Ян Линдблад - Мир Книги джунглей

По словам же Панвара, именно опыты Шаллера с тиграми и домашними буйволами создали опаснейшую ситуацию для немногочисленной популяции барасинг. Когда Шаллер в мае 1965 года прекратил свои эксперименты, в районе мест кормления насчитывалось по меньшей мере две тигрицы, одна — с одним тигренком, другая — с четырьмя, причем все детеныши благополучно выросли (что вряд ли было бы возможно без щедрого подкармливания, организованного Шаллером). Если добавить единственного, как считал Шаллер, на данной территории взрослого самца, в районе обитания барасинг находилось восемь здоровых тигров! Зависимость от травостоя достаточно прочно привязывала оленей к не столь уж обширным кормовым угодьям в центре Канхи, а потому с наступлением темноты им не было спасения от искусственно привлеченных в эти места хищников. Считается, что взрослый тигр в диком состоянии потребляет в год более двух тонн мяса… Давление было чересчур велико, и все говорило за то, что барасинги обречены.

После отъезда Шаллера даже рассматривалась возможность отстрела тигров! Как ни плохо это вязалось с усилиями по их охране…

Возглавив в Канхе мероприятия, предусмотренные «Операцией Тигр», Панвар первым делом принял решение, подкупающее своей очевидностью: он стал подкармливать тигров в двух различных точках за пределами оленьей территории. И добился желаемого — барасинги наконец-то обрели покой. Возрождение популяции пошло так быстро, что впору говорить о чуде: ныне она насчитывает свыше 300 особей, тогда как после Шаллера их оставалось около четырех десятков.

Если тигров по сей день подкармливают, то прежде всего затем, чтобы численность барасинг достигла цифры, обеспечивающей выживание подвида. Заодно другим оленям и не только им — всем диким копытным, составляющим добычу тигра, — представилась возможность обрести оптимальную и желаемую для данной местности численность. Поскольку Индия кишит тощими буйволами, а поголовье диких животных чудовищно сократилось под воздействием человека, вполне оправданно стремление помочь выжить тигру и копытным, тогда как чрезмерная численность буйволов непременно должна быть сокращена. Кстати, сегодня на корм идут буйволы, которые по своему физическому состоянию уже обречены. Они продаются дешево на аукционах; некоторые околевают еще по пути в Канху. И все же многие считают варварским такой метод, когда приносится в жертву «невинное» животное. Стоит, однако, учитывать, что каждый трехсоткилограммовый буйвол, достающийся тиграм, спасает жизнь по меньшей мере двум барасингам, Или четырем аксисам… Санкхала в своей книге подсчитал, что годичная норма одного тигра — около 70 аксисов. Это предполагает наличие минимум 350 плодовитых особей, иначе популяция постепенно сойдет на нет. Выходит, для шести десятков тигров Канхи нужна популяция, насчитывающая 21 тысячу аксисов или 4—1168 соответствующее количество особей других видов. До этого еще очень далеко… В 1978 году учет численности аксисов дал цифру 15 тысяч.

Что до психического стресса, который нам с нашим богатым воображением, возможно, представляется чрезмерным, то заметки Шаллера показывают, что привязанные копытные ему не подвержены. Описанный им буйвол спокойно жевал свою жвачку, весьма довольный тучным пастбищем и тем, что избавлен от повседневного труда в ярме. Его мозгу чужды какие-либо мысли о надвигающейся опасности, пока она не проявилась реально, а переход на тот свет при быстрой атаке тигра, наверное, совершается намного легче, чем когда в других районах мира загоняют стадо коров на бойню, где вся обстановка необычна для жертв и где пахнет кровью и смертью. Шаллер рассказывает, как привязанный буйвол, на которого набросилась тигрица с почти взрослыми тигрятами, отбился от них рогами и, хотя ему крепко досталось от когтей неопытных юнцов, спокойно продолжал пастись все утро, окруженный своими врагами.

Каждый день из деревни Канха под вечер выходит старик, ведя тощего буйвола к месту его заклания; одновременно к второй точке ведут другого буйвола. Чаще всего буйволы утром возвращаются в деревню, не дождавшись исполнения смертного приговора. Было бы неверно думать, будто тигры Канхи всецело зависят от привязанных буйволов. К тому же такая зависимость вредно сказалась бы прежде всего на молодых хищниках, мешая им приобрести навыки активной охоты. Подкармливая тигров, Панвар обеспечивает им возможность выжить, когда сами они не в состоянии прокормиться охотой. Беременной, отяжелевшей тигрице приходится довольно трудно перед родами; что до тигрят, то в нормальных условиях из всего помета только один или два достигают зрелого возраста. Так что подкармливание укрепляет тигриную популяцию и ослабляет давление на диких копытных. Конечно, тигры убивают и аксисов, и других копытных, однако я уверен, что жертвами в основном оказываются больные или травмированные особи. Как-то раз я приметил в стаде аксисов сильно хромающего оленя. Видел я его и на другой день, но потом он исчез. В суровой игре действует правило, по которому выживают только физически крепкие особи. Часто больное животное само отделяется от стада; на Шри-Ланке я наблюдал, как леопард под вечер издали взял на примету отбившегося оленя и с наступлением сумерек зарезал его.

Мы снимали, так сказать, фон, на котором развертывается тигриное бытие, — взаимопомощь лангуров и сказочно красивых аксисов, статных барасинг, стройных гари, обихаживающих свой гарем, маленькие группы гауров на косогорах и прочую живность. Вот только сами тигры заставляли себя ждать…

Шаллеру удалось пронаблюдать за тигрицей с тигрятами с того времени, когда мать впервые начала брать детенышей в свои вылазки, и до той поры, когда тигрята стали почти самостоятельными. Какая прекрасная возможность подробно запечатлеть на документальных кадрах социальное поведение тигра осталась неиспользованной! Как бы вы ни полагались на свое восприятие той или иной ситуации и способность описать ее словами, ничто не сравнится с документальностью хорошо снятого звукового фильма. Такие ленты — инструмент точного научного исследования; ведь каждая деталь может изучаться различными специалистами после того, как миновала данная ситуация и давно уже нет на свете ни отснятых животных, ни самого оператора.

К сожалению, мы попали в Канху в не столь благоприятное время. Правда, в районе, где происходит кормление, была одна тигрица, но без маленьких тигрят. Сопровождавший ее детеныш — юная самочка — достиг уже двухлетнего возраста, когда зависимость от матери кончается. Вместе они совершали большие переходы и лишь изредка приближались к центральному району Канхи, где находились кормовые угодья барасинг, защищенные буферной зоной с привязанными буйволами. На другой «кормопункт» наведывался за подношением очень крупный самец, но это случалось редко.