре узелка светилась крупица, подобная центральному светилу, крохотная, в сущности, просто искра, – Земля.