Дэвид Гиббинс - Последнее Евангелие

— Я точно знаю где! — победоносно воскликнул Джек. — Пошли. Пора выбираться. Вряд ли ты захочешь услышать об этом в темноте.

— Вас понял.

Прищурившись, Костас недоверчиво посмотрел на друга. Потом тяжело поднялся. Оба развернулись и осторожно начали спускаться по вырезанным в скале ступенькам. Оказавшись на площадке посередине спуска, друзья надели кислородные баллоны и одновременно посмотрели на вход в тоннель, где исчез нападавший. Вода там поднялась очень высоко, течение еще больше усилилось, так что пройти там не представлялось возможным. Друзья продолжили путь. Спустившись на пол пещеры у кромки воды, они проверили дыхательную систему и только потом опустили забрала шлемов.

Костас старался не смотреть на проход, ведущий к жуткому скелету в священной пещере. А Джек на секунду замер как зачарованный, осознав вдруг всю важность сделанного ими открытия. Даже перспектива вновь очутиться в Большой Клоаке пугала не так сильно. Теперь это выход из подземного мира, а не портал в неизвестность!

Костас поднял обе руки, чтобы опустить маску, и внимательно посмотрел на Джека:

— Мы все больше и больше начинаем понимать старину Клавдия, верно?

— Теперь он наш лучший друг! — ответил с улыбкой Джек. — Похоже, нам предстоит пройтись по всем главным его достижениям. У меня такое ощущение, что он наблюдает за нами. Там, наверху, я чувствовал его присутствие, будто его дух помогал нам.

— Получается, он не доверял Плинию?

— По-моему, он доверял ему как другу, он знал, что любопытство ученого может сыграть с ним плохую шутку. Если бы Плиний не погиб во время извержения Везувия, уверен, он бы вернулся сюда и вскрыл сосуд. Поэтому Клавдий придумал для него загадку. Пророчество Сивиллы. Только вот никто из них не знал, что Везувий изменит все планы. Вощеный диптих пролежал непрочитанным почти две тысячи лет с того дня, когда Плиний спрятал его в расщелине.

— Подожди, когда мы найдем его.

— Мне кажется, Клавдий на это и рассчитывал — чтобы загадку разгадал не Плиний и не любой другой римлянин, а далекий потомок, тот, кто смог бы понять скрытый смысл и найти сокровище, когда угрозы уже не будет.

— Жаль, он не учел, что угроза останется, — пробурчал Костас. — Ну что? Куда мы теперь?

Джек ничего не ответил, только виновато посмотрел на друга.

— Я так и знал! — Костас обреченно вздохнул. — Я так и думал! Опять под землю.

— Надо же найти потерянную богиню.

Уже через сутки Костас шел следом за Джеком мимо величавого собора Святого Павла в Лондоне по запутанному лабиринту улочек и аллей, составляющих центр старого города. Прошлую ночь археологи провели на борту «Сиквеста II» в Средиземном море и прилетели в лондонский аэропорт рано утром. Джек первым делом встретился с Беном Кершоу — начальником безопасности ММУ. Необходимая мера после инцидента в Риме во время секретной археологической экспедиции, которая совершенно изменила ход дальнейших событий. Пока осуществлялись поиски, пока противник понимал, что в Риме археологи обнаружили всего лишь подсказку, Джек чувствовал, что они в безопасности. Судьба человека, целившегося в голову Джека под Палатинским холмом, так и осталась неизвестна. Хотя маловероятно, что ему удалось выжить в Большой Клоаке без кислородного баллона. Сложно поверить, что итальянцы продолжили преследование в Лондоне. Тем не менее Джек не отметал и такой возможности. Было решено не привлекать лишнего внимания. Бен с двумя подчиненными постарается постоянно находиться рядом, на случай если появится нежелательный гость, как тогда, в древней пещере под Римом.

— Добро пожаловать в солнечный Лондон! — пошутил Костас, не успев отскочить от спешащих мимо черных кебов — поток грязной воды обрушился ему прямо на брюки.

И Костас, и Джек оба были одеты в куртки с водонепроницаемым покрытием «Гортекс», на головы накинуты капюшоны. Костас к тому же неумело прикрывался зонтом.

День начался прекрасно — с утра светило солнце. А потом заморосил дождь и продолжался с перерывами до самого вечера.

Костас громко шмыгнул носом и чихнул.

— Так, значит, сюда Клавдий привез свою драгоценную тайну. Не близкий путь из Иудеи!

— Ты будешь удивлен, — Джек постарался перекричать гул уличного движения, — но первые христиане в римской Британии были уверены, что имеют прямую связь со Святой землей, не тронутой римлянами!

— Мы сейчас находимся на территории римского Лондона?

— Только что вступили. Лондонский Сити, современный финансовый район, — по сути, средневековый город, построенный на руинах римского Лондиниума. Границы римских стен можно до сих пор проследить по тому, как расположены улицы.

— Римлянам это место наверняка показалось болотом! — сказал Костас, шлепая по лужам за Джеком. — Неужели кому-то захотелось сюда перебраться?!

— Посмотри на лица вокруг, — продолжал Джек, пробираясь сквозь толпу людей, спешащих кто куда. — В римский период Лондон был таким же космополитическим городом. Основанный ради торговли, он стал центром притяжения купцов со всех уголков империи. — Повернув налево, Джек перешел через дорогу, маневрируя между еле ползущими машинами, и повел Костаса вверх по улице. — Правду говорят, что кельтское прошлое наложило на Великобританию определенный отпечаток, отличающий ее от остального римского мира и в определенной степени пугающий его. Римским торговцам, вольноотпущенникам и вышедшим на пенсию солдатам это место вовсе не казалось грязным болотом. Здесь они могли обрести богатство и социальный статус, о котором и не мечтали в Риме.

— И одним из них был Нарцисс — вольноотпущенник Клавдия. Ты к этому ведешь? — спросил Костас.

— Точно. Возможно, он никогда не жил здесь. Но британские свинцовые слитки с его именной печатью, которые мы обнаружили на месте крушения корабля святого Павла, доказывают, что Нарцисс проявил себя в новой провинции довольно прозорливым инвестором.

— Итак, Клавдий завоевал Британию. — Костас заморгал, задрав голову вверх — моросящий дождь все усиливался, — и натянул капюшон по самый нос. — Как можно было бросить Италию, ума не приложу!

Вытерев воду, струйками бежавшую по лицу, Джек перешел на другую сторону. Вот и Лоренс-лейн, ведущая к средневековой ратуше — Гилдхоллу.

— Клавдий приехал сюда с определенной целью, — сказал Джек. — Вопрос чести семьи. Император действовал согласно принципам предков, продолжи их дело. Почти за сто лет до Клавдия его дядя Юлий Цезарь высадился со своими воинами на территории Британии в самом конце кампании по захвату Галлии. Скорее, это была простая демонстрация силы, а не завоевание в чистом виде. Своеобразный пример древней дипломатии канонерок, чтобы показать бриттам, что переходить на другую сторону Ла-Манша не стоит.