Иван Дроздов - Славянский котел
- Название:Славянский котел
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2006
- Город:Санкт-Петербург
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Иван Дроздов - Славянский котел краткое содержание
Роман посвящён острейшим проблемам современного славянского мира.
Славянский котел - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Да, да, конечно, — обрадовался Борис. — Только так я и буду говорить.
Простаков пробудился от сильного толчка снизу и услышал, как затихает рокот винтов над головой. Иван Иванович пригласил его выйти из вертолёта. Был вечер, на мачтах и каких–то трубах корабля горели фонари, вокруг раздавался плеск волн. Иван Иванович в сопровождении офицера в морской американской форме повёл его вдоль борта и вскоре показал на дверь каюты. Борис ничему не удивлялся, ни о чём не расспрашивал, и спал на подвесной койке сном младенца до утра. А утром к нему пришли врач–психолог и Иван Иванович и предложили умыться, побриться и привести себя в порядок. И затем вывели на боковую палубу, поднялись по винтовой лестнице наверх, и здесь Иван Иванович, тронув его за рукав, сказал:
— Вас пригласил командир крейсера, он же командующий эскадрой, известный в Америке адмирал. Будьте сдержанны, не раскрывайте наших секретов.
Простаков пожал плечами:
— А у нас с вами и нет никаких секретов. Вы можете не беспокоиться.
В просторной кают–компании за столом сидел офицер, очевидно, адмирал; он склонился над листами бумаг и не сразу поднял глаза на вошедшего. А когда увидел Простакова, откинулся на спинку стула и загудел трубным голосом, — и, кажется, немного по–русски:
— Вы?.. Вы есть учёный? А?
Простаков заговорил на вполне приличном английском языке; он после института был на практике в Америке, год работал в лаборатории Бостонского университета и там поднаторел в английском:
— Не трудитесь, господин адмирал, я говорю по–английски.
— О-кэй, майн гот, вы есть тот самый учёный, которого, как зайца, надо было где–то ловить и тащить в Штаты?..
Адмирал вышел из–за стола, и тут Борис увидел перед собой настоящего великана. Большая голова с шапкой русых волос ладно сидела на могучих плечах, а сжатые кулаки точно двухпудовые гири висели по бокам. Словно железную лопату, положил адмирал на плечо Бориса правую ладонь.
— Парень, ты недавно вылез из детской коляски, а уже что–то изобрёл. Сколько тебе лет?
— Скоро будет двадцать шесть.
— О!.. Ему двадцать шесть! А я разменял шестой десяток и до сих пор не придумал пороха. Двадцать шесть, да ещё не полных! Ты, должно быть, не знаешь, какое это счастье быть молодым? А?.. Возраст почти щенячий, а уже сделал такое, чего нет у нас в Штатах. Ты, наверное, хочешь, чтобы я в это поверил?..
Командир крейсера снова ударил Бориса по плечу и легонько толкнул от себя, словно хотел со стороны лучше разглядеть его.
— Я знал, что русские могут выкинуть мудрёный финт, но чтобы в таком возрасте напугать Америку!.. Ну, ладно. Мы сейчас будем с тобой завтракать и ты между делом расскажешь, что да как и для чего ты там что–то изобрёл. Признаться, я плохо знаю русских ребят, но мне говорили, что ваш брат любит заложить за воротник, а когда на войне надо было идти в атаку, они становились сумасшедшими. Сейчас нас пугают какой–то там вашей ракетой, но, признаться, я не верю в ракеты. Одна из сотни может куда–то попасть, а остальные полетят мимо. Носатые парни в чёрных ермолках… ну, те что у нас и у вас залезли во все телестудии, развели много паники. Американский оболтус, — а у нас даже в Белом доме сидят оболтусы, — уже не может понять, кто чего хочет и зачем мы вообще живём на свете. Ты, парень, скажи мне: это правда, что и у вас там в России в телеящике сидят ребята в иудейских ермолках?.. Если это так, то ваше дело труба, как, впрочем, и наше. Эти самые врали и мошенники из белых могут сделать чёрных, а из чёрных жёлтых, то бишь китайцев. Японцы на что большие хитрованы, но и они против картавых бессильны. Мне доложили, что ты биолог и преуспел в изучении всяких мелких тварей, — не скажешь ли ты, из каких таких частиц составлены мозги этих шустрых голов, если они умеют так ловко дурачить людей? Ну, ладно, не будем говорить об этом сейчас, а лучше посмотрим, что там соорудил на завтрак наш кок.
Два матроса принесли еду, питьё, и адмирал пригласил Бориса к столу. Он разлил по фужерам вино и предложил выпить «за хорошее житьё на Змеином острове».
— Впрочем, теперь наш остров всё чаще называют Русским. Раньше на острове жили одни змеи, а с некоторых пор там поселились и люди. А уж в наши дни там всё больше становится русских, сербов, словаков и прочих славян. А потому мы и назвали свой остров Русским. Здесь неподалёку были у нас маневры, и вот… я развернул свой крейсер в сторону острова, где у меня дом, а весь остров принадлежит моей племяннице. Она дочь губернатора и весьма строптивая девица. Пожалуй, это единственный человек, который имеет надо мной власть. Тебе придётся с ней работать. Боюсь, как бы ты не потерял голову от её красоты. Она хороша, как сто Венер, но никого не любит и даже будто бы всех презирает. А эти ребята, которые вас пасут, — разве они вам не рассказали, куда и зачем они вас везут? Но вы не бойтесь змей, они не жалят того, кто не наступит им на хвост. Человекам тоже хорошо бы у них научиться не трогать того, кто не наступает на хвост. Но у нас для этого ума не хватает. Мы недавно наступили на хвост Югославии, а теперь вот ни с того, ни с сего стали кидать бомбы на Ирак. А зачем мы это делаем, — до сих пор понять не можем. У нас, видишь ли, президент немножко того… малохольный. Ваш президент вечно под мухой, а наш хотя и бывает трезв, но и он может отмочить любую глупость. Президенты и короли частенько бывают такие. Впрочем, я лично не знал ни одного короля.
Адмирал расправился с вином, выпил воды и придвинул к себе тарелку с большой котлетой и сложным гарниром, по краям которого красовались две ядрёные помидорины. Борис украдкой кидал взгляды на его лицо и не мог понять, какой он национальности. Американцы по большей части все смуглые, чернобровые и тёмноглазые; в них много понамешано от негров, арабов и ещё каких–то шоколадных и белозубых людей — этот же был весь светлый, и даже очень светлый. Его рискованная откровенность поражала. С Борисом он говорил так, будто был с ним тысячу лет знаком. И, конечно, не верил ни в какие–то там его открытия, и вообще, казалось, он не верил ни во что на свете. Борис и сам не понимал, о каком оружии он говорит, полагал, что адмиралу что–нибудь не так о нём рассказали, и не считал нужным его разуверять.
Вошёл офицер и доложил, что крейсер в квадрате, из которого надо возвращаться на базу.
— О, кэй! Пусть заводят «Кузнечика».
Кузнечиком он называл вертолёт.
Через несколько минут они уже были в воздухе, а ещё через четверть часа показались берега Русского острова. Но вот на фоне яркой зелени возник силуэт Белого дома. Борис смотрел на него равнодушно. Не возникало никаких предчувствий, на душе было светло и покойно. Как человек православный, он верил в промысел Божий и знал, что от судьбы своей никуда не уйдёшь.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: