Александр Сапегин - Столкновение

– Развлекаются, сцуки, – процедил Вадим, сплевывая тягучую кровавую слюну и едва не трясясь в бессильном психозе, прорывающемся через все навешанные эмоциональные замки́. Он ничем не мог помочь умирающим ребятам и правильно интерпретировал происходящее с ним самим. Псоглавцы не считали его врагом, развлекаясь на полную катушку. Твари попутно расстреливали взрывными заклинаниями близлежащие здания и жилые дома, в промежутках бросая поверх головы объекта развлечения какие-то темномагические заклинания.

Парень уже давно переплюнул в верткости самого верткого ужа. Ни одна змеюка в мире не выдержит две минуты под магическим ливнем, это хуже, гораздо хуже часа на раскаленной сковороде. Там только снизу припекает – никакого сравнения с магическим поединком, когда припекает со всех сторон. Не приподними Вадим чуть-чуть эмпатические щиты – быть бы ему нашпигованным всякой дрянью, а так он все же улавливал отголоски намерений тварей. Земля под ним вставала дыбом, воздух плевался отравленными иглами, то и дело рядом, вокруг да около или прямо по щитам били некромантские конструкты, сверху сыпался раскаленный дождь, следом налетали мириады ядовитых мух, на границе восприятия кружили затягивающие вовнутрь миражи, лишающие разума. Что ни говори, арсенал у ворогов был богатый. Приходилось прилагать все усилия и действовать через «не могу», дабы не стать охотничьим трофеем; а чтобы уберечь голову от рук таксидермиста, надо было умудряться атаковать. Сплести что-то сложносоставное не получалось, кто ж ему даст сконцентрироваться… Оставалось ограничиться пятеркой простых плетений, клепая их десятками, и призывом духов, которые туманили разум псоглавцев и сводили с ума зубастое воинство. В ход шло все, за несколько минут дуэли Белов похудел на три килограмма – внутреннего резерва он не касался из стратегических соображений, пришлось воспользоваться телесным и физическим. Подобраться к паразитам с посохами, несмотря на все ухищрения и боевой транс, не получалось ни в какую. Боевая «звезда» орков, не запыхавшись, упокоила бы противников Вадима за полминуты, но то «звезда»… ему же не хватало скорости, опыта и маны. Помимо отражения магических атак, приходилось возводить щиты от стрел и арбалетных болтов. Три десятка стрелков были ощутимым довеском к магам. И быть бы ушедшему в глухую оборону Белову битым, а остаткам ОМОНа – съеденными, дожали бы их зомби и «волчики», если бы не подоспевшее подкрепление. Добралась-таки подмога из Индустриального УВД.

Прикрывшись пластиковыми щитами, грамотно распределив цели, полиция с ходу вступила в бой. Первыми выбили лучников и арбалетчиков. Поток свинца, не замечая активного полыхания и противодействия защитных амулетов, снес этих уродов. Потом в толпу мертвяков полетели светошумовые гранаты, после чего ослепших и оглохших зомбаков перестреляли как куропаток. Гремя щитами, передовой отряд нацелился на магов в юбках и даже успел сократить поголовье стрелков. Пространство перед магами заполонили клубы слезоточивого газа, но на этом успехи служителей закона закончились. Маги разозлились… Земля перед стражами порядка вздыбилась, образовав пятиметровый вал, преодолеть который не было никакой возможности; вдогонку, в центр построения бухнулся и разлетелся нефтяными маслянистыми кляксами-брызгами черный шар. Те, на кого попала эта мерзость, умерли через минуту, и смерть их была не из легких. Некоторые поседели, слушая крики умирающих. У людей словно кожу заживо снимали, присыпая обнаженные участки солью… Отгородившись валом, песьи головы, к которым тоже прибыло подкрепление из двух особей, отличавшихся от любителей юбок высокими шапками, напоминавшими головные уборы чудо-богатырей фельдмаршала Суворова, скастовали огненное облако. Против такого аргумента полиция оказалась бессильна. Перед людьми разворачивалось наглядное пособие того случая, когда технология пасовала перед магией. Удар магической мухобойкой по площади перекрывал комариные огнестрельные укусы полиции. Лучшим решением в сложившейся ситуации оказалось отступление с занимаемых позиций. Ну как отступление… быстрый бег не дал людям поджариться. Вместе с отступающим подкреплением пятились назад остатки омоновцев и четверо хламидников. Уцелевший в бойне капитан Брагин прихрамывал на левую ногу, а его левая рука ниже локтя нехорошо раздулась. Любой медработник с мало-мальским опытом мог с легкостью констатировать скрытый перелом лучевой кости. Жив ли майор Еремеев, Вадим не разглядел, да и некогда было всматриваться. Игры закончились, стороны перешли к применению тяжелой артиллерии…

Благодаря отряду полиции, разгромленному на глазах упыхавшегося до полусмертельного состояния парня, ему была дарована еще одна, нужная, как воздух, короткая передышка. Вадим не строил иллюзий: он – следующая цель ублюдков. Свою жизнь Белов ценил очень высоко, не соглашаясь продавать ее задешево. Раз песьи морды заняты на других фронтах, то стоит приложить все силы, чтобы кое-кому жизнь не казалась медом, ведь ему, в отличие от полиции, не дадут отступить. Раз так, то…

– …все по местам, последний парад наступает… – пропел Вадим, опустошая доселе бережно хранимый внутренний резерв.

Пока псоглавцы заняты улепетывающими простыми смертными с «кусачими» заскорузлыми палками в руках, ему представилась возможность нанести один-единственный удар, на который твари не успеют среагировать в полной мере. Один-единственный, другого шанса не будет, и… он поставил на скакуна черной масти.

Иван Брагин, осторожно наступая на носок, стараясь как можно меньше нагружать левую ногу, пятился от раскаленного марева, постоянно оглядываясь на одинокую фигуру высокого парня, волчком мечущуюся среди ярких и темных вспышек. Игра со смертью завораживала, притягивала взгляд. На краткий миг вертлявый силуэт застыл монолитом на изрытой воронками площади перед цирком. Краткое мгновение, словно быстрая муха, пролетело резвее, чем Иван успел моргнуть. Только что стоявший сусликом Белов вновь пришел в движение. От рук доморощенного мага отделилось светлое пятно, которое, разрастаясь, полетело в сторону монстров, вооруженных посохами. Один из пришельцев лениво взмахнул своей палкой – не подействовало, по округе разнесся скрежещущий звук, будто на площадь, грохоча гусеницами и глухо рокоча движком, выкатился мощный бульдозер. Псоглавцы всполошились не на шутку, поддержав соплеменника активными жестами оружных рук. Бесполезняк. Белое пятно, скрутившееся в огненное колесо, перло напролом, в труху перемалывая крупную плитку, булыжники, строительный мусор с железобетонными блоками, разнося в хлам земляные валы, вырастающие на пути, и продавливая магические щиты. Во все стороны летели комья земли, фарш из перемолотых тел зомбаков и псоглавцев, острая крошка расколотой на мелкую фракцию щебенки, обрезки металлической арматуры, над всем рукотворным хаосом поднимались клубы пыли.