Сара Маас - Королева теней

Женщина сошла со ступенек и, надо отдать ей должное, не сделала глупых попыток дотянуться до своего оружия, скрытого под плащом. Учитывая, что Аэлина стояла впритык к ее спине, подобная затея все равно ничего бы не дала. Телохранительница лишь сглотнула, слегка дернув горлом, отчего лезвие еще больнее впилось ей в гладкую кожу.

– Я веду тебя к капитану, – сказала она.

Аэлина еще немного усилила нажим на кинжал:

– Твои слова не убеждают мою руку. Ей так и хочется полоснуть кинжалом по твоему горлу.

– Три недели назад капитан сложил с себя обязанности командира королевских гвардейцев и вскоре бежал из замка. Он примкнул к нашему делу. К повстанческой борьбе.

Аэлина ощутила слабость в ногах. У нее подгибались колени.

Похоже, ей следовало включить в «круг своих интересов» не только короля и Аробинна, но еще и мятежников, гордо именующих себя повстанцами. Они наверняка захотят поквитаться с нею за убийство Аркера Фэнна. Этого куртизана, оказавшегося предателем, Аэлина убила прошлой зимой. То, что Шаол примкнул к мятежникам, ничего не меняло.

Эту мысль Аэлина прогнала сразу же, не дав ей разрастись.

– А что с принцем?

– Жив, но по-прежнему в замке, – хрипло ответила женщина. – Этого тебе достаточно, чтобы освободить мое горло от соседства с твоим кинжалом?

Да. И нет. Если Шаол теперь заодно с мятежниками… Аэлина опустила кинжал и отошла, встав в круг лунного света, льющегося сквозь решетку.

Телохранительница резко обернулась. Ее рука скользнула под плащ, схватившись за оружие. Аэлина прищелкнула языком. Пальцы женщины замерли на поблескивающем эфесе.

– Я решила сохранить тебе жизнь, а это – твоя благодарность? – насмешливо спросила Аэлина, откидывая капюшон. – Удивлена, хотя… тут нечему удивляться.

Мятежница – так теперь Аэлина мысленно называла эту женщину – убрала пальцы с эфеса и тоже откинула капюшон. На ее миловидном и в то же время суровом лице не было ни капли страха. Темные глаза внимательно следили за Аэлиной. Кто она? Союзница или враг?

– Объясни, зачем ты здесь, – тихим голосом попросила мятежница. – Капитан говорит, что ты на нашей стороне. Но сегодня в «Склепе» ты почему-то пряталась от него.

– Прежде всего я хочу знать твое имя. – Аэлина прислонилась к сырой стене.

– Мое имя тебя не касается.

– Вот как? – приподняла одну бровь Аэлина. – Ты хочешь получить ответы, но почему-то не спешишь отвечать на мои вопросы. Неудивительно, что он оставил тебя подпирать столб. Трудно играть, когда не знаешь правил игры.

– Я слышала про случившееся той зимой. Ты ворвалась в здание, где скрывались наши, и многих убила. Ты убивала повстанцев, моих друзей.

Невозмутимое лицо женщины – а может, просто маска – слегка вздрогнуло.

– Поэтому мне не очень-то верится, что ты заодно с нами. Прости, но я не могу быть с тобой прямой и открытой.

– По-твоему, я должна была дружески хлопать по плечу тех, кто похищает и истязает моих друзей? Или мне нужно было посмеяться, когда я получила записку с угрозой их убить? Может, и того отъявленного мерзавца, зверски убившего мою лучшую подругу, я тоже должна была слегка пожурить и отпустить, а не вспарывать ему брюхо? – Она подошла к женщине. – Прикажешь извиняться за содеянное? Или ползать на коленях, умоляя о пощаде?

Лицо мятежницы оставалось бесстрастным. Возможно, ее хорошо научили владеть собой. А может, она от природы была ледышкой.

– По-моему, мы напрасно теряем время, – усмехнулась Аэлина. – Лучше отведи меня к капитану. Заодно спросишь, каково ему было, когда его скрутили и притащили в ваше логово.

Женщина взглянула в темноту и покачала головой.

– Если бы не твои игры с кинжалом, я бы еще раньше тебе сказала, что мы уже пришли. – Она махнула в сторону темной части туннеля. – Добро пожаловать.

Аэлине вдруг захотелось схватить женщину за плечи и несколько раз хорошенько ударить о грязную влажную стену, показав, что та имеет дело с королевской защитницей. Но в этот момент ее уши уловили чье-то хриплое дыхание, доносившееся из темноты. Человеческое дыхание. Затем послышались приглушенные голоса.

Аэлина слушала. Судя по шагам, сюда шли люди. Кто-то шепотом требовал поторапливаться. Другой велел успокоиться. Аэлина напряглась всем телом, услышав третий голос:

– У нас всего двадцать минут до отплытия корабля. Шевелитесь!

Этот голос она узнала.

И все же едва удержалась, чтобы не вскрикнуть, когда из темноты появился Шаол Эстфол. Вместе со спутником они вели, а точнее, волокли хромого, отощавшего человека. Еще один мятежник, вооруженный, шел сзади, прикрывая их со спины.

Еще издали капитан увидел Аэлину. Дальше он шел, не спуская с нее глаз.

И не улыбался.

Раненых было двое. Одного тащили Шаол со спутником, второго – еще двое. Их лица Аэлина видела впервые. Процессию замыкали двое мужчин и женщина. Охрана.

Женщину они отпустили едва заметным кивком. Та снова исчезла в темноте.

Остальные молча прошли мимо Аэлины, не опуская оружия. У всех на одежде она заметила пятна крови. Красной и черной, которую знала очень хорошо. И двое тех, в ком жизнь едва теплилась.

Этот взгляд изможденных, опустошенных глаз тоже был ей хорошо знаком, как и пустые, ничего не выражающие лица. На Вендалине она появлялась слишком поздно и не могла помочь жертвам демонов. Однако Шаол со спутниками непонятным образом сумели вырвать этих двоих. У Аэлины свело живот. Значит, мятежница, приведшая ее сюда, следила за безопасностью пути, по которому вели спасенных.

Вопреки предположениям Аробинна, валги обитали не только внутри королевских гвардейцев. Где-то в подземелье прятался демон более высокого ранга. Скорее всего, демон-принц. Вот откуда эта странная темнота и мертвая тишина. Подумав об этом, Аэлина мысленно выругалась. И Шаол был…

Раненый, которого вели Шаол со спутником, больше не мог идти. Его пришлось нести. Чем ближе они подходили к Аэлине, тем отчетливее она видела лицо Шаола. У него была ранена нижняя губа. Из уголка рта сочилась кровь. Они не просто шли сюда. Они пробивались с боем.

– Как все это понимать? – шепотом спросила Аэлина у мятежницы.

– Мне не приказывали давать тебе объяснения.

Аэлина не решилась допытываться. Особенно в присутствии Шаола. Его бронзовые глаза округлились, когда он увидел кровь на плаще Аэлины.

– Ранена? – хрипло спросил он.

Аэлина молча покачала головой… Боги! Боги милосердные. Сейчас, увидев лицо Шаола… Он почти не изменился. То же грубоватое мужское обаяние. Лишь загара добавилось на лице, да и само лицо чуть вытянулось. В остальном это был прежний Шаол. Человек, которого она любила, пока… пока все не начало стремительно меняться.