Карл Май - Том 10. Завещание Инки
- Название:Том 10. Завещание Инки
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Карл Май - Том 10. Завещание Инки краткое содержание
Том 10. Завещание Инки - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Вот как делаются эти сапоги. С задних ног забитой лошади снимается шкура, при этом обходятся без единого надреза; еще теплую, ее кладут в горячую воду, чтобы легче было счистить с нее жесткий волосяной покров. Пока эта кожа еще влажная, ее натягивают на икры ног, как чулки. Когда кожа высыхает и по мере высыхания твердеет, она превращается в нечто необычайно прочное. Сапоги гаучо прекрасно защищают его икры и верхнюю часть ступней, но пальцы ног и ступни оставляют неприкрытыми. Человек в такой обуви одновременно и обут, и босиком, но здесь надо учитывать то обстоятельство, что гаучо почти не ходят по земле, разве что внутри своей хижины или палатки… Конструкция стремени гаучо весьма своеобразна, под стать обуви: в него помещается только большой палец ноги. Зато шпоры просто огромны.
И в этом маленький гаучо был верен традиции — на пятках у него при каждом шаге погромыхивала пара массивных шпор, или, вернее сказать, небольших колес. На макушке его головы красовалась серая фетровая шапочка с кисточкой, а под ней был повязан красный шелковый платок, концы которого он обмотал вокруг шеи. Такие платки спасают и от палящего зноя, и от пыли, а кроме того, очень эффектно развеваются во время скачки. Разумеется, как всякий гаучо, малыш был вооружен: за шарф на поясе у него были заткнуты длинный нож и пистолет, а на широком ремне, перекинутом через плечо, висела двустволка, длиной почти в рост своего владельца. Но было в облике миниатюрного „пастуха из пампы“ одно, и весьма странное, нарушение традиционного облика его собратьев по профессии: в руках он держал две книги. Ну были бы это дешевые примитивные книжонки из тех, что продаются для развлечения людей малокультурных и полудиких, — еще куда ни шло, хотя среди гаучо грамотных людей раз, два и обчелся, но нет, он держал солидные многостраничные фолианты в добротных кожаных переплетах. Это были издания кайзеровской Академии естественных наук в Берлине — труды д'Альтона и Вайса.
Эти-то книги и заставили всех посетителей кафе „Париж“ уставиться на маленького гаучо, как на какую-нибудь невиданную доселе диковину. Подумать только: гаучо с книгами! Такого еще никогда и никому видеть не приходилось. Но всеобщее внимание нисколько не смутило этого редкого книголюба. Он очень приветливо произнес, обращаясь ко всем сразу: „Добрый день!“ — и, заметив освободившийся столик, уверенно направился к нему. Усевшись, тут же открыл одну из своих книг и стал как ни в чем не бывало листать ее, время от времени задерживаясь на какой-нибудь странице глазами.
Пробежавший было между столиками шепот сменился глубокой тишиной. Малыш, казалось, загипнотизировал сразу всех посетителей кафе. Но было похоже, что он даже не заметил того, какое впечатление произвел, и спокойно занимался своим делом, не поднимая головы, не реагируя даже на постепенно вновь разгоревшиеся вокруг него споры по поводу предстоящей корриды. К нему подошел официант. Выяснилось забавное совпадение: официант был одного роста со странным маленьким гаучо.
— Чего изволите? — спросил официант.
— У вас имеется пиво? Я хотел бы выпить „церевизии“, как оно именуется по-латыни.
— Да, сеньор, пиво у нас есть, по цене шесть бумажных талеров [10] Бумажный талер — под «талером» в европейских государствах, где говорят на немецком языке, понимались серебряные монеты, курсировавшие в XV–XIX вв. В Англии, а потом и в Северной Америке слово «талер» употреблялось как синоним слова «доллар», здесь речь идет как раз о долларах США.
одна бутылка.
— Принесите мне бутылку, или „ампулу“, а также „лагену“ по-латыни.
Официант с большим удивлением взглянул на странного посетителя, пересыпавшего обычные фразы ученой латынью, но вслух своего удивления выказывать не стал, молча принес бутылку и высокий стакан и наполнил его. Маленький гаучо, однако, не стал немедленно пить пиво: все никак не мог оторвать своих глаз от книги. Однако его прилюдное уединение вскоре было нарушено. И сделал это не кто иной, как все тот же недавний возмутитель спокойствия Антонио Перильо. Подойдя к малышу, он вкрадчиво произнес:
— Прошу прощения, сеньор, но мы, кажется, знакомы.
Гаучо наконец оторвался от книги, встал со своего стула и вежливым тоном ответил:
— Мне очень жаль, сеньор, но я должен вас разочаровать. Вы ошиблись, мы с вами не встречались.
— Понятно. Очевидно, у вас есть причина меня не узнавать. Но я ее не знаю, так что, может быть, вы соблаговолите объяснить мне, в чем состоит эта причина?
— Причина? По-латыни „кауза“, кажется? Впрочем, сейчас это не важно. Гораздо важнее то обстоятельство, что я вас действительно не знаю.
— Но я уверен, что мы уже встречались с вами раньше, правда, не здесь, а в верховьях Ла-Платы.
— Но я никогда там не был, уверяю вас, сеньор! Я вообще всего неделю в Аргентине и за это время еще ни разу не покидал Буэнос-Айреса.
— Но могу я, по крайней мере, узнать, кто вы, собственно, будете и где в таком случае находится ваш дом?
— Мой дом — в Ютербогке, или Ютербоге, а также Ютербокке, выбирайте тот вариант названия моего родного города, который вам больше по душе. Я не возьмусь утверждать, какой из них верный, но сам склоняюсь больше к варианту „Ютербогк“, потому что окончание этого названия объединяет в себе два других его варианта — „бог“ и „бокк“.
— О вашем родном городе мне никогда не приходилось слышать. Будьте добры, скажите, как вас зовут?
— Охотно. Моргенштерн. Доктор Моргенштерн.
— А чем вы занимаетесь?
— Я ученый, или, точнее говоря, исследователь-одиночка.
— И что вы исследуете?
— Я зоолог, сеньор. А в Аргентину прибыл для того, чтобы разыскать останки глиптодонтов, мегатериев и мастодонтов [11] Глиптодонты — ископаемые млекопитающие кайнозойского (см прим 11) времени, родственные современным броненосцам; их тела были покрыты костным панцирем. Мегатерий — род ископаемых млекопитающих, гигантский наземный ленивец, имели массивное туловище — длиной до 6 м. и короткие ноги, были травоядными. Мастодонты — ископаемые млекопитающие из группы хоботных, сходные с современными слонами; вымерли уже в современную геологическую эпоху.
.
— О, да я и слов-то таких никогда не слышал!
— Я имею в виду доисторических гигантских броненосцев, ленивцев и слонов.
Лицо эспады вытянулось. В полной растерянности и недоумении он спросил:
— Вы это серьезно, сеньор?
— Да, я нисколько не шучу.
— И где же вы собираетесь искать этих зверей?
— Ну, разумеется, среди животных, обитающих в пампе. Еще неизвестно, все ли из них исчезли во время деливиума.
— Деливиума? А, сеньор, я понял: вы говорите со мной на этом языке, чтобы дать мне тем самым понять, что я вам мешаю…
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: