Платон - Избранные диалоги

Критон.Верно.

Сократ.Значит, хорошие мнения нужно ценить, а дурные не нужно?

Критон.Да.

Сократ.Но хорошие мнения — это мнения людей разумных, дурные — неразумных?

Критон.Как же иначе?

{B} Сократ.Ну а как бы мы решили такой вопрос: человек, занимающийся гимнастикой, обращает внимание на любое мнение — и похвалу и порицание — всякого человека или только одного — врача или учителя гимнастики?

Критон.Только его одного.

Сократ.Значит, этому человеку надо бояться порицаний и радоваться похвалам его одного, а не большинства?

Критон.Очевидно.

Сократ.Стало быть, он должен действовать, упражнять свое тело, есть и пить только так, как это кажется нужным тому, кто к этому делу приставлен и понимает в нем, а не так, как это кажется нужным всем остальным.

Критон.Да, это так.

{C} Сократ.Пусть так. А если он этого одного не послушается и не будет ценить его мнения и одобрения, а будет ценить отзывы большинства или тех, кто в этом ничего не понимает, то не потерпит ли он какого-нибудь ущерба?

Критон.Как же иначе?

Сократ.Какой же это ущерб? В чем он коснется ослушника?

Критон.Очевидно, он коснется его тела, — ведь тело он и губит.

Сократ.Ты верно говоришь. Не так ли и в остальном, Критон, чтобы не перечислять всех случаев? И во всем, что касается справедливого и несправедливого, позорного и прекрасного, хорошего и плохого, — а как раз это мы теперь и обсуждаем, — нужно ли нам слушаться и бояться мнения большинства {D} или же мнения одного человека, если только есть такой, кто это понимает и кого должно стыдиться и бояться больше, чем всех остальных, вместе взятых? Если мы не последуем за ним, мы погубим и обезобразим то, что от справедливости становится лучше, а от несправедливости погибает, как мы и раньше это утверждали. Разве это ничего не значит?

Критон.Думаю, что так, Сократ.

Сократ.Ну, а если, последовав мнению невежд, мы погубим то, что от здорового становится лучше, а от нездорового разрушается, {E} — стоит жить после того, как оно будет разрушено? А ведь таково хотя бы наше тело, не правда ли?

Критон.Да.

Сократ.Так стоит ли нам жить с негодным и разрушенным телом?

Критон.Никоим образом.

Сократ.А стоит ли нам жить, когда разрушено то, чему несправедливость вредит, а справедливость бывает на пользу? Или, может быть, то, на что действует справедливость и несправедливость, {48} — что бы это там ни было, — мы считаем менее важным, чем тело?

Критон.Никоим образом.

Сократ.Значит, наоборот, более ценным?

Критон.Да, и намного.

Сократ.Стало быть, друг мой, уж не так-то мы должны заботиться о том, что скажет о нас большинство, а должны думать о том, что скажет о нас человек, понимающий, что́ справедливо и что́ несправедливо, — он один, да еще сама истина. Таким образом, в твоем толковании неправильно прежде всего то, что ты считаешь, будто мы должны заботиться о мнении большинства, {B} что́ справедливо, прекрасно, хорошо и что́ нет. «Но ведь большинство, — скажут на это, — в состоянии убить нас».

Критон.Конечно, скажут, Сократ.

Сократ.Верно говоришь… Но, мой милый, не знаю, как тебе, а мне сдается, что это наше рассуждение похоже на прежнее. Подумай-ка вот о чем: считаем мы еще или не считаем, что всего больше нужно ценить не самое жизнь, но жизнь хорошую?

Критон.Конечно, считаем.

Сократ.А что хорошее, прекрасное, справедливое — все это одно и то же, считаем мы или нет?

Критон.Считаем.

Сократ.Так вот, на основании того, в чем мы согласны, нам и следует рассмотреть, {C} справедливо ли будет, если я сделаю попытку уйти отсюда вопреки воле афинян, или же это будет несправедливо, и если окажется, что справедливо, то попытаемся это сделать, если же нет — то оставим такую попытку. А что ты говоришь о денежных издержках, о молве и о воспитании детей, то, говоря по правде, Критон, не есть ли это соображения людей, которые одинаково готовы убивать, а потом, если это было бы в их силах, воскрешать, и все это ни с того ни с сего; иначе говоря, не есть ли это соображения того же самого большинства? Но нам с тобою, как этого требует наше рассуждение, следует рассмотреть только то, о чем мы сейчас говорили: справедливо ли мы поступим, если заплатим деньги тем, кто меня отсюда выведет, и станем благодарить их, {D} а также если сами выйдем отсюда либо выведем других, — или же мы поистине нарушим справедливость, поступив так? Если окажется, что поступать таким образом — несправедливо, тогда нечего уже считаться с тем, что, оставаясь здесь и ничего не предпринимая, мы должны умереть или как-нибудь по-другому пострадать, — лишь бы не совершить несправедливости.

Критон.Говорить-то ты говоришь хорошо, Сократ, но укажи, что нам делать.

Сократ.Рассмотрим, мой друг, сообща, и если у тебя найдется что возразить на мои слова, то возражай, и я тебя послушаюсь, а если не найдется, то перестань уже, дорогой мой, повторять {E} мне одно и то же, что я должен уйти отсюда вопреки афинянам. Впрочем, мне очень важно поступать в этом деле с твоего согласия, а не вопреки тебе. Обрати внимание на то, удовлетворит ли тебя начало рассмотрения, и постарайся отвечать {49} на вопросы то, что думаешь.

Критон.Ну, конечно, постараюсь.

Сократ.Утверждаем ли мы, что никоим образом не надо добровольно нарушать справедливость или что в одном случае надо поступать несправедливо, а в другом нет? Или же несправедливый поступок никак не может быть хорошим или прекрасным, в чем мы и прежде нередко с тобою соглашались? Или {B} все те наши прежние соглашения улетучились за эти несколько дней, и мы, люди пожилые, Критон, долго и как будто серьезно беседуя друг с другом, не заметили того, что ничем не отличаемся от детей? Или же всего вероятнее, что, как мы тогда говорили, так оно и есть: согласно или не согласно с этим большинство, пострадаем ли мы от этого больше или меньше, чем теперь, все равно — несправедливый поступок есть зло и позор для совершающего его, и притом во всех случаях. Утверждаем мы это или нет?

Критон.Утверждаем.

Сократ.Значит, ни в коем случае нельзя поступать несправедливо.

Критон.Нет, конечно.

{C} Сократ.И значит, вопреки мнению большинства, нельзя и отвечать несправедливостью на несправедливость, раз уж ни в коем случае нельзя поступать несправедливо.

Критон.Очевидно, нет.